– Это опасно. Средь бела дня копать яму под носом у немцев. А если патруль? Операция провалится!
Василич посуровел лицом и вдруг резко отрезал:
– Отказываешься выполнять задание? Тогда убирайся из отряда!
Сорока в ужасе схватился за лопату:
– Я не отказываюсь! Я просто хотел как лучше, у нас же все равны. Сделаю все, дайте вот только этого, – он ткнул пальцем в молчащего Франтишека, – помощником. Товарищ Баум, переведите ему приказ.
Якоб перевел поляку, что от него требуется, тот с готовностью потряс головой, подхватил большой рукой вторую лопату, как игрушку. Вопросительно уставился на командира:
– Товарыш… товарыш…
Канунников перехватил довольный взгляд старика, тот успел за пару дней обучить добродушного великана нескольким русским словам, чтобы наладить контакт с остальными членами отряда.
Недовольный Сорока в сопровождении Франтишека скрылся на тропинке, которая вела лесом через ледяную речушку к насыпи железной дороги.
После ухода особиста Александр с облегчением вздохнул. Насколько все-таки проще высказывать свои сомнения и мысли, когда рядом никто не норовит найти червоточину в каждом твоем слове. Лейтенант торопливо принялся излагать план, который он успел обдумать, пока инженеры корпели над хитрым устройством:
– Нам надо все предусмотреть. Если немцы пустят дополнительную охрану или со станции прибудет вооруженный патруль, скрываться придется очень быстро. Предлагаю: как только установим горючку, остальные сразу же уходят на болото через ручей, чтобы сбить собак со следа. Хватит двоих. Снять клин, убрать его в тайник и самим переждать облаву в каменном мешке на реке.
Зоя протянула возмущенно:
– Мы же тоже партизаны, тоже готовили операцию!
Старый Баум мягко осадил девушку:
– Зоенька, Сашхен прав. Немцы в салки с нами по лесу играть не будут. Пара выстрелов – и мы превратимся в трупы. Как же старый Якоб будет жить без вас?
От его увещеваний девушка стихла, все остальные тоже замерли, ожидая решения командира отряда. Василич кивнул:
– Согласен. Такой план безопаснее, пойду я. Пока будете снимать клин, я из автомата прикрою.
Он оглядел членов своей лесной гвардии. Бледные, ослабевшие, но с решительными, горящими взглядами, они ждали его приказа к началу операции.
Капитан выдохнул:
– Лейтенант Канунников и я несем клин, впереди дозорным Игорь, остальные несут горючку. Товарищ Баум остается на охране лагеря.
Женщины стали собирать пропитанные керосином жгуты, Игорь, старательно крутя головой, принялся проверять дорогу в сторону речного берега.
Капитан Романчук неожиданно остановился. Кулаки его были сжаты, скулы от напряжения выступили острыми углами под восковой кожей.
– Товарищи, если вдруг немцы… Если что-то случится, помните, главное, что мы вместе. Вместе у нас все получится.
– Так точно, товарищ командир, – задорно откликнулся Никодимов. Он успел уже из веревок соорудить некое подобие лямок для клина, чтобы можно было взвалить его на спину и нести по очереди.
Сеня тем временем решился снова заговорить с Зоей:
– Давайте я вам помогу. – Он попытался забрать себе часть жгутов.
Девушка заботливо отвела его искалеченные руки в сторону:
– Вот еще – помогать. Руки берегите, вернемся, я порошок у Якоба возьму для примочек. Вылечу вас.
Сеня решительно выдернул охапку, вторую вытянул из рук Лизы и взвалил себе на плечи вонючие тюки. Девушка запротестовала:
– Ну куда, ведь изгваздаетесь в керосине, – но, видя, как Сеня без колебаний шагает по тропе, заторопилась следом. – Ну ладно, как возвернемся, я простирну вам одежду. На ручей ночью схожу, выполощу.
Сеня залился краской смущения:
– Да не надо на «вы», вроде не старый я.
Зоя хихикнула в ответ:
– Дак совсем молодчик. Это ж я просто от того, что вы инженер. У нас в деревне ученые – все птицы важные. Вот я к вам, то есть к тебе, с уважением. И вы, то есть ты, мне не выкайте. Я ж простая, советская.
– Хорошо, Зоя. – Бурсак радовался, что у него на плечах тяжелая ноша и можно подумать, что задыхаешься под ее весом, а не от счастья, что наконец-то у него получилось поговорить с этой милой девушкой. – Вы только ночью на ручей не ходите одна. То есть ты. Я с тобой пойду. Вместе веселее и сподручнее.
Позади парочки Лиза, которая несла спички и фитили, с трудом нашла в себе силы, чтобы остановить их невинную болтовню:
– Ребята, тише. Маскировка же. Если патруль рядом!
Разговоры смолкли, слышно было лишь тяжелое дыхание Василича и Канунникова. Они по очереди тащили громоздкое устройство, помогая закидывать его друг другу на спину. Позади шли Лещенко и Никодимов с инструментами и автоматами наперевес, обоим не терпелось испытать свое детище в действии.
Узкий проход между деревьями оборвался пологим берегом, за которым бурно переливалась узкая речушка. Канунников нашел глазами каменное укрытие на выступе – сколько раз оно уже спасало им жизнь. Сейчас им придется выйти на открытое пространство, брод из остатков сгнившего мостика через реку, где глубина чуть ниже колена, только здесь. Тяжеленный груз в других местах через бурный поток не переправить.
