Анна невольно опустила голову. Её руки сжались в карманы пальто.
— "Да," — призналась она. — "Письмо от моей семьи."
— "Они зовут вас домой?" — спросил он прямо.
Анна кивнула, чувствуя, как слова застревают у неё в горле.
— "Но вы не можете уйти," — произнёс он, как будто понимал её состояние. — "Вы связаны долгом, как и все мы."
Эти слова удивили её. Она не ожидала от него такого понимания.
— "Это тяжело," — тихо сказала она. — "Но у каждого из нас есть свои обязательства. Я не могу оставить их."
Александр долго смотрел на неё, прежде чем сказать:
— "Я не знаю, что бы я выбрал на вашем месте, мисс Анна. Но если вам нужно будет что-то… или кто-то, чтобы вы могли вынести эту тяжесть, знайте, что вы не одна."
Эти слова, простые, но искренние, прозвучали как нечто большее, чем просто поддержка. Анна почувствовала, как что-то в её душе оттаивает. Она хотела ответить, но не могла найти слов.
Александр понял это и слегка поклонился, отступив назад.
— "Увидимся позже," — сказал он и ушёл, оставив её наедине с мыслями.
Анна осталась стоять у пруда, чувствуя, как её внутренний мир становится всё более сложным. Теперь её мысли были не только о долге и семье, но и о нём.
Зима всё ещё плотно сковывала усадьбу Орловых, но в этот день холод был для Александра не только за окном. Он чувствовал его внутри, в самых глубинах своего сердца. Пламя в камине медленно трещало, играя отблесками на стенах кабинета, но даже его тепло не могло растопить ледяное ощущение одиночества, которое окутывало Александра. Он не мог выбросить из головы лицо Анны, её задумчивый взгляд, тот тихий голос, в котором скрывалось столько подавленной боли.
Александр медленно проходил вдоль книжных полок своего кабинета, машинально проводя пальцами по корешкам книг. Когда-то он мог погрузиться в чтение, забывая обо всём вокруг, но теперь это казалось невозможным. Мысли об Анне, о её положении, её внутренней борьбе не давали ему покоя. Он пытался понять, почему она так глубоко тронула его душу.
Он остановился у окна и посмотрел на сад. Белизна снега скрывала все детали, делая пейзаж похожим на пустую страницу. Его взгляд вновь задержался на тропинке, по которой он видел её раньше. Её следы уже исчезли под новым снегом, но Александр словно продолжал видеть их."Почему я не могу перестать думать о ней?" — спросил он себя.
Александр вспомнил недавний разговор с матерью, который оставил у него тяжёлый осадок. Они сидели в гостиной, где всё, от массивного резного стола до золотистых портьер, напоминало о богатстве и статусе их семьи. Его мать, графиня Орлова, держалась, как всегда, прямо, её осанка была безупречна, а голос — ледяным, как зимний ветер.
— "Александр, ты должен помнить, кто ты есть," — начала она, отложив вышивание в сторону и устремив на него пронизывающий взгляд. — "Ты Орлов. Мы — не просто семья, мы — наследие. Всё, что мы делаем, должно соответствовать нашему статусу."
Александр молча кивнул, не перебивая её. Он слышал это тысячи раз раньше, и каждое слово словно врезалось в его сознание.
— "Я замечаю, что ты слишком много времени проводишь с этой гувернанткой," — продолжила она. Её голос звучал мягко, но в нём слышалась угроза. — "Она — не часть нашего мира, Александр. Ты не должен забывать, что наши связи определяют нас. Она здесь, чтобы служить, а не чтобы привлекать твоё внимание."
Эти слова вспыхнули в памяти Александра, как острое напоминание о том, как узко его мать видела мир. Для неё существовали только долг и статус, и всё, что не вписывалось в эти рамки, было лишено значения. Но Анна была для него чем-то большим. Он не мог понять, почему её присутствие так трогало его, но он знал, что это было важно.
Александр снова вернулся к креслу у камина, опустившись в него с тяжёлым вздохом. Его мысли метались между долгом и тем новым чувством, которое росло в нём с каждым днём. Он думал о том, как Анна говорила о своей семье, о письме, которое она получила. Её слова были простыми, но в них скрывалась такая глубина, такая искренность, что они задели что-то в нём самом. Он почувствовал, что она разрывается между своими обязанностями и желанием вернуться к родным. И это было так похоже на его собственную борьбу.
Он провёл рукой по лицу, пытаясь избавиться от этих мыслей."Она — всего лишь гувернантка," — сказал он себе, но это звучало неправдоподобно даже для него самого. Её образ стал для него чем-то большим, чем просто частью их повседневной жизни. Она была связана с его внутренними сомнениями, его желанием выйти за пределы тех рамок, которые наложила на него семья.
Его взгляд скользнул по книгам на полке. Одна из них привлекла его внимание. Это был том с поэзией, которую он читал в юности. Александр взял его и открыл на случайной странице."Свобода — это не то, что даётся нам," — прочитал он."Это то, что мы решаем взять."