Лесков: Прозёванный гений полностью

Когда-то Полинька пыталась заработать на жизнь содержанием дешевой гостиницы; теперь ей это ни к чему – у нее есть квартира и доктор Розанов.

Полюбовавшись этим незаконным, но с душой свитым гнездышком, Лесков в той же главе переходит к описанию житья «граждан в Доме». Domus Concordiae (Дом Согласия), снятый социалистами на паях, – пародия на настоящий дом. Не зря Абрамовна иначе как «вертепом» его не называет.

Архитектура здания уродлива:

Здесь, разумеется, неуютно, холодно. Дверь комнаты Лизы не запирается на ключ, в передней темно. Внизу здания тянется длинный подвальный этаж – там, предполагает автор, когда-то были «пытальные», а сейчас по холодному полу скачут жабы. Лесков никак не может остановиться в описании царящего здесь убожества: побелка на стенах пожелтела, окна давно не мыты, крыльцо безобразно, «дом этот лет двенадцать был в спорном иске и стоял пустой, а потому на каждом кирпиче, на каждом куске штукатурки, на каждом вершке двора и сада здесь лежала печать враждебного запустения». Фундамент дома русских революционеров – болото с жабами и пыточные камеры. Мотив неуюта, неопрятности Domus'a, из которого бежит даже прислуга, не понимая, кто ее хозяин, становится сквозным.

Вероятно, Лескову не нужно было прибегать к гротеску – он описывал Domus с натуры. Напомним, что русский писатель и публицист Василий Слепцов, вдохновившись примером героев романа Чернышевского «Что делать?», снял на Знаменской улице просторную одиннадцатикомнатную квартиру, где поселились его единомышленники, мужчины и женщины, каждый в отдельной комнате. Жильцы вели общее хозяйство, но крайне неумело, и коммуна распалась, не просуществовав и года. Фаланстер [74], в котором размещалась реальная Знаменская община³⁵⁶, по воспоминаниям современников, действительно не отличался уютом: «Зала была довольно большая, но низковатая и плохо освещенная; небольшая лампа висела над длинным столом, обитым клеенкой, и кругом его сидели за чаем члены коммуны и гости; некоторые из гостей, за неимением стульев, расхаживали по комнате или сидели на окнах. Кроме стульев и стола, не имелось другой мебели»³⁵⁷.

К «гражданам» лесковского Domus" а в «Некуда» примыкают другие «полубездомные» – социалисты-приживалы, поселившиеся в нанятую Райнером просторную квартиру и разрушающие ее уют. Среди последних – кандидат юриспруденции, трогательный поляк Юстин Помада, нежный, но никем не любимый; в финале романа он гибнет в лесу, в Беловежской Пуще, сражаясь в отряде польских мятежников. Вскоре расстреливают и предводителя отряда Вильгельма Райнера, прототипом которого стал Артур Бенни.

Лесков, по сути, предрек в романе судьбу Бенни, который погиб в борьбе за чужое правое дело: сопровождал гарибальдийские отряды в качестве репортера, 3 ноября 1867 года был ранен в Ментане во время разгрома Гарибальди и умер в госпитале от гангрены. Тем не менее он успел вкусить обычного человеческого счастья: выехав за границу вместе с Марией Николаевной Коптевой, женился на ней.