Между тем компания из гостей пока не складывалась. Супруги Занозины расположились в саду на скамейке и о чем-то тихо разговаривали, Юрий со своими девушками расположился за столом, они что-то оживленно обсуждали. Но так казалось со стороны, на самом же деле говорил в основном он сам, Настя и Валя-Вика слушали его, не перебивая. Вероятно, он вводил в курс свою невесту, рассказывая о Вале и ее трудном детстве.
– Как ты думаешь, кого не хватает? – спрашивала Наташа, разглядывая гостей. – Кто еще не приехал, кроме Женьки с Журавлевым?
– Не знаю… – отвечал Ребров.
– Эх ты, Валера! Какой же ты невнимательный! Не приехала та самая скандальная Лиля, родная сестра Юрия, что бросалась в нас с Женькой свекольным салатом! Вот и думай теперь сам – появится она здесь или ее уже заперли в клетке?
– В какой еще клетке? – не сразу понял Ребров.
– Валера, а что, если это она и есть убийца?!
– Ну уж нет… Ей-то что с того убийства? Нет, она наверняка появится, если, конечно, не откажется от приглашения из-за своего, как ты выразилась, характера.
– То есть ты допускаешь, что убийца сейчас здесь, среди нас?
– Не исключаю.
– Ты обратил внимание, что Надежда даже не смотрит в сторону Юрия? Словно они и незнакомы. Поссорились?
– Так он же с невестой…
– А ведь это из-за нее все и произошло! Я больше чем уверена!
Наконец приехали сначала Женя на своей машине, потом, следом, Журавлев – на своей. И все гости оживились, начали возвращаться из сада поближе к террасе, где их ждали уже накрытые столы.
Женя была бледная, видно было, что сильно волнуется. Журавлев сразу же подошел к Реброву, Наташа, сгорая от любопытства, побежала следом за Женей в дом.
– Женька, да стой же ты! Что с тобой происходит? Что это за вечеринка такая?! Ничего мне по телефону толком не сказала. Заметь, мы с Ребровым сделали все, как ты и просила.
– Да, я вижу, спасибо вам. А сейчас, Наташа, мне надо переодеться… Голова еще болит, сил нет… Черемухой надышалась в парке…
– В парке? Ты все это время была в парке?
Они заперлись в комнате, Женя переоделась в джинсы и свитер. Затем резко повернулась к подруге и спросила сквозь слезы:
– Ты мои вещи собрала?
– Женя… Ты чего плачешь-то? Что случилось?
– Борис мне изменяет. Я видела его сегодня в «Охотном Ряду», он покупал своей молоденькой любовнице нижнее белье, потом они сидели в ресторане… И вот тогда, Наташа, когда я его увидела и когда поняла, что со мной происходит и чего я хочу больше всего, я и поняла, кто убил Каштанову…
– Говоришь, видела Бориса в «Охотном Ряду»? И во сколько это было? – Наташа от волнения пропустила информацию о Каштановой.
– Не знаю точно, где-то в три или четыре часа… Наташа, я чуть с ума не сошла. Я позвонила Паше, мы встретились с ним в парке, дышали черемухой, но мне все равно было очень плохо, и я не могла ему ничего рассказать… Я вообще была словно в другом измерении. Это очень больно, Наташа… очень. Как я теперь понимаю твоего Петра, как же он страдал, когда ты уходила от него к Льдову…
– О! Нашла что вспомнить! Женя, прекрати плакать и послушай меня внимательно. Сейчас я скажу тебе такое, что ты окажешься уже в следующем измерении… Ты никак не могла видеть сегодня Бориса в «Охотном Ряду» и вообще в Москве.
– Будешь его защищать? Хочешь обеспечить ему алиби? Я же заметила, его до сих пор нет дома. Все уже приехали, а хозяина нет.
– Он дома. Он поехал утром на работу, но через час вернулся с сильнейшей головной болью, мы с Петром напоили его таблетками, дали снотворное, и он спит до сих пор… У него давление. Он немолодой уже человек, к тому же перенес травму…
Женя выбежала из комнаты, открыла дверь спальни и увидела мужа сидящим на постели, в халате. На его правой щеке розовела складка от подушки. Он на самом, что ли, деле так долго проспал? Или уже успел вернуться и выспаться?
– Женечка? Что за шум? Какие-то голоса… У нас что, гости?
– Как твоя голова?
– Да на месте. Вроде бы. А что?
– И давно ты здесь?
– Мне пришлось вернуться… Что-то плохо себя почувствовал, голова разболелась…
– Почему ты не позвонил мне и не сказал, что тебе плохо?
– Не хотел тебя беспокоить. Наташа сказала, что ты поехала за покупками. Я что, на звонки не отвечал?
– А кто же тогда был в «Охотном Ряду»?
– Не знаю. А кто был?
Женя вдруг подумала, что у нее еще будет время проверить записи с видеокамер рядом с домом и поговорить с охранниками, чтобы под каким-нибудь приличным и не унизительным для Бориса предлогом узнать, когда он вернулся домой. Вот Наташа, она точно не стала бы его покрывать. А вот Петр – мог. Он ради брата готов на все. С другой стороны, она же не видела лица этого мужчины из «Охотного Ряда». Только со спины. Неужели она все это себе напридумывала? И чуть не умерла от ревности?
– Борис, как ты себя сейчас чувствуешь?
– Да ничего. Переспал. В смысле, слишком долго спал, голова хоть и не болит, но какая-то тяжелая. Так что там, на террасе? Кто приехал?
