"Осенью 1916 г. в России царила смутная тревога… решающей чертой положения была усталость от войны, стихийно родившаяся в широких массах. Страх перед голодом, скорбь по огромным потерям, безнадежное ощущение "войне не видно конца", все это создавало у людей, далеких от всякой политики, растущее раздражение против власти, которая эту войну вела. В рабочей среде, в кругах полуинтеллигенции, где социалистические течения были сильны еще до войны, их влияние чрезвычайно возросло; в столичных заводах получила преобладание партия социал-демократов-большевиков. Армия, в которой уже почти не оставалось старых кадров, держалась не традицией, а тенью традиции… Общество, вплоть до высших слоев, с самоубийственным рвением работало над разрушением веры в Царскую власть… Та среда, которая всегда была политически наиболее активной, была охвачена страстным желанием добиться перемены строя… Общей очередной задачей была смена власти…"
Движение за смену царя возглавил сам правый ли дер октябристов Гучков. В своих показаниях в Вер ховной следственной Комиссии Временного прави тельства от 3 августа 1917 г. Гучков заявил:
"К вопросу об отречении Государя я стал ближе не только в дни переворота, но задолго до этого… Я и мои друзья искали выхода из положения… Выхода найти нельзя, что надо идти решительно и круто, идти в сторону смены носителя Верховной власти. На Государе и Государыне и тех, кто неразрывно с ними был связан, на этих головах накопилось так много вины перед Россией, свойство их характеров не давало никакой надежды ввести их в здоровую политическую комбинацию; из всего этого для меня было ясно, что Государь должен покинуть престол".
