Меня захлестнул страх: я знал, куда бы он ни направлялся, я его больше не увижу.
— Подожди! Гэри! Ты не поел, хотя бы завтрака дождись!
— Не сожги омлет, старина.
И он удаляется. Я стою, уставившись на его стул, мне так хочется, чтобы он вернулся. Тут в коридоре показывается Нина, она направляется в душевую. Душевая у нас рядом с кухней, тут же стиральная машина, требующая монету за работу. Тельняшка свободно болтается на Нине, закрывая бедра до середины.
— Доброе утро, Итан! — приветствует меня Нина.
— Доброе! — отвечаю я с улыбкой. — Ты разминулась с моим братом Гэри.
Мне жаль, что она не познакомилась с Гэри.
— Ох, какая досада!
— Завтракать будешь? У меня лишняя порция.
— Я бы не отказалась от тостов. Где твоя девушка?
— Я не знаю.
Я действительно не знаю. Мел нет рядом. Мне бы следовало беспокоиться гораздо сильнее, поскольку Мел никогда не ночует вне дома, не предупредив меня. Я знаю, что она все еще держит на меня обиду из-за всей этой истории с Шелли, но мне неохота разбираться с этой проблемой сейчас.
— Тебе следует на ней жениться, Итан.
— Я знаю.
— Ты готов?
— Неуверен.
Нина исчезает в душевой. Вода шумит в старых стоках. Я снова один.
Я перемешиваю яйца и переворачиваю бекон. Ставлю два ломтика хлеба в тостер. Цельнозерновой пшеничный хлеб в Японии так же сложно найти, как настоящий майонез или зубную пасту с фтором.
Нина зовет меня. Ей нужно полотенце.
Я беру в комнате чистое и подхожу к душевой. Стучу в дверь.
— Тут не заперто.
Захожу. В душевой небольшое пространство, где можно переодеться, затем сама кабинка. Нина стоит под струей воды в белом бикини. Я вешаю полотенце на крючок для одежды.
— Удивлен? — спрашивает она.
— Чему?
— Тому, что я в купальнике?
— Нет, — отвечаю я, хотя это и выглядит очень странным.
— Хочешь, я сниму его?
Пар стоит стеной, я чувствую, какой влажный воздух.
— Твои тосты готовы.
— Спасибо, Итан.
Я стою еще несколько секунд, не желая выходить, но Нина игнорирует меня. Я возвращаюсь на кухню. Выкладываю на одну тарелку яйца с беконом, на другую — тосты.
Нина выходит из душевой. Она завернулась в мое полотенце. Когда она садится за стол, полотенце сползает и обнажает ее грудь. На ней уже нет бикини. Она будто не замечает или не придает значения тому, что сидит передо мной совсем без одежды, и у меня возникает ощущение дежавю. И вновь, однако, я предпочитаю ничего не говорить. Пока мы завтракаем, Нина снова излагает мне историю, как ее чуть не изнасиловали в Индии. Вдруг я слышу какой-то шум за стеклянной дверью на балконе. Шторы плотно закрыты, и я не могу рассмотреть, что происходит. Шум продолжается. Он похож на шаги. Как будто кто-то осторожно ступает по земле, шурша листьями.
— Ты не собираешься посмотреть, кто там? — спрашивает меня Нина.
Я замираю в нерешительности. Если там Мел, она увидит Нину, сидящую напротив меня почти голышом, и точно устроит скандал. Тем не менее мне кажется, что лучше проверить.
Я встаю и открываю дверь…
Я лежал с открытыми глазами и перебирал в уме увиденное во сне. Гэри, Нина, наша кухня в гестхаусе, Мел… Это она была на балконе? Но теперь у меня не было шанса это узнать. Постепенно дымка сна окончательно развеялась, и я осознал, где нахожусь.
Во сне я подкатился к Мел, и теперь мы лежали обнявшись, моя правая рука — у нее под боком. Либо Мел глубоко спала и не заметила моих поползновений, либо не придала этому значения. Я надеялся на второе.
Шум снаружи заставил меня замереть.
Это он меня разбудил?
Я затаил дыхание, прислушиваясь.
Шаги.
Тревога переросла в звериный страх.
Я сел. Спасательное одеяло сползло с меня, алюминий затрещал и захрустел, казалось, на весь лес.
Мел не проснулась. Я снова прислушался — на этот раз не раздалось ни звука.
Во мне боролись желание выглянуть наружу и страх увидеть нечто…
Что, если там… Что?
Я отругал себя за то, что в свои двадцать шесть веду себя, как шестилетнее дитя. Просто кто-то прошел в лес отлить. Он сейчас за деревьями. Он вернется через минуту, я услышу, как он забирается обратно в палатку.
Я снова лег, все еще чутко прислушиваясь к тому, что происходит снаружи.
— Что ты делаешь? — сонно спросила Мел.
— Услышал шум снаружи.
— И что это?
— Думаю, кто-то пошел в туалет.
Она не ответила.
Прошла минута, две, три.
Может, этот кто-то опорожняет кишечник?
Когда прошло уже десять минут, а снаружи по-прежнему было тихо, мне начало казаться, что этот звук мне приснился.
Хотя… я был уверен, что слышал его.
Может быть, это какое-то животное?
Медведь? Олень?
Возможно. Но я не был уверен. Мне казалось, что шаги были очень осторожными, как будто кто-то крался, стараясь не шуметь.
Я закрыл глаза и последовал собственному совету.
