На этот раз мы его достали хорошо - у самой поверхности, или уже всплывшего, сказать уверенно нельзя. И поворот на контркурс, и ходу! Эсминцы от нас были в полутора милях - но мы уже легли на курс отхода, и разгонялись на глубине, и вряд ли нас слышали, шумим мы меньше, чем "двадцать первая", и их локаторы, благодаря нашему покрытию на корпусе, засекут нас совсем уж в упор. Мы уходили, а за кормой гремели взрывы глубинок, эсминцы старательно перепахивали море. Между прочим, судя по сигнатурам, британцы, а не янки. А позади них отчетливо различались шумы винтов больших кораблей.
Оторвались мы без происшествий. И через час уже нарезали глубину под нашей эскадрой - все, как и должно быть. А со стороны союзной эскадры акустики слышали взрывы - да с кем они там воюют, черт побери? Еще одна лодка - так медведи стаями не охотятся, так кого они там бомбят?
Я, корветтен - капитан Зигфрид Штрель, командир субмарины U - 1507. Прошу об отношении к себе, согласно конвенции о военнопленных. Ваши матросы, едва выловив меня из воды, жестоко избили и угрожали при этом, что "будет хуже чем в гестапо". Но я все же офицер, и кавалер Рыцарского Креста. И, признавая свой статус пленного, готов дать показания без всяких пыток.
Да, я получил Дубовые Листья к своему Кресту за бой у Нарвика. Но я всего лишь исполнял свой долг, как солдат, как немец. После был арестован гестапо за потерю своего корабля. Тогда я командовал лодкой U - 1506, захваченной русскими прямо на базе. Заявляю, что это были русские диверсанты - среди моего экипажа не было предателей. Хотя я сочувствовал идеям "свободной Германии", считая что фюрер ведет нас к пропасти. Но не считал возможным идти против воинской чести.
Да, "тысяча пятисотые", это лодки нового типа. Увеличена глубина погружения и подводная скорость, снижена шумность, могут гораздо дольше оставаться под водой. Насколько мне известно, разработка их была ускорена после появления у русских сверхсубмарины, намного превосходящей наши "семерки". И эти новые лодки, "тип XXI", первоначально были задуманы как ее противовес. Но русские и здесь оказались сильнее.
Да, я абсолютно убежден, что то, что у нас называют "Полярный Ужас", это всего лишь подлодка с невероятно высокими боевыми качествами, а не что - то сверхъестественное. Поскольку я, наверное единственный в кригсмарине, встречался с ней в море четырежды. И полагаю, что сверхъестественной сущности вовсе не было нужды стрелять в нас торпедами и привлекать в помощь другие русские корабли.
Первый раз это было в октябре прошлого года, я тогда командовал лодкой U - 435. Это случилось у Киркенеса, нас атаковали русские эсминцы, они отлично видели цель. А когда меня с остатком экипажа подобрал гидроплан, что - то прошло прямо под нами на огромной скорости, подняв волну, и мы едва спаслись! А две другие лодки, бывшие в завесе рядом с нами, исчезли бесследно.
Второй раз это случилось три месяца назад. Я уже командовал U - 1506, вместе с U - 1503 мы были первыми лодками этого типа, перешедшими на север, в Нарвик. После к нам присоединилась U - 1505, а U - 1504 пришла уже в Тронхейм, когда в Нарвике все закончилось. Мы вели поиск в русской зоне, когда были внезапно атакованы, и спаслись лишь благодаря моему умению и опыту, погрузившись на трехсотметровую глубину - а вот русские так не смогли.
Да, я считаю, что двести, это максимальная глубина, на которую может идти русская сверхлодка. Зато она развивает под водой скорость свыше сорока узлов, насколько мы могли судить по изменению пеленга и дистанции. Нет, мы не включали локатор в активном, мы не самоубийцы - но поверьте, что такой опытный подводник как я, вполне способен приблизительно оценить расстояние по уровню шума. И замечу, что русская лодка очень тихая, услышать ее можно лишь на короткое время, когда она идет максимальным ходом, и еще не вышла за радиус слышимости. И когда мы лежали на грунте, а русские прошли почти над нами, мне показалось, что у них турбина, а не электромотор. Мы спаслись - а U - 1503 не вернулась. Насколько мне известно, первые лодки этого проекта, с U - 1501 по U - 1503 имели конструктивный дефект, из - за которых глубина их погружения была ограничена ста двадцатью метрами, они не могли нырнуть так глубоко, как мы.
