– Сколько человек к вам примкнуло?
– Четыре десятка, военнопленных из них только 13 человек. Большинство в очень тяжёлом состоянии. Нам пришлось две недели их выхаживать, пока хотя бы часть из них встала в строй.
– Овчинка не стоила выделки?
– Почему? Нормальный результат, приемлемый. Примерно на такой я и рассчитывал. Главное, что морально сломленных среди них было всего несколько человек. 34 бойца пополнили мой отряд.
– Остальные?
– Отпустил на все четыре стороны и сменил положение лагеря.
– Полицайских запасов хватило?
– Нет, конечно. Но мы установили плотный контакт с деревенскими, которых угнетал Якуб. Нам передали много мёда, гусиного жира и самогона для раненых и какое-то время снабжали хлебом.
– Что, кстати, стало с его любовницей?
– Да ничего. Вступила в наш отряд.
…Когда я увидел её, то не поверил своим глазам, а после яростно выругался. Это ж надо! Снова баба в отряде!
Точнее, бабы. Олеся пришла вместе с матерью и младшей сестрёнкой, совсем ещё ребёнком.
– Паша! Ты чем думал, осёл тупорылый, когда привёл их сюда!
– Товарищ командир, я…
– Головка ты… от патефона. И что мне теперь делать с беременной? Роды кто принимать будет, ты?
Тут голос подала виновница моего крика:
– Товарищ командир, простите, пожалуйста, Пашу. Я не беременна и могу быть полезна в отряде.
– Чем, к примеру?!
– Мы привели к вам двух своих лучших коз, они дают много молока. А ещё я до войны училась на фельдшера, могу лечить раненых. Мама с сестрой будут мне помогать.
– Погоди. А, это Якуб пытался тебя таким образом защитить?
Залившаяся краской девушка тихо ответила:
– Нет, это я его обманула. Я не хотела от него ребёнка. И знала, как не допустить беременности. А Якубу… я сказала так, потому…
Опустив глаза, Олеся замолчала. Да понятно всё, не хотела терпеть на себе вонючего борова. И в деревне ей жизни нет: после всего, что сделал её любовник, её в лучшем случае изнасилуют. А скорее всего, и изнасилуют, и удавят – это если первыми до неё доберутся обозлённые сельчане. А если полицаи или немецкие дознаватели… Они наверняка осознают, что внезапный выход Якуба с отрядом случился на следующий день после визита незнакомых полицаев, и провожала их его любовница… Тут уж всяко результат непредсказуем. Но ничего хорошего ей, да и её семье, ждать не приходится.
– Ладно, я всё понял. Если фельдшер, то военно-обязанная, а значит, будешь полноправным членом отряда. Вот твоё оружие.
Протягиваю ей новенький «вальтер».
– Разрешаю применять против врагов, – и уже громче, – и всех, кто попытается силой взять. Слышите?! Кто девку ссильничает, шею сломаю. Все поняли?!.
– И что, не было с ней проблем? Судя по вашему рассказу девушка была очень эффектная.
– Была… Да, конечно, с бабой в чисто мужском отряде будут проблемы. Ветераны ещё как-то держались, мой авторитет для них был непререкаем. А вот когда мы заключённых освободили… Многие же с ранениями, после жестоких побоев, а она фельдшер, всю заботу о раненых на себя взяла. Но они тоже не железные, сколько времени без баб? Потом прознали, что Олеська подстилкой была у главного полицая… Короче, попыталась как-то тройка особо голодных к ней привязаться.
– И? Что дальше?
– А ничего. Услышав крики, прибежал Паша. Одного застрелил, ещё двоих пинками в лагерь. А там уж я своё слово сдержал.
– В смысле?
