Кофейного цвета конверт обрел наконец нового владельца.
Хьерсти Рёдсмуэн зашла в столовую и направилась к женщине, глядящей в окно на дождь, поливающий деревянные домики в Саннвикене. Перед женщиной лежал нетронутый кусок торта с маленькой свечкой.
– Этот телефон нашли у вас в палате, Катрина, – тихо сказала Рёдсмуэн. – Медсестра пришла с ним ко мне. Вы же знаете, что это запрещено?
Катрина кивнула.
– И тем не менее, – Рёдсмуэн протянула ей мобильный, – он как раз звонит.
Катрина Братт взяла вибрирующий телефон и нажала на «прием».
– Это я, – сказал голос на другом конце провода. – У меня есть имена четырех женщин. Хотелось бы знать, кто из них не заказывал билет на рейс RA101 в Кигали на двадцать пятое ноября. И еще удостовериться, не заказывала ли та же особа номер на то же число в какой-либо гостинице в Руанде.
– У меня все замечательно, тетя.
Секундная пауза.
– Понятно. Перезвони, когда сможешь.
Катрина вернула телефон Рёдсмуэн:
– Это меня тетка с днем рождения поздравила.
Хьерсти Рёдсмуэн покачала головой:
– Правила запрещают пользоваться мобильными телефонами. Сама я не вижу никаких препятствий к тому, чтобы он у вас был. Только не пользуйтесь им. И постарайтесь, чтобы сестра не увидела, ладно?
Катрина кивнула, и Рёдсмуэн удалилась.
Катрина еще посидела, глядя в окно, а потом встала и пошла в общую гостиную. На пороге ее настиг голос медсестры:
– Вы куда, Катрина?
Катрина ответила не оборачиваясь:
– Пойду разложу «солитер».
Гуннар Хаген спустился в подвал на лифте.
Путь вниз. Понижение. Поражение.
Он вышел из лифта и пошел по «Кишке».
Но Бельман свое слово сдержал, не обманул. И бросил ему спасательный круг – довольно приличную руководящую должность в новом, расширенном Крипосе. Рапорт Харри был краток и лаконичен. Никаких результатов. Тут любой идиот понял бы, что самое время плыть в сторону спасательного круга.
Хаген открыл дверь в самом конце коридора, не постучавшись.
Кайя Сульнес приветливо улыбнулась, а Харри, который сидел за компьютером, прижав к уху телефон, даже не повернулся, только пропел: «Садись-шеф-не-хочешь-ли-немножко-скверного-кофе?» – как будто дух-предвестник начальника отдела уже возвестил о его приходе.
Хаген остался стоять в дверях.
– Мне сообщили, что Аделе Ветлесен вы не нашли. Пора паковаться. Время вышло, и вы нужны для другой работы. Во всяком случае, ты, Сульнес.
– Danke schön, Günther[89], – сказал Харри в трубку, отложил ее и повернулся на стуле.
– Danke schön? – переспросил Хаген.
– Лейпцигская полиция, – объяснил Харри. – Кстати, огромный привет тебе от Катрины Братт, шеф. Ты ведь ее помнишь?
Хаген с подозрением взглянул на своего старшего инспектора.
– Я думал, что Братт в заведении для душевнобольных.
– Точно, – сказал Харри, встал и подошел к кофеварке. – Но что касается поиска в Интернете, ей нет равных. Кстати о поиске, шеф.
– Поиске?
– Не мог бы ты не ограничивать нас в средствах на поисковые мероприятия?
Хаген недоверчиво уставился на старшего инспектора. Потом громко расхохотался:
– Да ты просто чертов сукин сын, Харри. Вы только что потратили на бездарную поездку в Конго половину нашего командировочного бюджета, а теперь тебе нужна поисковая акция? С этого момента операция прекращается. Понимаешь?
– Я-то понимаю… – сказал Харри, налил в две чашки кофе и протянул одну из них Хагену, – и даже больше. И ты скоро поймешь, шеф. Садись на мой стул и послушай, что я тебе скажу.
Хаген перевел взгляд с Харри на Кайю. Недоверчиво уставился на содержимое чашки. Потом сел.
– Даю тебе две минуты.
– Все очень просто, – сказал Харри. – Согласно спискам пассажиров Брюссельских авиалиний, Аделе Ветлесен отправилась в Кигали двадцать пятого ноября. Но по данным паспортного контроля, никто с таким именем с самолета не сошел. Произошло следующее: женщина с фальшивым паспортом на имя Аделе уехала из Осло. Фальшивый паспорт работает прекрасно – вплоть до того момента, когда она прилетает в пункт назначения в Кигали, потому что только там проверяется номер паспорта, не так ли? И эта загадочная женщина вынуждена была использовать там свой собственный паспорт, настоящий. Пограничники не просят показать им билет, так что несоответствие между паспортом и билетом не обнаруживается. Конечно, если не искать его специально.
– Но ты поискал?
– Точно.
– А может, это халатность, ошибка и они просто забыли зарегистрировать Аделе по прилете?
– Может. Но тут еще эта открытка…
Харри кивнул Кайе, и та достала почтовую открытку. Хаген успел разглядеть на ней нечто вроде дымящегося вулкана.
– Она отправлена из Кигали в тот же день, в который Аделе якобы прибыла, – сказал Харри. – Но во-первых, на открытке изображен вулкан Ньирагонго, а он находится в Конго, а не в Руанде. А во-вторых, мы попросили Жана Хью сравнить подпись на открытке с той, что так называемая Аделе Ветлесен оставила на карте гостя в отеле «Горилла».
– Он подтвердил то, что было видно даже мне, – вставила Кайя. – Это разные люди.
– Олрайт, олрайт, – согласился Хаген. – Ну и к чему вам все это?
