17 мая (а, быть может, днем позже) я получил от начальника штаба генерала Деникина пакет с протоколом допроса прапорщика 16-го Сибирского стрелкового полка Ермоленко, проведенного офицерами контрразведки. Находясь в германском плену, этот молодой офицер согласился работать немецким агентом для агитации в пользу скорейшего заключения сепаратного мира с Германией и получил от двух офицеров германского генштаба Шитицкого и Люберса (существование коих было подтверждено) необходимые инструкции, деньги и адреса. Согласно показаниям Ермоленко, они сообщили ему, что такого же рода агитацию ведут в России агент германского генерального штаба, председатель украинской секции «Союза освобождения Украины», которая функционировала в Австрии с 1914 года на средства Вильгельма II, А. Скоропись-Иолтуховский, а также — Ленин.
Как известно, 25 апреля прапорщик 16-го Сибирского полка Ермоленко был выпущен из плена немцами в тыл 6-й армии. Пойманный, приведенный в штаб, он стал рассказывать, что послан для пропаганды сепаратного мира, что содержание будет получать от украинца Скоропись-Иолтуховского, который направлен к нам немцами, как и Ленин, для работы по разрушению России, а в отношении правительства оба получили задание в первую очередь удалить министров Милюкова и Гучкова.
К концу марта германские агенты всецело овладели положением как в столице, так и в провинции. Совершенно безразлично, получили ли большевицкие главари какие-либо денежные суммы от немецкого командования или же ограничились тем, что приняли предложение германского правительства проехать через Германию в запломбированном вагоне. Ведь говорил же Ленин: «Я бы взял на дело революции деньги от самого дьявола».
В последних числах июня три… самостоятельные группы дел, а именно, Степин, финляндская (Парвус), и, наконец, Суменсон-Ганецкий, давали много материала для обвинения большевиков в государственной измене, они были достаточно разработаны. В них мы имели и неоспоримые связи с Германией, и немецкие деньги через банки, и даже раздачу этих денег в народ для участия в демонстрациях.
В соответствии с условием, которое выдвинул Тома, больше никто в России, даже другие министры или Верховный главнокомандующий, не были поставлены в известность о сообщенных фактах.
Вот и Ленин докатился до России. 3 апреля он был уже в Петрограде. Он торопился приехать и приехал в… немецком запломбированном вагоне. Пользоваться услугами Германии во время войны с нею, — до этого мог дойти лишь один Ленин, способный на все, лишь бы осуществить свои цели: — «нужно только захотеть», вспомнилось мне, что он говорил в Финляндии. И он «захотел» и приехал сейчас в Россию при помощи немцев. Большевики устроили ему встречу с прожекторами, барабанным боем и пр. и пр. Вообще, приезд Ленина и встреча Ленина — сплошной вызов всем. Его поселили во дворце балерины Кшесинской. «Его» люди бегают по Петрограду и ведут пропаганду. Лозунги, приемы и агенты ленинской организации — это точная копия черносотенного «Союза Русского народа», рассчитанного на темные массы. Лозунг «бей жидов» сменился на «бей буржуазию» и «долой министров-капиталистов». В воздухе запахло погромом, а Керенский продолжает говорить о «бескровной» революции.
Июльский путч. Первая кровь
Кроме бродячих агитаторов у большевиков имеется огромное количество литературы. Свою «Правду» они издают по всей России: — «Окопная правда», «Московская правда» и т. д. Каждый крупный город имеет свою «Правду». Все это стоит громадных денег. Откуда они у них?
О том, что Ленин, Троцкий и другие большевистские главари были тесно связаны с германским штабом, получали от них денежную и другую помощь, говорили почти по всему Питеру. Некоторые даже подтверждали, что в контрразведке имеются неопровержимые документальные доказательства этой изменнической связи. Почему эти документы не публиковались — я никак не мог понять. Помимо этих улик, имелось еще больше других доказательств, которые только слепые и глухие не могли замечать.
