— Могу только повторить: организуй работу так, чтобы люди зарабатывали, — отвечает генеральный. — Ведь ты же начальник цеха, хозяин!
Главный архитектор завода (я впервые узнал, что есть и такая должность) докладывает, что новый цех товаров народного потребления уже обрастает будками и закутками…
— Категорически запрещаю! — перебивает архитектора генеральный. — Сломать немедленно, и больше никаких загородок.
Тут нужно отметить, что генеральный страшно не любит беспорядка, хаоса. Может быть, заводчанам и незаметно, а я, человек в общем-то посторонний, сразу обратил внимание: с приходом генерального в цехах стало чище, светлее, проходы не загромождены, как это бывало прежде. Поэтому всякое нарушение порядка, всякая неразбериха вызывают у него протест и гнев. Он и совещания проводит динамично, четко, не допускает никаких посторонних разговоров и споров не по существу. Сам тщательно готовится и требует от других, чтобы приходили подготовленными. Отговорки типа «я не готов ответить на этот вопрос» здесь исключены. Присутствуют на совещаниях только те, кому быть необходимо. Если человек ответил на все вопросы и если у него нет вопросов или претензий к присутствующим, его отпускают с совещания.
Мне приходилось встречать директоров, которые по большей части говорят сами, предоставляя подчиненным роль слушателей. Генеральный, прежде чем высказать свое мнение, обязательно выслушает других. Однако если кто-то станет «растекаться мыслью по древу», если кто-то попытается увести разговор в сторону, он немедленно прервет такого оратора.
— Самую острую, самую важную проблему можно утопить в словесах, — говорит генеральный. — Иного слушаешь, и спать хочется, как шмель жужжит, жужжит, а до смысла и не добраться. Когда человек твердо знает, что именно и зачем хочет сказать, он сумеет сказать это коротко, ясно и конкретно.
Надо отметить и такую деталь: все, что записано в протоколе совещания, пересмотру не подлежит. Разумеется, не все и не всегда согласны с протоколом, но тут уж никакие мольбы, никакие дополнительные доказательства не помогут. Протокол — святая святых. И это, наверно, очень правильно и важно — принять решение, четко аргументировать его и требовать неукоснительного выполнения. Это укрепляет исполнительскую дисциплину, приучает людей быть требовательными не только к другим, но прежде всего к себе. А добиться этого нелегко, как может показаться непосвященному. Ибо всякое решение, если оно не волевое (бывает нужда в принятии и волевых решений, иначе зачем бы мы исповедовали принцип единоначалия), основывается на информации, полученной из разных источников, от разных людей, у каждого из которых есть свой интерес внутри, так сказать, интересов общих. Оттого информация зачастую и необъективная, и противоречивая. Руководитель, принимающий окончательное решение, не может не учитывать этого.
Что говорить, любой человек не очень-то охотно признает свою вину, он почти обязательно пытается найти какие-то причины, оправдывающие его ошибки, промахи, а подчас не прочь свалить свою вину на другого, лишь бы уйти от ответственности в данный момент и выиграть хоть немного времени. А его, времени, как раз и не хватает. Планы напряженные, на строжайшем учете не дни или недели — часы, и в этих условиях (на производстве условия всегда экстремальные) руководитель должен не только мгновенно ориентироваться в обстановке, но и мгновенно же принимать решения, отсеивая ложную, предвзятую информацию, позабыв о своих симпатиях и антипатиях.
Может быть, это одна из самых больших трудностей в работе директора. У него, как правило, нет выбора, нет плацдарма для маневрирования и нет обходных путей. Доверяя всем — без этого невозможно работать, — он прежде всего должен доверять своему опыту, чутью, своему знанию не только производства (это-то само собой разумеется), а людей: их привычек, слабостей и т. д. И здесь, мне кажется, генеральному очень помогает его опыт партийной работы.
Ошибку начальника цеха может исправить директор. Ошибку же директора, увы, исправить некому, А если и можно, то с большим ущербом для предприятия.
Все-таки, думаю я, нужно быть смелым, сильным человеком, уверенным в себе, чтобы принять на себя обязанности директора.
— Какое бы качество, необходимое для директора, ты назвал главным? — спросил я у генерального.
— Компетентность, — не задумываясь, ответил он. — Но компетентность в самом широком смысле, а не в узкопрофессиональном.
— То есть и политиком нужно быть, и дипломатом?..
— Политиком — да, — сказал он. — А дипломатом… — Вот тут генеральный задумался.
Время от времени, встречаясь с людьми, которые работали когда-то или работают теперь с генеральным, я задавал им вопрос: «Как работаете с ним, не очень тяжело?..»
Отвечали по-разному, но суть этих ответов одна.
Начальник ОТК объединения: «Всякое бывает, на то и производство. В нем чувствуешь силу, уверенность, а это крайне важно».