Я наконец не выдержал и расхохотался, Выражение лица Мел, ее тон и уверенность, с которой она разглагольствовала, — все это вызвало истерический смех. Невозможно было так серьезно рассуждать о детях, выращенных в лесу животными.
— Итан, прекрати, — обиделась Мел. — Прекрати!
Я не мог ответить, я все еще заходился смехом.
— Итан, ты меня пугаешь!
Я покачал головой. По щекам лились слезы, но я не мог остановиться.
— Итан!
Я поднял руку.
— Итан!
— Все в порядке. — Я наконец успокоился.
— Что смешного? — Мел явно не обрадовалась моей реакции.
Я глубоко вдохнул.
— Что я смешного сказала?
— Не, все нормально.
— Говори.
Я посмотрел на нее.
— Неужели мы…
— Неужели мы что?
— Сошли с ума? — Я утер слезы. — Мы сошли с ума, Мел?
— Ты себя именно так и ведешь.
— Правда, мы сумасшедшие?
— Нет, мы нормальные. Вдвоем с ума не сходят. Только один из нас может быть сумасшедшим. Если все это происходило у меня в голове, значит, ты тоже у меня в голове. Ты плод моего воображения.
— Я не плод, — ответил я, сопротивляясь второй волне истерики.
— Я тоже.
— Значит, мы в порядке.
Мы помолчали.
— Знаешь, что я не могу понять? — спросил я через некоторое время. — Почему они с нами играли? Зачем надо было вешать Бена и Томо? Почему просто не оставили тела там, где они их убили?
— Возможно, они пытались нас напугать.
— Зачем?
— Выдворить нас из леса.
— Убить двух человек, чтобы не дать им поставить палатку в лесу? Не знаю, слабоват резон.
— Кайф так ловят. Может, это часть какого-то суицидального культа или…
Беседу прервал стук в дверь.
Я осторожно пересек комнату.
— Хироши? — Именно так представился лесник.
—
Я отодвинул засов.
Хироши принес пластиковое ведро с водой, наполнил два стакана и протянул нам. Мы с Мел залпом выпили их, наполнили снова и выпили по второму. Я читал, что в случае обезвоживания или травмы головы нужно пить медленно, потому что можно вызвать спазм и все выблевать, или же потерять сознание, но сейчас я не мог себя контролировать. Вода из колодца казалась волшебным эликсиром.
Наконец мы напились, поставили стаканы на стол и стояли, глупо уставившись друг на друга. Мы оба выглядели как дети, дорвавшиеся до запретного лакомства и наевшиеся его до отвала.
И тут зазвонил мой телефон.
Мы с Мел непонимающе уставились друг на друга. Внезапно меня охватило кошмарное ощущение того, что она действительно является плодом моего воображения, что я вправду сошел с ума, потому что то, что мой телефон зазвонил в этой сторожке, находилось за гранью возможного.
Тем не менее Слэш продолжал гитарную партию, а Эксл все еще пел.
— Это же твой рингтон! — воскликнула Мел.
Керамическая тарелка, которую Хироши держал в руках, разбилась об пол с громким звоном. Он выглядел как попавшийся воришка. И тут кусочки пазла сложились.
— Ты! — закричал я.
Лесник ринулся к двери. Я напрыгнул на него сзади и опрокинул на колени, держа его мертвой хваткой. Он дергался и крутился, но я не ослаблял объятий.
— Итан, это все он!
— Мел, найди веревку, надо его связать.
— Тут нет ничего!
Хироши резко откинул голову, разбив мне нос. У меня все поплыло перед глазами. Воспользовавшись моим замешательством, он вскочил на ноги и снова попытался выбежать. Я успел схватить его за левую ногу. Хироши зацепился было за дверную ручку, но рухнул на живот с диким, пронзительным криком. Я забрался на него, прижимая к полу всем своим весом.
— Принеси телефон, Мел! Надо ответить!
Мелинда перебежала в соседнюю комнату, через несколько секунд я услышал ее голос:
— Не открывается! Тут сундук или что-то вроде этого. Он заперт!
Я намертво вжал лесника в пол, одна рука на щеке, другая на виске. Хироши тяжело дышал, открыв рот, как рыба.
— Где ключ? — заорал я.
Он злобно зыркнул на меня.
Телефон перестал играть. Мел показалась из дверей.
— Я не могу его открыть.
— Иди сюда.
Она осторожно подошла.
— Сними с него ремень.
— Чтобы связать его?
— Да, давай быстрее.
Я переставил колени так, что мой вес оказался на плечах японца. Мел попыталась подсунуть под него руки.
— Он прижимает живот к полу.
— Ты не можешь подлезть?
— Погоди-ка… Черт! Он мне чуть руку не сломал!
Я поднял голову Хироши за волосы и резко опустил.
— Не делай так, — повторял я ему. — Не делай!
—
— Мел, ты можешь достать до застежки?
— Я пытаюсь.
Я обхватил Хироши рукой за шею и перевернулся с ним на бок, сжав его еще и ногами. Он снова попытался попасть головой мне по носу. Я напряг руку, перекрывая ему доступ кислорода. Его волосы, касавшиеся моего лица, пахли мокрой псиной и яблоками.
Мел присела перед нами. Японец лягнул ее в бедро.
— Берегись ног!
Она расстегнула ремень и потянула.
— Получилось!
Мел встала и вытянула всю полоску кожи из штанов. С треском оторвалась шлевка. Мел держала ремень в вытянутой руке, как будто это была дохлая змея, которую она убила в яростной схватке.
Не ослабляя хватки у горла, я поднял Хироши на ноги, подвел к стулу и усадил.
— Свяжи ему запястья.
Она взяла лесника за одну руку, которую он тут же с яростью высвободил.
