Начало – это решительное государство диктатуры рабочего класса, а результат – отсутствие государства; значит, всю деятельность такого государства можно рассматривать как деятельность по отмиранию государства. Но чтобы оно отмерло, нужно беспощадно подавлять сопротивление всех тех, кто этому процессу мешает. Бороться надо с тем, что противоположно интересам рабочего класса. Иначе процесс пойдет назад, как это случилось в Советском Союзе. Вместо того чтобы укреплять государство диктатуры рабочего класса, верхушка КПСС во главе с Хрущевым занялась ревизионизмом.
Обычно понятия «свобода» и «демократия» считают тождественными и употребляют часто одно вместо другого. Очень часто вульгарные марксисты (Каутский, Плеханов и К° во главе их) именно так рассуждают. На деле демократия исключает свободу. Диалектика (ход) развития такова: от абсолютизма к демократии буржуазной; от буржуазной демократии к пролетарской; от пролетарской к никакой.
(8) «Мы» (т. е. Энгельс и Маркс) предложили бы «везде» (в программе) говорить вместо «государство» – «община»…, «коммуна»!!!
Отсюда видно, как опошлили, опоганили Маркса и Энгельса не только оппортунисты, но и Каутский. Оппортунисты ни одной из этих 8 богатейших мыслей не поняли!
Они взяли только практическую надобность настоящего: использовать политическую борьбу, использовать современное государство для обучения, воспитания пролетариата, для «вырывания уступок». Это верно (против анархистов), но это еще лишь 1/100 марксизма, если можно так арифметически выразиться.
Каутский совсем затушевал (или забыл? или не понял?) в своей пропагандистской и вообще публицистической работе пп. 1, 2, 5, 6, 7, 8 и «Zerbrechen» Маркса (в полемике с Паннекуком в 1912 или 1913 г. Каутский… совсем уже свалился в оппортунизм по этому вопросу).
От анархистов нас отличает (а) использование государства теперь и (б) во время революции пролетариата («диктатура пролетариата») – пункты, важнейшие для практики, тотчас. (Их-то и забыл Бухарин!)
Давайте вспомним то, что стало будущим по отношению к этим строкам. Большевики взяли власть, а уже в 1918 году левые эсеры начали бороться с пролетарской диктатурой. Они даже пытались арестовать Дзержинского, но потом поняли, что это чревато проблемами. Пришлось избавиться от левых эсеров как от силы, с которой можно осуществлять диктатуру пролетариата.
Всякие анархиствующие элементы хороши, когда идет борьба с буржуазным государством. А когда строится государство диктатуры пролетариата, анархисты снова выступают против государства, и в этот момент нужно от них избавляться.
Анархисты всегда будут что-то ломать. Правда, по-настоящему сломать буржуазное государство им было не под силу. Они только говорили о необходимости это сделать, но где вы видели анархистов, которые сломали бы буржуазное государство? Штука в том, что буржуазное государство может сломать только его антипод – государство пролетарское.
Бухарину было писано…: «дай дозреть твоим мыслям о государстве». Он же, не дав дозреть, полез в печать… и сделал это так, что вместо разоблачения каутскианцев помог им своими ошибками!! А по сути дела Бухарин ближе к истине, чем Каутский.
