— Я не могла ему сказать, что я без трусов, и солгала, что на мне твой подарок, и муж сильно огорчится. Но я ведь ему слово дала. Да и не великая плата за твоё освобождение. Поэтому пришлось сбегать домой, и надеть эти стринги. Мне стыдно было дарить простые трусы. Он ещё попросил, чтобы я в них посидела немного. Но мне некогда было ждать, я боялась, что ребятишки проснуться.
— Ты одних бросила детей!?
— Ты что, с ними Настя была. Я когда домой заходила первым делом проверила их. Так вот, я начала торопиться, и решила снять трусики. В машине было неудобно, и Макс решил мне помочь. Всё произошло неожиданно. Снимая их с правой ноги, он буд-то сорвался с цепи, закинул её за себя, и уткнулся лицом мне промежность. Я растерялась, и ни знала, что делать, а он уже как голодный волк вовсю зализывал мою щелку. Затем нажал на рычаг, и спинка упала, я повалилась, и тогда он вторым рычагом сдвинул сиденье назад, располагаясь полностью между раздвинутых ног. Ты не представляешь, как он лизал, я пыталась отвлечься, забыться, но бесполезно, вскоре я уже просто плыла, и даже кончила. Я и не заметила, как он стянул с себя одежду, и вонзил в меня свой пенис. Поначалу я его умоляла, уговаривала, пыталась столкнуть, но он как упрямый баран таранил и таранил меня.
Скажу честно, я кончила ещё раз, и потом мне до того стало противно, за себя за него, за всех баб и всех мужиков. Я не могла дождаться конца, мне это всё показалось вечностью. А он кончил, слез, и отвернулся. Вот это было ещё противнее. Я молча ушла, и на утро он заехал за мной. В кабинете он снова полез ко мне целоваться, начал всю жулькать, и уже до колен снял трусы, но я ни стала поддаваться соблазну, оттолкнула его, и напомнила, что вчера сполна с ним за всё рассчиталась.
Тут он ушёл, и вернулся через час, протягивая мне от тебя записку. Ещё сказал, что тебя не отпускают, и мне самой необходимо зайти до начальник. Я увидала, как тот собственноручно освободил нашего потерпевшего, и пригрозил надеть наручники на меня. Он в лоб спросил, хочу ли я освободить своего мужа, начал пугать, что тебе в лучшем случае дадут условный срок, уволят с работы, и лишат всех титулов. И я дура повелась на его уговоры, Ну не буду уже вдаваться в подробности, в общем, он трахнул меня раком на своём рабочем столе.
— Да уж, а ты оказывается рекордсменка по сексу. У меня в жизни не было столько баб, сколь мужиков ты обслужила за последние сутки.
— А тебя там самого случайно не обслужили, что-то ты такой нервный, и в тоже время грустный, наверное, скучаешь по педикам, с ехидной злостью сказала она.
— Заткнись сука, а то тебя саму сейчас в жопу отжарю, с каким-то зверством закричал Роман.
Он набросился на жену, повалил раком на стол, и задрав подол стянул с неё трусики. Лера стала молча сопротивляться, и вырываться из под него. От злости у Романа ничего не получалось. Кое-как, сняв одной рукой тесные джинсы, он сходу начал хаотично тыкать членом по всей промежности. И тут до неё только дошло. Не каждый мужик сможет стерпеть такие оскорбления в свой адрес, да и что я тут дёргаюсь, раньше надо было дёргаться, когда тебя чужие мужчины драли. Лера успокоилась, и послушно развалилась на столе.
— Ромка ну прости, прости, я не подумала. Я виновата перед тобой, я сильно виновата перед тобой, ну хочешь, накажи меня, хочешь в попку отжарь, что хочешь, делай со мной, только прошу, не бросай меня, не оставляй одну. Я просто жить без тебя не смогу, я, я пропаду от тоски. Я любила и люблю только тебя, мне не нужен никто, слышишь никто.
Но Роман её словно не слышал. Он продолжал вдавливать свою раздутую шишку в её тугое очко. Казалось всё бесполезно. Он просто не узнавал свою вторую луночку. Но головка неудачно скользнула, и член элементарно ввалился по самые яйца в широкое жерло. Влагалище сразу зачавкало после первых же движений, и член покрылся вязкою слизью.
— Фу блять, как противно после кого-то ебать, даже жену, прошипел ревнивый супруг.
Вытаскивая влажный кочан, он несколько раз втыкался в задний проход, смазывая его тугой сфинктер. Проникая всё глубже и глубже после каждого окунания во влагалище, Роман всё же вдавил свой конец. Затем плавными нажимами он начал проталкивать всё дальше и дальше своего молодца, и вот уже скрылась розовая поверхность оголённой шкурки, и член вошёл более чем наполовину. Роман остановился для передышки, давая привыкнуть супруге, и затем одним нажимом ввел его по самые яйца. Исцелённая попка оказалась поверженной. И сколько охотников было до ней, последнее время. А сейчас Лера с гордостью осознавала, что сберегла её для супруга. Не обращая внимания на боль, она хотела быть подвластной ему.
