Внутри пещеры за время их похода ничего не изменилось, даже факелы горели. Я не раздумывая прошла прямо к книгам, лежащем на полу и, закрыв глаза, опустила руку на самую верхнюю. Ещё тогда, в первый раз меня так тянуло почитать их, рассмотреть поближе, но в тот раз я была обыкновенной девчонкой и книги не раскрылись, показав лишь чистые листы. Но сейчас, я ощущала их, словно все предыдущие Стражи рассказывали мне свои секреты. Я с трудом разложила огромные книги на полу каменного зала и, положив руку на витиеватые обложки, мысленно читала магические откровения авторов. Я благоговейно впитывала в себя различные знания о ведении местного быта, о самой пещере и скатерти-самобранке, о замысловатом не иссякающем фонтане, о животном мире и о природе Приграничного мира. Здесь было все продумано до мелочей, чтобы облегчить жизнь Стражам. Я смахнула с глаз непроизвольные слезы, представляя себе мужественных и гордых людей, живущих отшельниками, добровольно выбрав участь Стражей — защитников обоих миров от нечисти и хаоса. Таким был Иерохим, отдавший жизнь в борьбе с темным магом. Таким был и Афанасий, готовящейся сражаться до конца.
Коротко вздохнула, чтобы не заплакать, я сцепила зубы. «Ну уж нет. Мы справимся с этими монстрами вместе. Я теперь столько знаю, что помогу и поддержу Афанасия во всем».
Оставалась последняя книга — принадлежавшая самому первому Стражу, который вызвался защищать небесную дверь сразу после битвы между людьми и магами. На эту книгу у меня была особая надежда, ведь ее писал человек столкнувшийся с монстрами, ещё находясь вне Приграничном мире. Ему давали указания сами древние маги, создавшие печать заклятия на дверь, закрывающую дыру, пробитую в небо. Я тотчас вспомнила Теней, их ум и благородство. Они должны были заранее придумать способ борьбы с небесными тварями. И надежда оправдалась. Я нашла описание, как уничтожить монстров, проникших на землю, странно что Афанасий сам не сказал мне об этом. Возможно забыл?
«…Коль монстры прознают про место это, иль зов почуят собратьев мерзких своих, выставить нужно перед входом в Приграничье чан с зельем из трав полевых и листьев кустарниковых. Выжгут те травы все внутренности монстров…”- прочитала я и радостно захлопала в ладоши. Неужели так просто- всего лишь зелье. Я закрыла глаза, пытаясь унять дрожь возбуждения.
«…Заварить зверобой, пустырник, чертополох и смородиновый лист. Добавить туда крапиву и тмин и…”- прочитала несколько раз, заучивая наизусть и бросилась со всех ног искать Афанасия.
Выбежав из пещеры, я запнулась о свою же ногу и, упав лицом в песок, охнула от боли и стала крутить головой во все стороны в поисках Стража.
— Ты чего как угорелая? Под ноги когда научишься смотреть? — пробурчал Бадик и подставил свою спину в качестве опоры. Оперевшись на собаку, я поднялась на ноги и, отряхивая песок с одежды, увидела Афанасия.
Он стоял на самом верху пещеры, там где богатыри человеческие установили железную дверь, а древние маги навечно запечатали её заклинанием. Достав Лесной ключ из внутреннего кармана плаща, Страж дунул на него и положил на каменную площадку. Тот мгновенно стал расти и расширяться, превратившись в огромный неподъемный Ключищи. Афанасий медленно развел руки в стороны, откинул голову назад и закричал громко, изо всей силы, приводя в движение неповоротливый ключ. Он с усилием поднимался к железной двери, за которой слышался мерный стук, свист и страшные стоны. Ключ, добравшись до двери, завис в воздухе, и вдруг начал раскручиваться быстро-быстро, освещая все помещение ярким светом и обдавая полыхающий огнем. Афанасий опустил голову и закрыл глаза, спрятавшись под навесом из камней. Чем быстрее раскручивался ключ, тем мощнее раздавались удары по двери со стороны неба и тем сильнее становился свист. Вдруг ключ остановился, прилипнув в двери, словно притянутый магнитом, последний раз осветил всю гору яркой вспышкой и уменьшившийся до прежних размеров упал на вовремя подставленную ладонь Стража. Афанасий сжал ключ пальцами прошептал заклинание и опустив плечи, тяжело вздохнул.
Спустившись вниз, он медленно сел на землю, оперевшись на каменную стену и вытянув ноги. Его лицо было бледным, дыхание тяжёлым, струйки пота стекали с его лба на посиневшие губы, но казалось он ничего не замечал.
— Афанасий, я нашла, — радостно кричала я, подбегая к обессиленному Стражу.
— Что произошло? Почему ты опять постарел? — охнула я.
— Все хорошо, Аннушка. Заклятие на дверь установлено. Помог Лесной ключ. Сейчас отдышусь немного и все хорошо будет, — еле выговорил Афанасий, опять превратившийся в того старика с длинной седой бородой и морщинами, каким мы с Бадиком впервые увидели его.
— Тебя и на минуту оставить нельзя? Только ж все нормально было. Глядь, а ты опять старик, — удивился Бадик и подбежал к Афанасию, облизав ему руки.
— Да, Бадик, магия — штука непостоянная. Каждый раз применяя ее, отдаешь часть своей жизненной силы. Что, дружок, ещё хочешь ее к себе применить? — попытался пошутить старик.