Ответа от него она не услышала. Но и не надо. Своими последними движениями упрямец решительно объявил, что отпускать свою ведьму без личного присмотра он никуда не собирается.
Времени на размышления мало. Если возле опушки и в самом деле кто-то из воинов-дозорных или магов-юнцов остался жив, пора спешить за ними.
И ведьма побежала, хромая по привычке, на всякий случай, и держа ладонь в кожаной перчатке перед клювом ястреба. В начале пути она вспоминала внутреннее помещение лесной халупы, а затем перебирала в памяти всех тех, кто был в пограничном отряде, и тех юных магов, которых она привезла сюда.
Да, неделю назад она привезла в эту отдалённую крепость приграничья семерых школяров – будущих выпускников академии боевых магов. Начальство решило, что эта крепостца (деревянная и примитивная, а потому вроде как неинтересная для противной стороны) будет неплохим полигоном для школяров в прохождении боевой практики перед выпуском.
С того же курса других школяров отправили примерно в такие же крепости.
В маленьких приграничных крепостях дозорных мало. Так и здесь. Всего двенадцать человек – командир крепости, семеро обычных солдат и четверо боевых магов-исследователей. Время от времени они отражали набеги от чужаков-соседей, но настолько редко, что держать из-за них дозор численностью больше как-то не полагалось.
Пограничная река, не слишком широкая, славилась высокими овражными берегами. Крепостца строилась в двухстах метрах от её овражного края. За деревянным зданием – долина при почти засохшем речном русле, давно суженном до едва заметного ручья, чьё начало пропадало в лесу. Долиной «та сторона» и гнала пограничных дозорных и приехавших юнцов к лесу. Точнее – не к лесу и не гнала. Если на произошедшее смотреть прямо – «та сторона» старалась заполучить всех, кто был в крепостце – ну, или уничтожить тех, кто слишком рьяно защищался.
Та сторона… Когда-то давно в бесплодных равнинных пустошах, говорят, упала с небес громадная гора. Лето тогда, говорят, было тёмным и страшным. И в те места, говорят, пройти нельзя было: не пыль, а земля летала по воздуху и горела. А спустя десятилетия, говорят, завелись на тех равнинных пустошах люди-нелюди. Посмотришь – человек, а приглядишься – нелюдь. Говорили – людоедством промышляли. И были – дикари дикарями. А потом и у них, у дикарей тех, упорядочилось что-то. И стало два государства. В одном – том, что Мирна знала, люди как люди, да и справно жили: тут тебе машины, паровозы и всякое иное, что человеку жизнь облегчает. В другом – жили охотой, и не только на птицу или зверя. Обычные люди побаивались границу переходить, хоть и случались смельчаки. Или дурные головы – что уж говорить... А с той стороны набеги редко-редко, но бывали – именно что поохотиться на человека. И что там потом с пойманным было – впору страшные сказки рассказывать…
Мирна не знала, сколько вчера из крепости дозорных и школяров погибло. Своими глазами видела гибель Светогора. Так что строптиво решила искать оставшихся восемнадцать человек.
Темно. Мирна поморщилась: с опушки даже сюда донесло крепкий запах горелого дерева и камня. Крепость сожжена… Сглотнула: и все съестные припасы с нею. А до ближайшего пограничного городка – трое суток пешим ходом. Ладно – лес есть.
Ведьма вышла из-под нависших ветвей самых старых здешних древ и, присев на корточки, притаилась за близким кустом. Раскинула поисковую сеть.
Юнцы, пока ехали в вагоне паровоза к провинциальному городку, где их ждали верховые лошади, показали себя ершистыми. Считали себя умными – последний же курс академии заканчивали. Считали себя умелыми – на практику же ехали перед экзаменами… Но что с их ума и умения, ежели внезапное нападение?.. Знать-то правила знают, а настоящей практики и не было, как себя вести и что делать, если…
Поисковая сеть дрогнула слева. Янис немедленно приподнялся на лапах.
«Девчонка!..»
- Из школяров? – ненужно уточнила Мирна: кроме девушек-магичек, в крепости женщин не было. Ну, и кроме неё, ведьмы.
«Из них».
- Живая? – встревоженно то ли спросила, то ли понадеялась ведьма, поспешно вставая и поворачиваясь идти на сигнальное подрагивание.
«Ранена».
- Которая из двух?
«Дара».
Мирна удивилась. Светленькая Дара, на её взгляд, была самой слабой в группе школяров. И физически, и магически. И – выжила? Или она, ведьма, видела её слишком поверхностно? Впрочем, сейчас это не имеет значения.
Лучше бы под ноги глядела… Мирна чуть не рухнула с рыхлого овражного краешка в тот самый ручей, бежавший к пограничной реке мимо крепостцы. Под злой клёкот потревоженной птицы успела схватиться за ствол орешника, удержалась на ногах – с помощью тонкого ствола быстро съезжая к воде. И зашипела от боли: Янис, незащищённый, боясь, что его собьёт встречными ветвями, быстро переместился на её спину, вцепившись теперь только в плащ. А заодно процарапав ей кожу под ним.