«Это забвение великих, коренных соображений из-за минутных интересов дня, эта погоня за минутными успехами и борьба из-за них без учета дальнейших последствий, это принесение будущего движения в жертву настоящему – может быть, происходит и из-за “честных” мотивов.
Иногда кажется, что оппортунизм – это все-таки не ревизионизм, ведь он же не подвергает переделке основы марксизма и даже делает что-то полезное… Но оппортунисты не делают главного, коренного, основного. И это
По поводу церкви и государства Энгельс пишет:
«Полное отделение церкви от государства. Ко всем религиозным обществам без исключения государство относится как к частным объединениям. Они лишаются всякой поддержки из государственных средств и всякого влияния на государственные школы».
Сейчас мы видим, что все происходит наоборот. Отметим кстати, что подобное требование – не пролетарское, а буржуазное. Еще Великая французская революция отделила школу от церкви и церковь от государства.
Читатель может вопросить: что же тогда получается – у нас сейчас у власти монархисты? Ответим:
Чем объединить, связать общины? Ничем, говорят анархисты. Бюрократией и военной кастой, говорит (и делает) буржуазия. Союзом, организацией вооруженных рабочих, ‹…› говорит марксизм.
Советы рабочих депутатов – это организация вооруженных рабочих. Если нет силы, то это не государство.
…революционное использование государства (диктатура пролетариата; разбить старую машину; подавить сопротивление буржуазии; объединить и связать вполне демократические общины вооруженным, централизованным пролетариатом) для
Видим, как серьезно Ленин готовился, и не только к восстанию, но и к созданию своего, рабочего государства. А государство – это орудие силы. Какое может быть орудие силы, если вы не вооружены? В этом и заключается любопытная ловушка, которую отметил Ленин у Энгельса.
