Мередит и Клэр, пренебрегая домашними обязанностями, уставились через окно на улицу, указывая друг другу на самых симпатичных и хорошо сложенных и насмехаясь над лишенными таких достоинств. Леонора подошла к ним, и женщины тут же перестали хихикать.
– Так вот они какие, эти стригали, – сказала Леонора.
– Да, только что приехали.
– Да их много!
– Думаю, около тридцати. Нам понадобится еще мука. – Мередит начала мысленно перебирать свой список. – Сахар. Сода для выпечки. Сыр. – Она закатила рукава, как будто готовилась замешивать тесто. – Мужчины хорошо работают только тогда, когда хорошо накормлены.
Стригали начали выгружаться из грузовиков. Управляющие вышли встретить прибывших. Мужчины сердечно пожимали руки, тыкали пальцами в разные стороны, задумчиво чесали подбородки, сгибались пополам от смеха, хлопали друг друга по плечу, скатывали сигареты и поправляли шляпы.
Глаза Леоноры остановились на Джеймсе, и к щекам прихлынула кровь. Она нервно откашлялась:
– Думаю, нужно накормить их прямо сейчас.
– Хорошая идея, – согласилась Мередит. – Они выглядят голодными. И точно захотят выпить чего-нибудь прохладительного.
Клэр снова захихикала, прикрыв рот рукой:
– У меня уже тоже слюнки текут.
Мередит толкнула ее локтем и хлопнула в ладоши:
– Все, вперед, за работу!
Леонора прильнула к окну, а девушки заметались по кухне, продолжая переговариваться звенящими от возбуждения голосами и достаточно громко, чтобы было понятно: они не особо ее стесняются.
– Боже мой, ты видела, сколько их! – воскликнула Мередит.
– Я тут положила глаз на одного. Высокий такой, с синей косынкой на шее, – отозвалась Клэр.
– Нет! Этот тебе не подойдет! – тоном знатока насмешливо заявила Мередит. – Это денди. Видала я таких. Все они жутко жеманные и чопорные. Гордятся тем, что держат себя в узде. Был у меня как-то один парень, так он натирал руки ланолином, чтобы они были мягкими.
– Ух ты! – снова захихикала Клэр. – У меня тоже была парочка стригалей. Так вот, ни у кого нет таких рук, как у них. Говорю тебе, у них мускулы даже под ногтями! Сплошная сталь, а не руки. – Клэр помолчала, задумавшись над своими словами. – Впрочем, у дояров руки, пожалуй, не хуже.
– Проблема с этими доярами вот в чем: удовлетворяя тебя, они не успокоятся, пока не добьются, чтобы из твоих сисек брызнуло молоко!
Леонора засмеялась, прикрыв рот рукой.
– Истинная правда, что и говорить! – засмеялась Клэр. – Был у меня один молочник, так тот не отпускал меня, пока я не начинала мычать, как корова! Клянусь вам! И все-таки мне нравится тот, с синей косынкой.
– Прекрати пускать слюни и начинай уже печь. Нам нужно хорошенько накормить этих мальчиков!
Джеймс, сидя на лошади, вел за собой грузовики стригалей. Жилой барак было новым и чистым, и при виде коек мужчины восхищенно присвистнули.
– Сколько, ты сказал, у вас овец? – спросил бригадир стригалей. Этот человек был намного старше остальных, но кожа его светилась здоровьем, а собравшиеся за долгие годы веселые морщинки вокруг глаз говорили о хорошем чувстве юмора.
– Двадцать тысяч, – ответил Джеймс.
– Хорошо. Это займет самое большее месяц. Людям здесь понравится. Жаль, что у вас нет больше овец, которых нужно стричь. – Он сдвинул шляпу на затылок. – Мы прибыли сюда прямиком с фермы Гиллабонг. И больше туда работать не поедем. В бараках полно блох. Мы с ребятами по ночам спали под открытым небом.
– А тут все новое. Инструмент, стойла… – Джеймс указал на сарай позади барака. – Если вы найдете здесь хоть одну блоху, это значит, что ее принес на себе кто-то из ваших. – Он похлопал мужчину по плечу.
Старый стригаль потер руки, словно ему не терпелось взяться за работу.
– А как у вас с обслуживающим персоналом? – спросил он, лукаво подмигнув.
Джеймс хорошо понимал, что он имеет в виду.
– Тут только поварихи и горничная в большом доме. Но о них судить вам самим.
Запах шерсти разносился горячим ветром по округе, пропитывая воздух настолько, что кожа тоже начинала пахнуть овчиной. Самих стригалей видно не было, появлялись только грузовики с горами тюков, которые на рассвете уезжали. Из-под проволочной сетки выбивались клочки шерсти и уплывали в небо, напоминая крошечные облачка.
Мередит и Клэр каждое утро приходили на работу с опозданием, принося с собой то яйца, то метлы и делая вид, будто они уже давно усердно трудятся. Но в пыли оставались цепочки следов от барака работников, а их щеки еще долго горели при воспоминании о тайных утехах прошедшей ночи.
