Снаружи было очень темно. Шел дождь. Было семь тридцать, а Алреды обедают обычно в восемь с четвертью. Я пересек дворик и направился к кустарнику, не один раз оглянувшись назад. Мне было страшно.
Я уже достиг конца кустарника, когда мне показалось, что голова моя раскололась на части. Вполне возможно, что это было авто Патриции, но я уверен — стукнул меня Алред. Когда я уже лежал на земле, он, вероятно, стукнул меня еще раз, для верности.
Теперь мне понятно, что произошло. Патриция возвращалась домой в автомобиле вместе со своей матерью, увидела машину отчима, преграждавшую путь к дому, повернула немного резче, чем надо, и капотом задела кустарник. Это было то, чего и хотел Алред. Следы его преступления были скрыты. Но он не рассчитал крепости моего черепа.
Потом, позднее, он сделал вид, что беспокоится обо мне. Патриция была как сумасшедшая. Когда я пришел в себя, то понял, что нахожусь в зале.
По правде сказать, мне была не ясна роль, которую играла миссис Алред. Твердо знал лишь то, что, раненый и беззащитный, нахожусь в руках людей, которые хотят меня убить.
Тогда мне в голову и пришла мысль. Я сделал вид, что начинаю приходить в себя. Алред предложил отвезти меня в госпиталь. Это означало для меня одно... Поэтому я открыл глаза и представился потерявшим память.
Кажется, мне удалось обмануть Алреда. Может быть, не совсем, но ситуация складывалась для него благоприятно. Если я действительно болен, то ничего не смогу сказать Жерому. Я ведь не помнил того, что мне удалось обнаружить.
И Алред не стал рисковать. Решил, что меня не стоит убивать. Он сказал своей жене, чтобы она увезла меня в спокойный уголок и выдавала себя всюду за мою сестру. Дайте мне сигарету,— попросил Флетвуд, обращаясь к Мейсону. Он так дрожал, что с трудом смог прикурить.
— Продолжайте,— сказал Траг.
— Алред был хитрец. Он отправил меня со своей женой, считая, что, если я действительно болен, у него будет время закончить свои дела. Но на всякий случай он все же распространил слух, что я похитил его жену.
Это давало ему большие возможности. Он мог найти нас обоих и без всякого риска для себя применить силу. У обманутого мужа много прав. Короче говоря, он решил назваться моим шурином, и некоторое время я думал, что, если мне удастся симулировать болезнь, пока он не закончит свои дела с Жеромом, все может окончиться для меня благополучно.
И все же я ему не доверял и хотел позвонить Жерому, чтобы тот приехал ко мне хорошо вооруженным и объяснился со своим компаньоном. Потом я бы ушел вместе с ним.
К несчастью, мне никак не удавалось созвониться с Жеромом. Я считал, что у меня впереди четыре или пять дней.
Мы покинули Спрингфельд и наездили добрых полторы сотни миль. Потом миссис Алред позвонила своему мужу, и тот, видимо, сказал ей, чтобы мы возвращались и остановились в «Хорошем отдыхе».
Мы приехали вечером и стали ждать. Пили мало. Приехал Алред и сказал, чтобы мы собирались в обратный путь. Вдруг он приказал Лоле влезть в багажное отделение.
Тогда я все понял, и он это заметил. Он навел на меня дуло своего револьвера и, так как жена хотела отвести его руку, ударил ее кулаком по носу. У нее полилась кровь. Потом, под угрозой револьвера, он заставил ее влезть в багажник и закрыл его, мне приказал сесть за руль. Я не мог ослушаться. Надеялся, что мне удасться развить большую скорость и спровоцировать несчастный случай. Но Алред очень хитер. Он заставил меня ехать на первой скорости.
— А потом?
— Вы знаете это. На первой скорости вы располагаете большим запасом силы. Во время поворота я нажал на газ, и машина дернулась вперед. Алред опрокинулся, хотел выпрямиться и заставить меня при помощи револьвера продолжить игру. Я воспользовался моментом и толкнул его так, что он ударился о стекло. Потом еще раз толкнул, вырвал револьвер и ударил им его по голове.
Длред повалился в угол направо. Я собирался выбросить его, но побоялся, что он скажет полиции, будто я украл автомобиль. Все, о чем я мечтал, это поскорее удрать от него и выйти из игры.
Самым лучшим было бы остановиться у какого-нибудь города и дальше идти пешком. Я подумал об Овербруке.
— Вы его знали? — спросил лейтенант.
— Лично я его не знал, но видел письма в досье
Алреда. Дело касалось одной спекуляции, которая iuiqxo закончилась для Овербрука.
— А миссис Алред?
Флетвуд слегка улыбнулся.
— Можете мне не верить, но миссис Алред сумела освободиться. Она умудрилась открыть багажник при помощи английского ключа и в тот момент, когда я остановил машину, выскочила оттуда и бросилась бежать со всех ног.
— А потом?
— Я звал ее, кричал: «Все идет хорошо, Лола». Но она не пожелала ничего слушать и продолжала бежать как сумасшедшая.
— А затем? — спросил Мейсон.— Алред был мертв?
— Нет, он был без сознания, но тяжело дышал. Это было отчетливо слышно.
— У вас был револьвер Алреда?
— Да.
— Тогда почему же вы боялись его? Раз у вас был его револьвер, вы могли спокойно идти куда угодно...
