Лесные ужасы полностью

— Поймал! — торжествующе крикнул участковый, и тут же выдал возглас, неподобающий кодексу сотрудника полиции. — Ой, &#@%ь!</p><empty-line/><p>Врач и Валера не смогли сдержать нервного смеха.</p><empty-line/><p>— Пойдёмте, дорогой мой, на укол, — заперев пойманную бабочку в пластиковую банку, врач решительно взял полицейского под локоть. — При укусе они впрыскивают в кровь жертвы очень неприятный состав…</p><empty-line/><p>Мишу выписали из больницы на следующий день. А Семёну пришлось пролежать в реанимации районной поликлиники целых восемь дней. Два раза молодой человек чуть не умер, но врачи в итоге спасли ему жизнь. Пропавшему две недели назад пожилому грибнику повезло гораздо меньше. Он стал жертвой реликтового вида дневной кровососущей бабочки — Calyptra Magnus…</p></section><section><title><p>Колодец</p></title><p>В глубине старого леса среди вековых деревьев стоял древний каменный колодец. Его окружали полумрак и тишина, прерываемая только шёпотом ветра и скрипом деревьев. В деревеньке, которая раскинулась на краю леса, это место пользовалось недоброй славой. Никто не мог толком объяснить, почему, но местные предпочитали туда не ходить.</p><p>Однажды в деревню прибыла группа туристов — охотников за фольклором. Деревенские с готовностью рассказывали им всякие байки (а может и не байки). Конечно, гвоздём программы стала история о старом колодце. Молодые люди не верили в сказки ну и решили осмотреть памятник старины, совместив это с туристической романтикой — ночными посиделками вокруг костра. Как ни отговаривали их местные, они всё равно отправилась в лес.</p><empty-line/><p>Поляну с колодцем нашли быстро, оказалась она не так далеко от деревни, километрах в пяти. Колодец выглядел внушительно: монументальное сооружение, превышавшее размерами типичные колодцы, доходило человеку до груди.</p><p>— Интересно, его великаны построили, что ли? — сказал Алексей, поднимаясь на носочки, чтобы заглянуть внутрь. Дыра в земле, да в сумерках — что там можно было рассмотреть? Алексей подобрал с земли камень и бросил в колодец. Глухого удара от падения пришлось ждать довольно долго. — Ого, какой глубокий!</p><p>От увлекательного изучения памятника старины Алексея отвлекла Настя.</p><p>— Ребята, давайте уже лагерь сообразим, скоро совсем темно станет да и комары загрызут.</p><p>Комаров действительно было тьма, и костёр любителям фольклора не помешал бы.</p><empty-line/><p>Привычно разбив две палатки и разведя костёр, друзья поставили на огонь котелок, намереваясь выпить чаю, и расселись кружком. Олег расчехлил гитару. Всё было готово к приятному времяпровождению. Ночь опустилась на лес, ребята развлекали себя разговорами и песнями, и о колодце все забыли.</p><p>— Ребяяят, — вдруг протянула Света, — как то мне не по себе. Вам не кажется, что за нами наблюдают?</p><p>Конечно же, за этим последовало множество подколок и очередная порция страшилок от товарищей. В конце концов, когда у всех уже начали слипаться глаза, Олег предложил:</p><p>— Ну что, девочки направо, мальчики налево, и на боковую?</p><p>Возражений не было, и вскоре маленький лагерь погрузился в сон. Но кое-кто не спал…</p><empty-line/><p>Посреди ночи Алексей проснулся от неприятного ощущения. Он элементарно замёрз, что было странно. Как можно замёрзнуть в спальнике летом? Ну раз уж проснулся, Алексей решил ещё раз сходить налево, чтобы утром поспать подольше, и выбрался из палатки. Изо рта действительно шёл пар. Парень поёжился, и не только от холода. Вспомнились слова Светы. Сейчас и он сам ощущал на себе чей-то пристальный, недобрый взгляд. А ещё, где-то на грани сознания, ему послышался невнятный шёпот. Решив, что утром вполне можно будет встать и пораньше, Алексей решил вернуться в палатку, и тут его охватил настоящий ужас. До неё была всего пара шагов, но он никак не мог их преодолеть. Казалось, он просто стоит на месте. Парень ускорил шаги, а затем и вовсе побежал. Но палатка не приближалась, зато стало ещё холодней, а шёпот — отчётливей. Он уже мог различить отдельные слова: "Разбудил", "Наш", "Вкусный". Алексей заорал, когда его плеча что-то коснулось. Удивительно, но его друзья, которые спали всего в нескольких метрах от него, не проснулись. Алексей всё кричал, пока щупальца тьмы окутывали его, а затем тащили к колодцу и в саму его бездну…</p><empty-line/><p>Утром товарищи, обнаружив отсутствие Алексея, долго звали его и обшаривали лес вокруг своего лагеря, но не смогли найти никаких следов друга. Приехавшая на место группа спасателей прочесала весь лес. Обследовали и колодец, но ничего странного, кроме необычной глубины, в нём не обнаружили. Ну а местные жители ещё больше уверились, что не стоит беспокоить то, что живёт в колодце.</p></section><section><title><p>Ужин</p></title><p>— Нужно на ночёвку становиться, — решительно заявил Миша, заметив, что девчонки уже еле ноги переставляют. Конечно, Катя с Олей были туристками закалёнными, но маршрут всё-таки был довольно высокого уровня сложности — даже парням приходилось нелегко: Приполярный Урал суров. А сегодня и погода не радовала, моросил мелкий дождик, над тропой вились клубы тумана. Михаил был инструктором с немалым стажем, отлично знал край, и его маршруты пользовались популярностью, тем более что он никогда не водил группы одними и теми же тропами — каждый любитель красот природы неизменно увозил с собой море впечатлений и множество уникальных фотографий.</p><p>Сейчас они, по прикидкам Миши, находились километрах в десяти от турприюта, в котором он запланировал отдых, но в текущей ситуации это было слишком далеко. Благо, у них с собой были палатки — 10-дневный маршрут предполагал несколько "диких" ночёвок. Ну что ж, будет на одну больше. Оставалось лишь найти подходящее место, и вскоре они должны были выйти в удобный распадок. Однако время шло, полчаса, час, и Михаил хмурился всё больше — он исходил эти места вдоль и поперёк, но вдруг ему стало казаться невероятное — что он заблудился.</p><empty-line/><p>Миша уже практически принял решение ставить палатки в первом попавшемся более-менее пригодном месте, но тут его внимание привлекли странные звуки: вроде бы собачий лай, но какой-то странный. Лай приближался, а вскоре явственно послышался человеческий голос — женский.</p><p>— Эй! — крикнул Михаил, рассудив, что либо женщине нужна помощь, либо она сама сможет им помочь.</p><p>Звуки сменили направление и теперь явно приближались к ним. Вскоре на тропу вышла пожилая женщина, а вот собака, к удивлению всех, так и не появилась, да и лай прекратился.</p><p>— Туристы, небось? — покачивая головой, спросила женщина.</p><p>— Да, туристы, — миролюбиво подтвердил Михаил. — Вот ищем, где бы переночевать. Не очень удачный день сегодня для перехода.</p><empty-line/><p>Женщина оценивающе осмотрела группу — две девушки, трое парней, включая Мишу.</p><p>— А с этим я вам помогу, — наконец улыбнулась она. — Я живу тут неподалёку.</p><p>"Точно заблудились", — подумал про себя Михаил, вдоль их маршрута не было никакого жилья. Только он никак не мог понять, когда и где группа могла свернуть не туда. Но ночевать в тёплой избе было лучше, чем в палатках.</p><p>— Это будет здорово. Спасибо большое! — он был действительно рад предложению незнакомки.</p><p>Совсем скоро, следуя за женщиной, они вышли к небольшой избушке, которая притулилась к отвесному скальному участку горы.</p><p>— Заходите в хату, — махнула рукой хозяйка, — я сейчас.</p><p>Приглашать дважды не понадобилось, особенно девушек, которые уже через пару минут буквально попадали на лавки в натопленной избушке. Хозяйки не было довольно долго, все уже успели согреться и осмотреться. В скудно обставленном помещении было мрачновато, оконце было всего одно и очень маленькое, а ещё стоял странный запах.</p><p>— Ну и воняет тут, псиной что ли, не пойму никак, — поморщилась Катя.</p><p>— Ты ж слышала собаку, а конуры возле дома я не заметил, значит, тут и обитает, — предположил Сергей, который с самого начала похода кидал на девушку неравнодушные взгляды. Катя только плечами пожала, она явно не собиралась вступать в беседу с парнем.</p><empty-line/><p>Тут дверь распахнулась, и на пороге появилась хозяйка домишки, в руках перед собой она держала большую корзину, накрытую полотенцем.</p><p>— А что ж вы не раздеваетесь? Сейчас ужин сготовлю, вы пока умойтесь, я во дворе вёдра с водой у рукомойника поставила, наливайте сами, — велела женщина.</p><p>— Простите, а как вас называть? — спросил Михаил.</p><p>Женщина озадаченно посмотрела на него, как будто не понимала, о чём речь, но потом недовольно процедила:</p><p>— Тёткой… Маней зовите.</p><p>Ребята переглянулись между собой — странная реакция на безобидный вопрос. Но у каждого свои причуды. Спасибо, что она их приютила.</p><p>Умываться холодной водой в туманных сумерках было небольшим удовольствием, так что водные процедуры завершились быстро. Тем не менее, тётя Маня уже успела поставить в печь объемный котёл с какой-то похлёбкой.</p><p>— Я ни за что не смогу это есть, — прошептала Оля на ухо Кате, — там наверняка мясо.</p><p>Оля была убеждённой вегетарианкой — крайне редкое явление среди туристов.</p><p>— Сделаешь вид, что ешь, — так же тихонько ответила ей подруга, — нечего обижать хозяйку.</p><empty-line/><p>Наконец тётя Маня с немного удивившей всех лёгкостью вытащила котёл из печи и водрузила на стол. Варево пахло странновато, но вполне съедобно. Хозяйка достала из грубо сколоченного, явно самодельного, буфета деревянные ложки и раздала гостям.</p><p>— Кушайте! Тут специальные травки, быстро силы восстанавливают, — пояснила она.</p><p>Тарелок не было, как и хлеба. Но с этим у туристов и самих было всё в порядке. Вскоре приступили к ужину.</p><p>— А вы не будете? — спросил Миша, заметив, что тётя Маня к ним не присоединилась.</p><p>— Нет-нет, я уже ела. В мои годы не много-то и нужно, — махнула рукой та.</p><p>О действии травок хозяйка не соврала — с каждой ложкой по телам ребят разливалось тепло и как будто добавлялось сил, пальцы ног и рук покалывало, только вот в голове туманилось. Но это было понятно, сегодня туристы здорово устали, пора было и поспать. Оля с некоторой завистью смотрела на товарищей, которые физически теперь явно чувствовали себя значительно лучше, чем она. Но своим принципам девушка изменять не хотела и только делала вид, что ест, довольствуясь за ужином одним хлебом.</p><empty-line/><p>Котёл быстро опустел. Миша даже удивился немного — как это им вчетвером удалось столько съесть? А хозяйка не скрывала радости:</p><p>— Какие молодцы! Сильные, здоровые!</p><p>— Тётя Маня, а собака ваша где? Мы лай слышали, думали, она с вами тут, в доме живёт, — уже еле, в полудрёме, ворочая языком, спросила Катя.</p><p>— А тут он, мой мальчик, где ж ему быть, — пробормотала женщина, — да вы ложитесь спать, уже на ногах не держитесь.</p><p>Она бросила прямо на пол несколько огромных шкур. Оля с удивлением смотрела, как её товарищи с видимым удовольствием укладываются на них, зарываясь лицами в длинную шерсть. Заметив её реакцию, тётя Маня хмуро спросила:</p><p>— Ты что, не ела мясо?</p><p>Оля отрицательно покачала головой:</p><p>— Нет, я вегетарианка.</p><p>Женщина нахмурилась ещё сильней, но потом её лицо просветлело:</p><p>— А так даже лучше. Ложись сюда, на лавку.</p><p>Оля постеснялась расспрашивать хозяйку дальше и решила, что группа всё равно тут только до утра, а там всё забудется. Наверное, те самые травы в похлёбке так странно на ребят подействовали. Поворочавшись немного, девушка уснула.</p><empty-line/><p>Утром Олю разбудило повизгивание. Открыв глаза, она увидела рядом с собой тётю Маню, которая нежно поглаживала огромных псов, преданно смотрящих на неё:</p><p>— Сильные дети! Здоровые! Долго жить будете!</p><p>Тут она заметила, что Оля проснулась.</p><p>— А вот и дичь очнулась. Славная будет охота, да, детки?</p><p>Псы в возбуждении крутились у ног женщины. Оля смотрела на эту сцену в недоумении, спросонья она никак не могла сообразить, что происходит, но тут к ней обратилась тётя Маня, совсем не так ласково, как к псам:</p><p>— Сынок мой совсем немощный стал, пора было ему смену искать. Тут и вы подвернулись. А теперь у меня не один ребёнок, а сразу четыре. Такая удача! Соседи завидовать будут!</p><p>Оле подумалось, что она всё ещё спит, и ей снится кошмар, а тётка рассмеялась:</p><p>— Мясо, дурочка, мясо! У нас дети не рождаются, у нас дети появляются, из других, таких как вы. Лучше б ты тоже его ела, сыночка моего. Тогда б превратилась в мою доченьку. А так ты дичь! Беги, дурочка. Дам тебе полчаса, а потом мои дети на тебя поохотятся!</p><p>Оля ахнула и показала на псов:</p><p>— Так это…</p><p>— Догадалась, наконец? Да, это твои бывшие спутники. А теперь давай, беги, некогда мне, — с этими словами тётя Маня грубо схватила девушку за руку и вытолкнула из избушки.</p><empty-line/><p>За ночь туман так и не рассеялся. Оля, сбивая босые ноги, побежала, сама не зная, куда. Разум отказывался принимать то, что она только что услышала, но подсознание твердило, что всё это правда. В памяти всплыла четвёрка псов: три побольше и погрубее и четвёртый — или четвёртая? — изящней. И окрас… Один из них, самый крупный, был чёрным, как смоль, точно как Михаил, а девочка — рыжая и с удивительного зелёного цвета глазами, прям как Катя. Только вот как это может быть правдой? Как можно превратить людей в животных, просто скормив им какое-то мясо? Так точно не бывает!</p><p>Скоро девушка начала выдыхаться, даже тренированное тело не всё может выдержать, тем более что она уже давно практически ничего не ела. Но когда позади неё послышался такой же странный лай, который они слышали вчера перед роковой встречей, у Оли как будто второе дыхание открылось. Она бежала, уже совершенно не разбирая дороги. Ужас полностью вытеснил все разумные доводы, которые приходили девушке в голову. Неожиданно лес закончился, и она оказалась на краю обрыва. Оглянувшись, Оля заметила мелькавших среди деревьев псов, и решилась: лучше разбиться о камни, чем быть разорванной на куски этими злобными существами. И соскользнула вниз. Краем меркнущего от боли сознания она слышала, как завыли псы.</p><empty-line/><p>Оля очнулась в больнице, закованная в гипс и замотанная в бинты, как мумия. Жива! Она не разбилась насмерть, и на её счастье по проходившей мимо тропе как раз двигалась группа туристов. Ещё доля везения — среди них оказался врач, который оказал ей первую помощь, иначе она бы не дотянула до реанимации. Травм было множество, но к счастью, позвоночник не был сломан, а вот один глаз Оля потеряла, к тому же оказалась сильно повреждена гортань. Рассказать, а точнее, написать, о том, что с ней произошло, она смогла очень нескоро, зато у неё было много времени, чтобы обо всём этом подумать. И девушка совершенно не представляла, кто ей вообще поверит. Наверняка спишут на сотрясение.</p><p>Но тут она оказалась не права. Когда рука, правда, левая, восстановилась в достаточной степени, чтобы нажимать на клавиши, появился неприметный немолодой мужчина с внимательными усталыми глазами.</p><p>— Ольга Николаевна, я Максим Иванович, следователь по вашему делу, — представился он. — Из вашей группы нашли только вас. Вы можете рассказать, что случилось с остальными?</p><p>Что-то было в нём такое, что Оля решилась и, с трудом набирая текст на планшете, описала всё, что помнила. Следователь даже не удивился.</p><p>— Знаете, это не первый случай пропажи людей в том районе. Но вы единственная, кого нашли, хотя там и не такая большая территория. Теперь я понимаю, что не то искали. Вы поправляйтесь, а я к вам буду заходить, если потребуется уточнить какие-то детали.</p><empty-line/><p>Максим Иванович приходил ещё дважды — один раз с каким-то специалистом, который долго расспрашивал девушку подробности о месте, где находилась избушка тёти Мани, а второй — чтобы сообщить, что её нашли. Сама тётка живой не далась, перерезав себе горло, а вот псов удалось изловить. Их отправили на какую-то исследовательскую базу, но что с ними было дальше, Оля так и не узнала, а ещё ей пришлось подписать документ о неразглашении сведений.</p><p>Для всего остального мира туристы погибли, свалившись в не замеченную в тумане расщелину.</p></section><section><title><p>Леший</p></title><p>В деревеньке Измайловка, что ютилась возле глухого, темного леса, который её обступал с трёх сторон, ходили слухи о Лешем — древнем духе, обитающем среди вековых деревьев. Якобы жил он на поляне в дупле старого дуба. Поляна там, разумеется, и правда была, и раскидистый дуб с дуплом тоже, но вот сколько деревенские ходоки туда днём не заглядывали, никого не находили. А ночью желающих забираться в такую глушь непонятно ради чего не было.</p><p>Лес, между прочим, обширный, богатый на дичь, грибы и ягоды. Но добыть это всё было не так просто. А вот заблудиться, отойдя на десяток шагов от известных тропинок, было очень легко. И далеко не все заплутавшие на эти самые тропинки возвращались. Зачастую Леший наказывал без особой причины даже тех, кто вёл себя в лесу прилично и не нарушал неписанных лесных законов: не бить дичи сверх меры, не ломать живых ветвей, не топтать грибницу, и прочих.</p><p>Местные жители, особенно те, кто постарше, были уверены, что этот древний Леший охраняет лес и учиняет жестокую расправу над теми, кто осмелится потревожить его владения. Но для троих друзей — Максима, Ивана и Петра — это была всего лишь сказка, придуманная, чтобы пугать несмышлёных детей. Однажды вечером они собрались у Максима дома, выпили по паре бутылок пива, и взбрела им в голову нежданная мысль разгадать устоявшийся миф. Недолго думая, парни организовались и отправились в лес с ружьями и фонарями, не дожидаясь утра. Так свербело у них шило в известном месте.</p><empty-line/><p>Когда они углубились в чащу, и без того мрачный лес стал казаться ещё более зловещим. Трудно было понять, ещё поздний вечер, или уже ночь вступила в полные права, но едва различимые тропинки так и норовили спрятаться от троих храбрецов. Петляющие ленты тропок становились всё уже, прятались среди куп колючих кустарников, вились между деревьями и появлялись снова. Молодые люди шли всё дальше в чащу, смех и шутки, до того царившие в слегка подвыпившей компании, теперь сами собой угасли, сменившись настороженной тишиной и оглядыванием по сторонам.</p><p>Один Максим, как лидер группы, уверенно вёл друзей вперёд, но и его внешняя бравада медленно вытеснялась нарастающим беспокойством. Прохладный ночной ветер появлялся порывами, обдувал ночных путешественников и тут же исчезал, сменяясь кратковременным штилем.</p><p>Когда они добрались до старого дуба, который считался «домом» Лешего, ветер окончательно стих, и лес погрузился в полную тишину. Старые деревья, обступившие заветную поляну, казалось, тянулись кривыми сучьями к трём фигуркам, замершим у подножия величавого дуба. Вдобавок создавалось ощущение, что и сама поляна становилась всё меньше, будто бы ужимаясь в пространстве. Хотя это можно было списать на обман ночного восприятия, и это лишь тени ползли к людям, по мере того как поднималась над лесом луна.</p><p>— Я думал, будет труднее его отыскать, — ухмыльнулся Иван, внезапно осмелев, но возникший холодок пробрал его до самых костей. Парня затрясло, хотя он не хотел подавать виду.</p><empty-line/><p>Разум Петра тоже бунтовал от неуловимого чувства угрозы. Он один услышал тихий, едва различимый шепот, повторяющий только одно слово: «Вернитесь…».</p><p>Но Пётр решил, что это просто его воображение, разыгравшееся из-за страха. Каждый из безрассудной троицы корчил из себя героя, которому всё нипочём. Однако парни принялись светить во все стороны, никого и ничего не обнаружив ни возле дуба, ни в развёрстом, как жерло колодца, дупле.</p><p>Внезапно лучи их фонарей зацепили что-то массивное, размытое, движущееся среди деревьев. Огромная тень, идущая к ним, вырисовывалась всё ближе. Она двигалась неторопливо, но уверенно, скрываясь ненадолго и появляясь снова. Максим поднял ружье, но руки его дрожали. Слишком поздно они поняли, какую совершили ошибку.</p><p>На поляну, теперь уменьшившуюся до пары десятков метров в диаметре, внезапно вырвался Леший — кряжистая рослая фигура, опоясанная зелёными мхами и корневищами, с горящими ярко-красными глазами, которые словно прожигали до глубины души незадачливых охотников на нечисть. Длинные когти, напоминавшие корни молодого дерева, вытянулись в сторону Максима. Оглушительно грохнули ружейные выстрелы, от чудовища отлетели куски коры и веток, но Леший даже не замедлился.</p><empty-line/><p>Иван и Пётр бросились в разные стороны, а Максим, решив, что ему не убежать, бросился в безнадежный бой, используя разряженное ружье как дубину. Его крики гулким эхом разнеслись в ночи, смешавшись с рёвом монстра. Вскоре улепётывающие со всех ног парни, слышали только зловещую тишину. Через десять минут отчаянного бега Иван, в панике потерявшись в темноте, ринулся прямо через заросли и ветви, которые словно специально пытались его поймать. Но прорваться через густой кустарник не удалось. Одна из веток, торчавшая из почвы словно копье, пробила грудь мужчины, пронзив ему сердце.</p><p>Пётр бежал так долго, что думал, что никто уже не будет гнаться за ним. Лес редел, спасение казалось совсем близким. Но когда он оказался на опушке, и за крайними деревьями уже виднелись далекие огоньки домов, полночная луна осветила фигуру Максима, стоящего молча перед ним.</p><p>— Макс, дружище, бежим! — завопил обрадовано Пётр, которому появление товарища словно придало сил и духу.</p><p>Но вблизи он увидел, что глаза товарища были пусты, как две бездонные пропасти, а искорёженное тело бугрилось странными наростами и было приковано к земле шевелящимися корнями.</p><empty-line/><p>Тогда Пётр услышал этот шепот снова: «Никогда не возвращайтесь…». Поняв, что другу уже не помочь, он сделал последний рывок из леса, вознося мольбы Богу, в которого никогда не верил, но на которого теперь отчаянно надеялся. Потому что хотя бы призрачная надежда всяко лучше полной безысходности. Парень думал, что бежал что было сил в направлении деревни, но на деле носился кругами вдоль опушки, потеряв всякое чувство ориентации. На очередном сумасшедшем витке он врезался в толстый древесный ствол и отключился в спасительном забытьи.</p><p>Через несколько дней деревенские жители нашли его на границе леса. Пётр был неадекватен, пребывая в полнейшем ужасе и галлюцинациях. Он повторял одно и тоже: «Не ходите к нему, Леший… он не позволит вам уйти». Максима и Ивана больше никто не видел, хотя чащу леса прочёсывали и милиция с собакой, и егеря из соседнего лесничества. Лесной хозяин умел хорошо скрывать свои тайны.</p><empty-line/><p>Ну а жители Измайловки сделали свои выводы из случившегося происшествия. Теперь, ступая по своим надобностям в лес, они всегда оставляли для Лешего дары: хлеб, мёд, вино и даже табак, надеясь, что древний дух не потревожит тех, кто уважает его владения и самого хозяина леса. Ну а тем, кто забывал это сделать или недооценивал предупреждения местных, лес выносил свой суровый урок и напоминал, что в его глухих чащобах дремлет нечто древнее и безжалостное.</p></section><section><title><p>Рассказ грибника</p></title><p>Ехали мы с товарищем из областного центра к родителям в деревню в середине сентября. Они у нас на одной улице живут, лет пять как пенсионеры. Дорога долгая, скучная, сотни раз езженная в обе стороны, да и смеркаться начало уже. Начало осени забрало время, подаренное летними днями, и уже около восьми вечера было темно.</p><p>Олег, так звали моего друга, был за рулём, а я выполнял обязанности штурмана-стюарда: то бутылку с водой попить ему подам, то бутерброд из припасов, данных нам в дорогу жёнами, достану себе и ему. Вот, чтобы скрасить нашу дорогу, решил мне Олег поведать случай, произошедший с его отцом в начале этого лета. Случай, скажу я вам, весьма прелюбопытный, и почему мой давний друг о нём помалкивал перед другими людьми, я понимаю, но мне-то он мог рассказать?</p><p>То, что рассказал ему отец, Виктор Павлович, бывший учитель, уважаемый в деревне человек, лучше передать от первого лица, его словами. Так будет понятнее, что увидел и ощутил заслуженный пенсионер с очень рационалистическим мышлением и без всякого старческого маразма.</p><empty-line/><p>«К нам в деревню много народу приезжает отдохнуть на лето. Места-то прекрасные, воздух свежайший, лес и хвойный, и лиственный есть, речка, рыбалка, банька. Грибов и ягод по сезону не счесть. Но собирательство не особо завлекает приезжих, они по большей части стремятся порыбачить и поохотиться, на моторках по речке погонять, выпить деревенского первача. Городским оно в диковинку и радость.</p><p>Вот по соседству, к пенсионерке Клавдии Петровне, приехали внук с женой. Отличные ребята, лет по двадцать им, Павел и Тоня. Пообщался с молодёжью, вежливые они и уважительные. Спросили меня, где можно тут отдохнуть, где грибов набрать. У них, оказывается, сбор грибов — любимый отдых. Ну и я, разумеется, заядлый грибник, всё им выложил. Рассказал им про самые сокровенные места, даже про дальнюю заимку за заброшенным кладбищем в лесу. Туда вообще, кроме меня, последние годы никто не ходил. Подосиновиков, подберезовиков, лисичек, маслят, сыроежек там видимо-невидимо, не на самом кладбище конечно, от которого едва заметные холмики остались и кресты деревянные истлели, а по его краям, под каждым деревом и кустом — по грибному семейству. Хотя по всем природным законам не должны разнопородные грибы все вместе расти, а там растут. Схемку ребятам нарисовал, как то место найти, тропки и ориентиры. По глазам вижу, что опытные грибники, не потеряются, по карте соображают.</p><p>Двадцать четвертого июня, как сейчас помню, отправился я за грибами в Зоревский лес. Паша с Тоней тоже должны были пойти, но раньше меня и по другому маршруту. Так и знал, что мы с ними пересечёмся в лесу. Но вышло это особенным образом.</p><empty-line/><p>Иду я по лесу, по излюбленным грибным местам, лисички с опятами собираю, по сторонам таращусь, трели птичек слушаю. Изрядно прошёл, почти полную корзину набрал, даже не дойдя шагов двести до заветного места с погостом.</p><p>Слышу вопли, кричит истошно женский голос, и ломится кто-то мне навстречу через кусты, не разбирая дороги.</p><p>— Помогите, они его утягивают! — орёт на весь лес.</p><p>Не понял сначала, кто кого куда утягивает, и кто вообще шум поднял. Потом сообразил — да это же Тонька, внучка соседская! Я метнулся навстречу человеку, продирающемуся в мою сторону сквозь кусты.</p><p>И правда, вылетает на меня Тоня, глаза бешеные, трясётся вся, лопочет:</p><p>— Виктор Павлович помогите, они из земли лезут, его схватили и меня пытались. Я перепугалась и за помощью. И вот вы навстречу. Так повезло!</p><p>В общем, несёт какую-то ерунду и почему-то ногу трёт, морщась от боли. Хотел я поинтересоваться, не выпили ли они с мужем, а потом на её ногу глянул, а там на голой икре (и поперлась же в шортах в лес) след синюшный от пятерни. Будто кто-то невероятно сильный за ногу схватил, до синяков сдавил.</p><p>— Никак у нас бандит какой в лесу завелся? — глуповато спросил я её, хотя надо было успокоить девушку и толком расспросить. Она же только пальцем тычет в чащу и, всхлипывая, лопочет: «Там… там… мёртвые из земли лезут. Спасите Пашу. На погосте».</p><p>— Ладно, ты тут посиди, Антонина, а я пойду гляну, чего там с мужем с твоим, — торопливо говорю я ей, а сам думаю, что скорее всего Пашка в яму барсучью или лисью провалился на погосте. Я точно видел с десяток таких на среди старых могилок и рядом, в лесу. Ещё удивлялся — чего это барсуки так скопом место себе облюбовали.</p><p>— Нет. Я с вами. Я уже в норме, — перестала всхлипывать она и подобрала узловатую ветку с земли, перехватив на манер дубины.</p><empty-line/><p>Ну, со мной, так со мной. Оставил я корзину, и побежали мы с ней к погосту, близко совсем было. Ещё не добегая, услышали шум, будто борьба какая-то идёт, мужской крепкий мат, звуки ударов, невнятное бормотание, перебиваемое глухим рыком. Тут и я палку покрупнее перехватил, вдобавок к моему ножу для резки грибов, довооружившись.</p><p>Выбегаю я на полянку-погост и застываю столбом на месте. И было отчего замереть, уже поверьте. Увидел я следующую картину:</p><p>Паша, до живота затащенный в нору, отчаянно отбивается от тянущихся к нему из-под земли человеческих рук. Руки те мёртвые и почти лишённые плоти, лишь кое-где на почерневших костях куски гнилой плоти видны. Их десятки, рук этих, и не только Пашку хватают, а и на соседних могилах из земли вырываются. Тем временем бормотание и рычание из-под земли доносятся, из нор, про которые я говорил.</p><p>Пока я стоял, разинувши рот, Тоня начала лупить по этим рукам палкой, потом к мужу подскочила. Вытащить из норы пыталась. Тут и я в себя пришёл. Мне шестьдесят три уже, но я ещё крепкий мужик — принялся эти жуткие конечности охаживать увесистым суком, а потом парня стал тащить из норы. Насилу мы его выдернули оттуда, окровавленного, всего снизу искусанного, и, подхватив под руки, потащили прочь с погоста, не забывая уворачиваться и молотить по цепким рукам мертвецов. Самих покойников я не видел, но кому-то же те мёртвые руки должны были принадлежать. Корзинку, понятное дело, пришлось в лесу бросить.</p><empty-line/><p>Добрались до деревни и скорую вызвали, Пашка совсем плохой стал, бред начал нести, что его в мёртвое царство утащить хотели. Царство-не царство, а под землю точно бы утащили, не подоспей Тоня с помощью в лице меня.</p><p>Скорая приехала через полчаса, далековато мы от цивилизации всё-таки живём. Клавдия Петровна ещё вокруг бегала, причитала, что де говорила внуку, что сегодня в лес нельзя, праздник Ивана Купала ведь и надо остерегаться «проказ нежити — домовых, водяных, леших, русалок и прочих».</p><p>Хотел я посмеяться над бабкой, но передумал, вспомнив увиденное. Пашку увезли на скорой, Тоня с ним уехала, а я домой вернулся и жене всё рассказал. Думал, у виска покрутит пальцем, скажет, пора тебе душевного специалиста посетить, а она, представьте себе, поверила. Запретила мне ходить далеко в лес, а уж тем более в район старого погоста. Поделилась со мной, что бабки шушукались, что лет триста тем могилам и хоронили в них отступников и еретиков. Мне раньше не говорила, потому что, как и я, считала всё пустопорожними байками. А оно вон ведь как вышло… Ну теперь я и без наставлений жены туда не собирался.</p><p>Про Павла я позже узнал, что когда привезли его в больницу, сразу диагностировали заражение крови и множественные укусы. Чуть не умер он, в реанимации долго лежал, еле вылечили. Два месяца прошло, прежде чем на поправку пошёл страдалец. В деревню они к нам больше не приезжали».</p><empty-line/><p>***********************</p><empty-line/><p>— Вот такую историю мне батя рассказал, дружище, — сказал мне приятель, внимательно глядя на дорогу и ожидая, видимо, моей оценки рассказанному.</p><p>А я долго сидел молча и глядел, как ксеноновые фары нашей машины выхватывают из темноты кряжистые стволы и ветви деревьев с почти облетевшей листвой, и они мне казались теми самыми скелетами из пересказанной байки Виктора Павловича. И главный вопрос возник у меня — байка ли это, рассказанная пенсионером, чтобы развлечь сына, попугать жену и, по итогу, меня?</p><p>Может, конечно, и байка. Вот только у меня друг, Вовка, работает в ЦРБ, центральной районной больнице. Я вспомнил, как мы с ним болтали по телефону, и он между прочим обмолвился, что к ним в больницу привезли в начале лета парня с искусанными ногами и заражением крови. И тот едва выжил.</p><p>Переключил я разговор на другую тему, а сам решил с отцом Олега поговорить про лесной погост. Всё равно ведь в деревню едем. Забегая вперёд, скажу, что поговорил с ним, и мне Виктор Павлович ещё кое-что занятное рассказал. Но это уже совсем другая история…</p></section><section><title><p>Бабушкин амулет</p></title><p>Окрестности деревни Косолапово славились своими живописными пейзажами. Нетронутые снежные поля, величественные заснеженные ели, хрустальные ледопады — всё это создавало атмосферу настоящей зимней сказки. Жаль только, что добраться сюда было непросто: последние километров пять представляли собой, казалось, один большой сугроб. Потому появление внедорожника с питерскими номерами вызвало оживление среди местных жителей. Машина вынырнула из снега на более проходимую улочку и вскоре выехала на небольшую деревенскую площадь перед магазинчиком.</p><p>Из машины высыпала компания молодых людей — трое парней и две девушки, все лет двадцати пяти или около того.</p><p>— Ну что, это и есть ваше Косолапово? — спросила одна из девушек, высокая шатенка, потягиваясь после долгой дороги. — Надеюсь, Маш, ты не зря расхваливала это место.</p><p>— Поверь, Лена, здесь просто невероятно! — ответила её подруга, доставая рюкзак из багажника. — Когда я случайно наткнулась на фотографии здешних мест в Интернете, просто загорелась идеей приехать. Тут такие красоты!</p><p>— Для начала неплохо бы на постой определиться, — заметил высокий светловолосый парень. — Артём, ты же списывался с кем-то?</p><p>— Да, Серёг, нас должна принять некая баба Катя, — отозвался коренастый брюнет, сверяясь с телефоном. — Только связи что-то нет, придётся спрашивать у местных.</p><empty-line/><p>Пятый член компании, темноволосый парень спортивного телосложения по имени Влад, решительно направился к магазинчику. Внутри обнаружилась скучающая дородная женщина, которая заметно оживилась при виде нового лица.</p><p>— Здравствуйте! Подскажите, пожалуйста, как найти бабу Катю?</p><p>Подробные указания были получены, нужный дом оказался совсем рядом, и вскоре молодых людей уже встречала их хозяйка на ближайшую неделю — колоритная старушка в цветастом переднике. Несмотря на возраст, двигалась она легко и живо, в глазах пробегали искорки.</p><p>— А, питерские! — просияла женщина. — Проходите, сейчас чайком согрею, замёрзли небось с дороги. Костик! — крикнула она. — Иди, помоги ребятам вещи занести!</p><p>В сени вышел парень лет тридцати, светловолосый и голубоглазый. Он приветливо кивнул гостям, но когда его взгляд остановился на Маше, что-то всколыхнулось в сердце.</p><p>Пока ребята располагались за столом, баба Катя расставляла перед ними угощение: горячий чай, домашние пироги, варенье. Костик с Владом перенесли вещи в дом и присоединились к компании. Парень приехал к бабушке на пару недель — решил провести свой отпуск вдали от городской суеты. Работа программиста в крупной компании выматывала, и хотелось сменить обстановку.</p><empty-line/><p>— Значит, кататься к нам приехали? — баба Катя присела к столу. — Места у нас красивые, что говорить. Только вот что я вам скажу, — её голос стал серьёзным, — есть у нас тут одно правило: как метель начинается — сразу домой возвращайтесь. Без разговоров.</p><p>— А что такого в метели? — удивился Сергей. — Мы в горах катались, и ничего.</p><p>— Не такая это метель, как везде, — покачала головой старушка. — Она у нас… особенная. Старики говорят, что в ней духи зимы танцуют. Хорошо, если просто плутать заставят. Бывает, и к себе забирают.</p><p>Костя закатил глаза — он с детства слышал эти бабушкины истории, но давно перестал в них верить. Он исподволь разглядывал Машу и наконец решился:</p><p>— Я могу показать вам здешние места. Знаю тут каждое дерево, все самые красивые виды.</p><p>— Отличная идея! — обрадовалась Маша, сердце Кости замерло. — Правда, ребята?</p><p>Остальные согласно закивали — проводник из местных был как нельзя кстати. Договорились выйти на следующее утро.</p><empty-line/><p>Утром, когда компания уже готовилась отправиться на прогулку, баба Катя ухватила внука за локоть:</p><p>— А ну-ка, пойдём со мной.</p><p>В своей комнате она достала из старого комода какой-то небольшой свёрток.</p><p>— Вот, надень, — она протянула внуку странный медальон на кожаном шнурке. — Ещё от твоего прадеда осталось.</p><p>— Бабуль, ну какие амулеты в двадцать первом веке? — попытался возразить Костя, но, увидев, как погрустнели её глаза, сдался. — Ладно-ладно, надену. Только ради тебя.</p><p>Погода стояла прекрасная, как на заказ. Первые два дня прошли замечательно. Костя оказался прекрасным гидом — он водил группу по живописнейшим маршрутам, показывал замёрзшие водопады, провёл через сказочный еловый лес, где каждое дерево было укутано в толстое снежное покрывало. Маша всё чаще оказывалась рядом с ним, расспрашивая о местных достопримечательностях, и было заметно, что молодые люди всё больше симпатизируют друг другу.</p><empty-line/><p>На третий день Костик предложил сходить к древнему урочищу — по его словам, невероятно красивому месту, особенно зимой. Небо было чистым, морозный воздух пьянил, снег весело поскрипывал под лыжами. Первые три часа пути прошли замечательно, компания то и дело останавливалась для фотосессий.</p><p>Где-то на середине пути Костя почувствовал, что медальон под рубашкой стал заметно теплее. И с каждым шагом нагревался всё больше, практически обжигал. Стало очень тревожно. Суеверия или нет, но раньше-то больше знали… о всяком.</p><p>— Нам лучше вернуться, — сказал Костик, встревоженно вглядываясь в небо, на котором не было ни облачка.</p><p>— С чего бы это? — непонимающе глянул на него Артём. — До урочища далеко?</p><p>— Минут сорок. Но правда, что-то мне не нравится…</p><p>— Слушай, мы шли чёрт знает сколько, и теперь повернуть, не дойдя? — вмешался Влад. — Брось ты эти "нравится-не нравится".</p><empty-line/><p>…Метель началась внезапно. Буквально за несколько минут небо заволокло непроницаемой пеленой, а ветер усилился настолько, что стоять на месте стало сложно. Снег не просто падал — он кружился в каком-то безумном танце, создавая причудливые вихри, которые, казалось, обретали собственную волю.</p><p>— Всем держаться вместе! — крикнул Костик, доставая верёвку. — Быстро, в связку!</p><p>Но было поздно. Серёга, шедший последним, вдруг издал сдавленный звук. Остальные увидели, как его силуэт растворяется в белой мгле. В метели мелькнула высокая фигура, словно сотканная из снежных вихрей — она на мгновение обняла парня, и он исчез.</p><p>— Серый! — закричал Артём и рванулся в том направлении, но его самого тут же подхватил снежный смерч. В его круговерти на миг проступили очертания другой фигуры — невероятно тонкой, будто прозрачной. Артём даже вскрикнуть не успел.</p><p>Влад протянул руку к Лене, но между ними словно прошла ледяная волна, разделяя их. Влад не успел схватить девушку, её отбросило в сторону. В метели всё отчётливее проступали призрачные силуэты — они двигались в завораживающем танце, постепенно окружая оставшихся.</p><empty-line/><p>А вокруг Кости словно образовалась невидимая сфера — снежные вихри огибали её, не в силах приблизиться. Он вмиг сообразил, в чём дело.</p><p>— Маша! — закричал Костя. — Сюда!</p><p>Он рванулся к девушке, прижал к себе. Защитная сфера накрыла обоих.</p><p>Призрачные фигуры кружились вокруг молодых людей в жутком танце, пытаясь прорваться сквозь невидимый барьер, но не могли. Амулет на груди Костика пульсировал, обжигая и не давая сойти с ума.</p><p>Они простояли так, тесно прижавшись друг к другу, казалось, целую вечность. Постепенно метель начала стихать, призрачные силуэты растаяли в воздухе, оставив после себя только тихий, почти неслышный стон, растворившийся в порывах ветра.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Обследовавшие район спасатели нашли четыре пары лыж, аккуратно прислонённые к старой ели. Следов на свежевыпавшем снегу не было — будто люди растворились в зимней круговерти.</p><p>Это происшествие полностью изменило жизнь Кости и Маши. Столкновение с необъяснимым заставило их пересмотреть свои взгляды на мир. Костя оставил работу программиста, а Маша — должность менеджера в турфирме. Они поженились и посвятили себя изучению народных легенд и поверий, собирая старинные предания по деревням и сёлам. Особенно их интересовали истории о духах и защитных амулетах.</p><p>Хоть это и стало результатом трагедии, баба Катя была, можно сказать, счастлива — внук наконец-то понял важность семейного наследия. Теперь она могла передать молодым свои знания о древних оберегах, заговорах и травах.</p><p>А во время зимней непогоды Косте и Маше часто слышались странные голоса — будто кто-то звал их присоединиться к извечному танцу зимы.</p></section><section><title><p>Встреча в лесу</p></title><p>Недавно отдыхали на выходных у моего друга на даче, которую он себе отстроил в Ивашкином лесу. Не знаю, как он там разрешение на строительство получил, по-моему, вообще самостроем. Речь не об этом.</p><p>Друга зовут Митя. Он всё устроил, как и обещал, зная мой застенчивый характер, сам всё организовал: шашлычок, вина, пару симпатичных девчонок со своей работы пригласил… Запланировали мы с ним в такой отличной атмосфере провести пару дней. Заехал он за мной на машине, забрал в субботу с утра, в магазине докупили продуктов с запасом.</p><p>Но все же знают про знаменитый закон подлости? Хорошенько мы с девушками отдохнули, вкусной еды поели и вина попили, уже следующий день распланировали. Однако следующим утром мне из офиса звонит начальник, Альберт Феликсович. Прямо без перерыва трезвонит, раз за разом. Голос у него взбудораженный, растерянный: сбиваясь, говорит, чтобы я всё бросал и срочно валил в город. Нужно привести в порядок документацию, так как к вечеру нагрянет то ли ОБЭП, то ли ещё какой-то контролирующий орган с проверкой, а человек, который должен был всё это сделать, просто забил на работу и сказал, что увольняется. Короче, дела фирмы в полной… яме. Если я, как единственный оставшийся бесценный специалист по данному вопросу, не приеду и не спасу контору. За что мне полагается внеочередной отпуск и двойная зарплата, но только если успею, и мы выкрутимся. А если нет, то вообще нас закроют, и может закроют даже самого Альберта.</p><empty-line/><p>Выслушал я его истерики по телефону и понял, что выбора у меня особо-то и нет. Надо решать вопрос: тут тебе и деньги, и отпуск, и безмерное уважение начальства в будущем. Я примерно прикидывал объем работы, которую нужно было выполнить, и точно знал, что с этим справлюсь. Ведь я профи в своем деле, пусть сейчас и профи с лёгким перегаром. Вот чего я не знал, так это как быстро попасть обратно в город. Ведь привёз меня Митя, а он уже с утра добавил винца, и я вместе с компанией бокальчик опрокинул. Так что машина отпадала. Такси тоже не приедет: из города по всем поворотам по лесу, добираясь до нашего домика, любой заплутает, кто тут не был.</p><p>Оставалась только возможность уехать с автобусной остановки, с дороги, которая была в двадцати минутах ходьбы от Митькиной дачи. Двадцать минут — это если напрямую, лесными тропинками до самой остановки. Петляя по грунтовке, от дачи целый час на ходьбу уйдёт — вообще не вариант. Только по тропинкам до места отъезда оптимально добираться. А мимо остановки ходит каждые пятнадцать минут рейсовый автобус, и вообще движение оживленное, запросто уехать. В общем, делать нечего, надо выбираться именно так. С явным сожалением оставив друга в приятном обществе двух очаровательных девиц, я собрал свои вещи в рюкзачок и бодро пошагал по заветной тропинке вперёд, к двойному окладу и будущему отпуску. Шёл я уверенно, так как проделывал этот путь не в первый раз: полтора месяца назад у Митьки в машине сдох стартер, и мы с ним топали по этому маршруту за необходимой запчастью как раз к остановке. Тропинки, которые начинались от Митькиной дачи в полста метрах друг от друга, тянулись параллельно, почти ровными лучами к самой трассе. Их было всего две, и вели они почему-то в одну точку. Раньше тут дач было больше, но их одно время забросили. И теперь вот только Митька здесь обосновался.</p><empty-line/><p>Я шёл, напевая себе под нос какую-то попсовую песенку. Да, выходной пропал, но впереди маячили более блестящие перспективы. Погода отличная: хоть и июль, но не жарко, даже слегка прохладно в лесу. Понимаю, почему у товарища дача именно здесь. Ведь благодать — прохлада, свежий воздух, птички поют, зелёненькое всё кругом. Настроение у меня улучшилось, хоть денёк, но отдохнул. Отмахал я по тропинке километра полтора, и волнение охватило меня.</p><p>Лес уже давно должен был редеть, ближе к опушке — за несколько сот метров. Это я твёрдо помнил. Однако на деле деревья и кусты становились плотнее, их кроны, вместо того чтобы пропускать больше яркого дневного света, практически сплелись над моей головой, погружая тропинку вместе с моей озадаченной персоной в неприятный полумрак. Даже птицы щебетать перестали, и шевелящий листву ветерок пропал.</p><p>Я похолодел. Нет, я не боялся заблудиться, на крайняк можно было развернуться и снова выйти к даче. Но время… Тогда я точно не успевал на важную задачу в город, а я ведь дал шефу слово, что всё сделаю. Хреново дело.</p><p>Пока размышлял, прошёл ещё метров пятьдесят вперёд и увидел идущего мне навстречу низенького старика с холщовой сумкой, одетого в потасканную серую футболку и тёмные джинсы с дырами ниже колен. Здесь лес расступился, стало посветлее, и я хорошо рассмотрел незнакомца. По одёжке бомж бомжом, но внешность благообразная: седая борода клинышком, длинные усы, густая шевелюра — всё в норме, как будто только из барбершопа вышел. Однако он босой, и ступни у него непропорционально огромные, а пальцы на них длинней нормальных. Забавный, короче, дедусь попался. Я к нему с вопросом сразу:</p><p>— Привет, уважаемый! Я к остановке тороплюсь, но умудрился заблудиться, не сходя с тропинки. Не подскажете, верно ли я иду? А то спешу очень. Крайне важное дело горит!</p><empty-line/><p>Дед остановился, хмыкнул, прищурился. Окатил меня пристальным взглядом небесно-голубых глаз с головы до кроссовок и говорит в свою очередь:</p><p>— Ты заблудился, но выйдешь к остановке правильно. Если только меня сигареткой угостишь.</p><p>Я снял с плеча рюкзак, вытащил пачку сигарет. Отрыл пачку, дал одну сигарету деду. Он вдруг выхватил у меня из рук всю пачку и спрятал себе в карман. Причем проделал данный финт так молниеносно, что я еле успел движение отследить.</p><p>— Зажигалку давай, — говорит нагло. И улыбается в бороду.</p><p>Потихоньку начиная закипать, я достал из кармана зажигалку. Вручил старикану. Он прикурил, и зажигалка исчезла в его кармане.</p><p>— А попить есть? Дай попить старому человеку, сушит меня сильно, — продолжает наглеть дедуля.</p><p>Я старость уважаю, но границы же должны быть. Иногда старый идиот — просто идиот, без уважения к возрасту. Прямо героически сдержав себя, открываю рюкзачок и достаю оттуда полторашку ещё прохладной минералки. Разумеется, и она оказалась присвоенной незнакомцем, как только он опорожнил треть бутылки одним глотком.</p><empty-line/><p>«Ну и ладно. Фиг с тобой», — думаю и говорю деду:</p><p>— Пошёл я, тороплюсь. Вы говорите, прямо по тропинке, и сразу выйду?</p><p>— Ага, только постой, подарю кое-что и скажу важное, — тут дед посуровел, и мне на секунду показалось, что его глаза странно блеснули. — Как к остановке дойдёшь, то не садись на первый автобус. А то плохо будет. И вот держи.</p><p>Пока я переваривал его предыдущую фразу, он быстренько вынул из сумки что-то небольшое, завернутое в тряпицу, и сунул мне в рюкзак. Я хотел выругаться и выбросить предмет, но решил, что может возникнуть и затянуться конфликт. Не стал, в общем. Застегнул рюкзак, повесил на спину, буркнул «До свидания» и поспешил вперёд по тропе. Дед пошёл своей дорогой в другую сторону.</p><empty-line/><p>Моя злость начала проходить вместе с тем, как стал редеть лес. Вон она — оранжевая металлическая остановка маячит, родная. Машины, снующие по дороге, шумят. Я бегом туда, к остановке. И как раз автобус подходит, жёлтый, с белой полосой и граффити на правой стороне. Судя по номеру, едет как раз туда, куда мне надо. Остановился напротив остановки, высадил двух тёток. Мне бы ускориться, чтоб на него успеть, а я непроизвольно с бега на шаг перешёл. Сами собой вспомнились слова дела, чтобы не садился на первый автобус.</p><p>Прождал на остановке пятнадцать минут и точно по расписанию уехал на следующем. В офисе был впритык по времени, схватился сразу за работу, пахал как проклятый. Успел завершить с документацией за полчаса до того, как проверка приехала. Шеф сунул крупную купюру мне в руки и такси вызвал, чтобы я домой наконец доехал.</p><p>Уже в такси седой водитель, чем-то отдалённо напомнивший мне деда из леса, сообщил, что сегодня на трассе грузовик рейсовый автобус протаранил. Сказал, что двое погибших, остальные все в больнице с травмами. Я, полный дурных предчувствий, полез в телефон — смотреть новостную ленту. Вот чёрт, так и есть: на фотках канала «ЧП Вестник» — развороченный в хлам жёлтый автобус со знакомым рисунком. Удивительно, что там вообще кто-то уцелел. У меня аж мороз по коже пробежал. Дед-то, выходит, меня спас.</p><empty-line/><p>Полез в рюкзак за водой, хотел смочить резко пересохшее горло. Вспомнил, что воду забрал лесной старик, и наткнулся на подаренный им свёрточек. Развернул его, а там синий камень, весом грамм в триста. Интересный такой камешек, свет в нём так и переливается. Сфоткал его и загрузил фото в поисковик. Обалдел от результата выдачи — синий янтарь, один из самых дорогих видов янтаря. Откуда у нас янтарь? Сроду у нас такого не находили в лесах. Но вот он, минерал, в руках его держу. Судя по выдаче, кучу денег стоит. Вот так угостил дедушку сигаретами и водичкой, вот так плата за моё терпение при том, как он себя вёл!</p><p>Тормознул я такси у ювелирного магазина, попросил водителя подождать несколько минут. Забежал туда и сразу к оценщику с вещицей. У оценщика аж руки затряслись, не обманул Интернет, выходит. Еле янтарь у него забрал, сказал, что на днях зайду и продам. Надо было обдумать и не продешевить. Хотя, возвращаясь к такси, я сообразил, что думать надо было не о драгоценном минерале, а о том, что дед мне жизнь спас. Отблагодарить бы, но имени его не знаю, даже образ его у меня в памяти замылился, расплылся, и вроде и таксист на него уже не похож. Да и куда он мог идти, ведь тропинка выходила к дачам, где жил один Митька.</p><p>Выходит, дедок очень странный. Может, и вовсе не человек. Но кто же тогда?</p></section><section><title><p>Свет в тайге</p></title><p>— И вы говорите, свет был настолько ярким, что даже посёлок осветил? — я подался вперёд. Каждая деталь могла оказаться важной.</p><p>Старик напротив меня неторопливо отхлебнул чай из щербатой кружки. В его выцветших голубых глазах читалось облегчение — наконец-то нашёлся кто-то, готовый выслушать.</p><p>— Именно так, Михаил Андреич. Как будто солнце взошло посреди ночи. И грохот был такой, что стёкла в домах дрожали. Все видели, вот Нинка-соседка, например. И даже Петрович с пасеки. Они вам то же самое расскажут…</p><p>Я быстро записывал, чувствуя знакомое возбуждение. Третий посёлок за неделю, и везде одно и то же — поразительно схожие рассказы о необъяснимых явлениях в тайге. Всё началось с месяц назад, когда в редакцию пришло письмо от жительницы Усть-Койвы. В отделе паранормальных явлений нашей газеты такие письма всегда вызывают особый интерес, но это почему-то зацепило меня особенно сильно.</p><p>— Степан Ильич, — я перевернул страницу блокнота, готовясь записывать дальше. — Расскажите мне все детали, даже если что-то кажется вам незначительным. Когда именно это случилось?</p><p>— Да вот как раз после того, как тот городской уехал. Серьёзный такой мужчина был, всё по окрестностям ходил, фотографировал что-то. Всего дня три у нас пробыл.</p><empty-line/><p>Я насторожился. В других посёлках тоже упоминали какого-то приезжего.</p><p>— А как он выглядел?</p><p>— Высокий такой, худощавый. В очках. В серой куртке и всегда с рюкзаком. Вежливый, но неразговорчивый. У Марии Степановны на ночлег останавливался.</p><p>Достав из папки несколько фотографий, я разложил их на столе. Первая из Усть-Койвы — случайный снимок, на котором смутно виднелся высокий мужчина в очках. Второй со мной поделились в Малом — тоже видно не очень чётко, но определённо тот же человек на заднем плане около местного магазина.</p><p>— Вот, посмотрите, — я подвинул фотографии к старику. — Не он ли?</p><p>Степан Ильич долго вглядывался в снимки, потом медленно кивнул:</p><p>— Он самый. Точно он.</p><p>По спине пробежал знакомый холодок. Вот он, след — один и тот же человек появлялся в каждом посёлке незадолго до происшествий.</p><p>На следующий день я отправился в тайгу вместе с местным охотником. После пары часов ходьбы по мокрому от недавнего дождя лесу мы вышли на поляну. Вернее, на то, что раньше было поляной.</p><p>То, что предстало перед нами, заставило меня застыть на месте. Посреди леса возвышался идеальный конический холм высотой метров десять, которого здесь точно просто не могло быть. Мне показалось, что покрытые голубоватым сфагнумом склоны слабо светились. Впрочем, хоть это и было впечатляюще, я уже видел такое — в двух предыдущих местах, где я успел побывать.</p><p>— Вот, — кивнул охотник. — Я хожу по этому лесу тридцать лет, этого тут никогда не было.</p><empty-line/><p>Я достал фотоаппарат и начал снимать. Что-то здесь было не так, что-то неправильное. И мой походный "набор исследователя" совершенно мне не помог — ничего необычного, типа радиации или посторонних химических веществ. Вообще ничего. Просто холм.</p><p>Вечером, вернувшись в посёлок, я засел за ноутбук. Открыл папку с фотографиями таких же холмов рядом с другими посёлками. Все они были похожи, как близнецы. От безысходности загрузил снимки таинственного незнакомца, увеличил, начал сравнивать детали. Совершенно обычный человек…</p><p>Наконец, я нанёс на карту все обнаруженные аномалии: в трёх я уже побывал, но было ещё две. В глаза сразу бросилось, что точки на карте образуют почти правильный круг. В центре этого круга находилось озеро Чёрное, о котором ходило множество легенд. Местные считали его проклятым и обходили стороной.</p><p>Это просто не могло быть совпадением. И мне срочно нужно туда. Моё чутьё кричало, что там точно должно произойти что-то важное. Я даже утра дожидаться не стал, собрал вещи и помчался к озеру.</p><empty-line/><p>Прибыл на место я к вечеру следующего дня. Уже было совсем темно, когда я добрался до берега озера. Вода в нём показалась мне неестественно чёрной. Недалеко от себя я заметил мужчину в серой куртке. Он стоял, раскинув руки, и озеро рядом с ним бурлило.</p><p>Внезапно звёзды начали меркнуть. В небе образовалась абсолютно чёрная воронка, затягивающая свет. А потом из космической бездны на Землю глянуло нечто настолько чуждое, что мой разум отказывался воспринимать его форму. Оно было соткано из самой тьмы и невероятного холода. Жадные щупальца потянулись вниз.</p><p>Вдруг вокруг озера вспыхнули голубоватые столбы света. Не трудно было догадаться, что они исходят из виденных мной странных холмов. Земля задрожала.</p><p>Свет встретил тьму, и она забилась, как в ловушке. Её беззвучный крик я ощутил всем телом и на несколько мгновений оглох и ослеп.</p><p>Когда я пришёл в себя, всё было кончено. Звёзды мерцали как прежде, лишь рябь на воде напоминала о случившемся.</p><p>— Что ж, честно говоря, не ожидал, что у меня будет… свидетель, — раздался спокойный голос. Человек в сером стоял рядом и с интересом меня разглядывал. — Хотя, наверное, это и к лучшему.</p><p>— Что это было? — выдавил я из себя.</p><p>— Раз в тысячу лет, когда складываются, так скажем, определённые условия, грань между мирами истончается. Да-да, наш мир не единственный. Хотя, учитывая, чем вы занимаетесь, вы должны были об этом догадываться. Кстати, легенды об этом озере частично отражают то, что происходило уже неоднократно. В древности тьма несколько раз прорывалась на Землю, некоторые её исчадия до сих пор не уничтожены, это не так просто. Потому со временем была разработана система защиты. К счастью, таких мест, как это, на Земле всего несколько. Мы, хранители, следим, чтобы система работала, как надо, и активируем её, когда приходит время.</p><empty-line/><p>Он достал из кармана небольшой чёрный камень на кожаном шнурке.</p><p>— Возьмите на память. Это частица того мира. Не бойтесь, она не опасна.</p><p>Я с интересом рассматривал подарок, а когда поднял голову, незнакомца рядом уже не было.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Статья получилась отличная: впечатляющие фотографии, рассказы очевидцев, леденящие кровь легенды. И ни слова о тьме и хранителях, конечно. Думаю, мы ещё к этому не готовы.</p><p>Камень я поначалу хотел отдать на анализ — есть у меня хороший знакомый в одной ведомственной лаборатории. Но потом передумал. Ведь на самом деле я знал, что будет в результатах: такого вещества в нашей вселенной не существует. И как бы я объяснял, откуда у меня этот камушек?</p><p>А вот слова хранителя о том, что исчадия тьмы до сих пор ходят по Земле, странно будоражат мою душу, и в голову нет-нет да и заползает мысль — не пора ли менять профессию?</p></section><section><title><p>Светка</p></title><p>Дед Степан в селе просыпался раньше всех. Некоторые даже в шутку спрашивали, а спит ли он вообще. Сам же он искренне завидовал другим старичкам, которые высыпались всласть. Не то что он… Особенно тяжко было зимой. Летом Степан знал, чем себя занять, а сейчас, в заваленной снегом Сосновке, из развлечений был один телевизор, который дед не любил. Читать было всё трудней, даже в очках. Так что дед Степан большую часть времени просто маялся от скуки.</p><p>За окном было ещё темно, хотя часы показывали почти восемь утра. Степан уже успел расчистить дорожку от дома к калитке и задумчиво ковырял привычную кашу, когда до него донёсся какой-то рокот. Звук приближался, и старик выскочил на крыльцо, чтоб рассмотреть его источник.</p><p>По улице медленно катился внушительный внедорожник. "Кого это к нам занесло?" — подумал Степан. Дед перебирал в уме, к кому это в такую пору могли гости пожаловать, и не сразу сообразил, что машина остановилась прямо напротив его дома.</p><empty-line/><p>Водитель выбрался из внедорожника и направился к калитке.</p><p>— Доброго здравия, хозяин! — помахал он рукой Степану. — Не пустите погреться?</p><p>Этого дед совсем не ожидал и ответил машинально:</p><p>— И вам не хворать. Заходите, чего там.</p><p>Незнакомец вытащил из салона объёмный пакет и направился к дому. Теперь Степан мог хорошо его рассмотреть — довольно высокий молодой человек, можно было бы назвать его щуплым, если бы не широченные плечи.</p><p>— Я Николай, — представился гость. — Можно просто Коля.</p><p>— А меня дедом Степаном кличут, — протянул ему руку старик. — Ну заходь в дом, Коля.</p><empty-line/><p>В комнате, которая служила деду сразу всем — спальней, гостиной и кухней, — Николай стал выставлять на стол из пакета всякое разное. Колбасу, сыр, консервы какие-то, печенье и всё такое. Степан нахмурился:</p><p>— С чего это щедроты такие?</p><p>Гость пожал плечами:</p><p>— А я не привык с пустыми руками. Да и я на помощь вашу рассчитываю, честно говоря.</p><p>Ну, это старику было понятно — типа плата вперёд.</p><p>От каши гость отказался, а вот чаю обрадовался — под него беседа всегда лучше идёт.</p><p>— Так зачем пожаловал, Коля-Николай? — спросил Степан.</p><p>— Фотограф я, — стал объяснять тот. — А места у вас тут волшебные, нетронутые, как говорят.</p><p>— Есть такое, — подтвердил Степан. — Да только не сезон красотами любоваться-то. Летом бы приехал.</p><empty-line/><p>Николай отхлебнул чай и посмотрел в окно:</p><p>— Зимой тоже своя красота.</p><p>Потом перевёл взгляд на старика:</p><p>— Я б и истории послушал. Знаю, в каждой деревне есть свои страшилки — очень мне они нравятся. И фотографии под них в журнале лучше заходят.</p><p>Конечно, дед был рад собеседнику:</p><p>— А чего ж не рассказать? Расскажу. Всякое бывало.</p><empty-line/><p>Дед Степан долго делился с гостем историями — и правдивыми, и откровенными небылицами. Николай вежливо слушал, кивал и даже что-то записывал в блокнотик. Но внимательный наблюдатель заметил бы в его глазах хорошо скрываемую скуку. И тут Степан сказал:</p><p>— Ой, как же я забыл! Давненько было, лет пять назад, да уж жуть так жуть. Светка пропала, бабы Нюры внучка. Приехала на каникулы летом и всё про озеро лесное расспрашивала — вот уж припёрло девке туда сходить. И предупреждали ж, что место там плохое, болото вокруг. Из местных туда никто и не ходит. А девку так и не нашли…</p><p>Глаза Николая блеснули — это было то, что нужно. Неупокоенная душа, да ещё такая давняя. Намаялась уже между мирами, тьмы набралась.</p><p>— А что, красивое озеро? — спросил Николай.</p><p>— Красивое, — пожал плечами старик. — А толку с той красоты? Не подобраться ж.</p><p>— Так сейчас зима, болото должно подмёрзнуть сверху, и совсем не помеха, выходит, — возразил гость.</p><p>— Ох вы, городские, и что вас на такие места тянет? — покачал головой Степан. — Я тебя в десяток мест покрасивше сводить могу.</p><empty-line/><p>Но Николай упросил-таки старика отвести его к лесному озеру. Полчаса ушло на нехитрые сборы. Степан посмеялся над современными лыжами, которые привёз с собой фотограф, и выдал тому короткие и широкие "охотничьи". А вот лыжный костюм долго щупал, дивился и в конце концов одобрил. Наконец, всё было готово.</p><p>— Ну что, пошли? — сказал дед Степан. — А то дни короткие, часа через три уже темнеть начнёт. И ты это, за мной по лыжне иди, а то мало ли…</p><p>Старик направился в сторону опушки, Николай потянулся за ним.</p><p>Дед Степан вёл фотографа по лесу как заправский гид. Только что не говорил "посмотрите направо, посмотрите налево". Николай старательно фотографировал — кстати, неплохое прикрытие для его поисков. Минут через сорок Николай стал замечать то там, то тут всплески энергии. Похоже, они были недалеко от нужного места.</p><p>— А что, далеко ещё до озера? — спросил он у своего проводника.</p><p>— Да, считай, уже возле него.</p><p>Николай остановился и достал из внутреннего кармана куртки странный предмет — едва заметно мерцающий кулон в форме маленького флакончика. Степан с интересом разглядывал его.</p><p>— Что это у тебя? — спросил он, но осёкся. В воздухе что-то изменилось. Похолодало еще сильнее, и вокруг как-то потускнело, несмотря на ясный день.</p><empty-line/><p>И тут он увидел ЕЁ. Среди деревьев мелькнула полупрозрачная женская фигура. Степан протер глаза — наверное, показалось. Но нет — фигура приблизилась. Старик вздрогнул — он узнал пропавшую Светку. Степан хотел шагнуть к ней, но не смог пошевелиться. Все его тело будто окаменело. Ему подчинялись только глаза, и он наблюдал, как Николай медленно вытягивает по направлению к призраку руку со странным амулетом.</p><p>Призрак заметался между деревьями, пытаясь скрыться, но какая-то невидимая сила тянула его вперёд, к ним.</p><p>— Ну что ж ты? — голос Николая изменился, стал глубже, старше. — Не бойся меня. Тут тебя ждёт один только страх и забвение. Столько лет блуждаешь здесь, мучаешься… Я помогу.</p><p>Николай засмеялся, но от этого смеха по спине Степана пробежал холодок. Он вдруг ясно понял, что его спутник — совсем не фотограф. А может и вообще не человек. Степан в ужасе наблюдал, как полупрозрачная фигура становится всё менее четкой, словно растворяясь в воздухе. Он услышал: "Помоги мне…" А потом…</p><empty-line/><p>А потом наступила тьма. Когда Степан снова открыл глаза, вокруг него всё уже было по-другому. Снег искрился под солнечными лучами, стрекотали сойки. Рядом с ним Николай аккуратно укладывал фотоаппарат в рюкзак.</p><p>— Отличные кадры получились! — воодушевлённо сообщил он старику. — Как думаете, еще куда-нибудь успеем?</p><p>Старик помотал головой, пытаясь собраться с мыслями. Что-то важное ускользало от него, как будто только что тут произошло нечто…</p><p>— Нет, пожалуй, пора возвращаться, — медленно произнес он. — Солнце уже к закату пошло, нужно вернуться засветло.</p><p>По дороге назад они почти не разговаривали. Степан чувствовал странную тяжесть в голове, будто после долгого сна. Какие-то образы мелькали на краю сознания, но стоило попытаться их ухватить, как они растворялись, словно утренний туман.</p><empty-line/><p>У калитки Николай ещё раз поблагодарил старика и, отказавшись остаться на ужин, сел в машину. Степан смотрел, как урчащий внедорожник скрывается за поворотом, и странное чувство тревоги снова шевельнулось где-то глубоко внутри.</p><p>Затем к нему пожаловала целая делегация — соседки непременно хотели узнать, кто приезжал.</p><p>— Фотограф из города, — рассказывал Степан, разливая чай. — Местами нашими заинтересовался. Говорит, красивые очень. Обещал ещё вернуться…</p><p>В это время где-то далеко, на трассе, ведущей к областному центру, внедорожник мчался сквозь сгущающиеся сумерки. Николай задумчиво улыбался: сегодня амулет удалось заполнить полностью — душа, проведшая пять лет между мирами, оказалась очень "питательной". Остановившись на заправке — заполнить бак и выпить кофе, — он переложил полный амулет в ячейку в невзрачном чемоданчике, а его место в кармане занял точно такой-же, но пока пустой. Сидя за столиком, Николай достал потрёпанный блокнот и перелистал страницы, исписанные названиями деревень и посёлков. Нашел нужную страницу, вычеркнул "Сосновка, дед Степан, дом на окраине" и некоторое время изучал следующую запись.</p><p>"Так-так… Глухово, егерь Саша… Пожалуй, туда и направимся".</p><p>Клиенту он позвонит с утра, обрадует, что заказ выполнен. Вообще, странные люди — эти колдуны. Платят большие деньги за то, что могли бы проделывать и сами. Лентяи. С другой стороны, Николаю и таким же собирателям, как он, это было выгодно. У них не было особого дара, лишь смутные отголоски. Но их хватало, чтобы искать неупокоенные души, остальное делали амулеты-накопители. Ещё пара лет, и он обеспечит себя средствами на всю оставшуюся жизнь. А там и с этими высокомерными колдунами распрощается.</p><empty-line/><p>Николай помешивал кофе и улыбался перспективам, которые сам себе нарисовал. А в Сосновке дед Степан сидел у окна, глядя на заснеженный лес. Что-то смутно беспокоило его, какое-то неясное воспоминание царапало душу. Но когда он пытался сосредоточиться на нём, в голове начинала пульсировать тупая боль. В конце концов он махнул рукой и пошел спать.</p><p>Той ночью ему снился странный сон: какая-то женщина звала его на помощь, а он не мог пошевелиться. Но утром он не смог вспомнить даже этого. Только странное, щемящее чувство потери ещё долго не отпускало его.</p></section><section><title><p>Как волки мужика спасли</p></title><p>Вьюжный зимний вечер окутал лес сплошной пеленой белого снега. Завывание ветра звучало как мрачное заклинание, наполняя собой заснеженные рощи. По соседству с этим холодным лесным уголком среди высоких елей и сосен жил в уютной избушке одинокий мужчина по имени Василий. Он провёл большую часть жизни вдали от людей, предпочитая спокойствие леса и его обитателей общению с представителями рода человеческого. Мужчина прекрасно знал лес, повадки зверей, был отличным охотником. Он часто сдавал добытые шкуры животных на заготпункт и на эти деньги пополнял запасы того, чего не мог добыть себе в лесу.</p><p>В тот вечер, собирая хворост про запас, Василий забрёл очень далеко от своего жилища. Он был занят своими мыслями, когда внезапно налетевшая снежная буря застала его врасплох. Вихрем летел в лицо колючий снег, заметая следы, засыпая всё вокруг и превращая пространство сосновых рощ в белую непроходимую ловушку. Вьюга слепила, дальше пары метров не было видно ничего. Прометавшись с полчаса в поисках обратной дороги, Василий окончательно потерял направление, в котором он шёл к своей избушке с охапкой хвороста на спине. Вскоре мужчина понял, что не сможет самостоятельно выбраться из этого снежного плена, а звать на помощь здесь было некого. Бросив хворост, пошёл он наугад, прорываясь сквозь вьюгу.</p><empty-line/><p>Подступившая темнота всё больше сгущалась, вьюга прекратилась, на небе показалась луна, но теперь мороз впивался в кожу, щипал за покрасневшее лицо. Фонарик, который Василий запасливо взял с собой, отказался работать. Он озирался вокруг и не понимал, куда ему идти: снежные завалы сделали лес неузнаваемым. Было холодно, сил становилось всё меньше, наступила полная дезориентация. Мужчина, потеряв надежду, почувствовал, как мороз всё сильнее сковывает его тело. Ружьё на плече сделалось невероятно тяжелым, он всё меньше чувствовал свои пальцы и лицо. Пройдя ещё какое-то расстояние, Василий оказался на крохотной полянке и в изнеможении присел у ствола величавого дерева, хотя знал, что останавливаться нельзя. Присесть и отдохнуть в такой ситуации — это самообман. Замёрзнуть насмерть можно довольно быстро. Василий обречённо смотрел перед собой, и казалось, что лишь минуты отделяют его от вечной тьмы и забвения.</p><p>И вдруг он услышал шорох неподалёку, за ближайшими деревьями. Источник шороха не заставил себя долго ждать. Из-за заснеженных сосен на полянку вышла стая волков. Шесть крупных, мастистых зверей. Их глаза светились таинственным зеленоватым светом, а горячее дыхание лёгким паром поднималось в морозном воздухе. Василий попытался сдернуть с плеча ружьё, но руки его не слушались. Попав и без волков в тяжелую ситуацию, он почувствовал, как страх охватывает его сердце. Теперь шансов выпутаться и вернуться в избушку живым стало ещё меньше. Василий знал злой нрав волков и то, насколько они опасны в стае. Да и что обессилевший, замерзающий человек мог им противопоставить? Он ведь даже не мог прицелиться в них из ружья, нажать на курок.</p><empty-line/><p>Но что-то в окружающей обстановке было необычным, можно сказать, даже с налётом мистической ауры. И этот момент Василий в первую очередь увидел в полыхающем зелёном огне волчьих глаз. Таких не бывает у обычных зверей, это не просто фосфоресценция. К тому же они не спешили на него нападать, а это означало, что волки явились не за тем, чтобы причинить вред. Хотя он, истребивший их за долгие годы десятки, если не сотни, наверняка этого заслуживал.</p><p>Волки, демонстрируя впечатляющие клыки обступили прислонившегося к дереву человека, и из стаи выступил вперёд самый крупный, мощный альфа-самец, со светло-серой, почти серебристой густой шерстью, которая переливалась в свете иногда выглядывавшей из-за туч луны. Вожак внимательно посмотрел на Василия, словно оценивая его состояние. Мужчина тут же почувствовал, как непонятное тепло окутало его. Хотя разумом он понимал, что это невозможно, что он или замёрзнет, или его сожрут голодные звери. Однако такие мысли вытеснило новое понимание — понимание того, что его судьба теперь в руках этих загадочных существ, которые совсем не походили на обычных волков.</p><empty-line/><p>Вожак рыкнул, и остальные волки приблизились к мужчине. Они облепили его, согревая своими телами. Василий чувствовал звериный запах, видел, как серебристое свечение перетекает с животных на него и наполняет новой энергией. Не прошло и пятнадцати минут, как он смог подняться на ноги и, после предупредительного рыка оставив на месте ружьё, пошёл за потянувшейся с поляны стаей. Он долго шёл за ними, проваливаясь в сугробы, а волки вели его сквозь лес, мимо заснеженных елей и замёрзших ручьев. Словно зная путь к его избушке, таинственные волки провели Василия к долгожданному очагу. Василий не верил своим глазам, так как подобное поведение хищников было ему незнакомо.</p><p>Когда они подошли к дому, вожак остановился, а остальная стая рассыпалась по лесу, исчезнув из вида. Серебристый волк обернулся к нему, будто прощаясь. Василий, всё ещё не веря в пережитое, тихо поблагодарил своих спасителей, опустив голову. Он испытывал одновременно радость от спасения и стыд за то, что убил стольких волков.</p><empty-line/><p>Василий растопил дома печь, забрался в тёплую постель. Перед тем как уснуть, он думал, что больше не одинок. Сегодня он узнал, что в этом суровом мире есть силы, способные защищать и помогать тем, кто в этом нуждается. Даже если этот кто-то не заслуживает спасения.</p><p>Долгой зимой, каждый раз, когда его сердце наполнялось тоской и одолевали тяжелые мысли, он ходил в самые дальние рощи, надеясь вновь встретить своих необычных друзей — волков, которые спасли его от верной смерти. Иногда ему казалось, что он видит их силуэты среди деревьев. Но они больше не приближались к нему. Причём силуэты были видны только зимой, в другие времена года нельзя было уловить даже эти быстрые тени.</p><p>С тех пор зима для Василия стала не только холодным временем года, но и периодом, когда он мог увидеть хотя бы издали своих спасителей. На волков он больше не охотился, но на остальную живность приходилось. Иначе какой он охотник? Не жить же в лесу на одних ягодах и грибах. Так и ноги протянуть можно.</p><empty-line/><p>Прошло несколько лет, и Василий уже отчаялся увидеть тех, особенных зверей. Не один раз ему попадались волки, но то были обычные лесные обитатели, которые спешили убежать при встрече с ним.</p><p>Однажды зимой Василий пошёл на охоту на глухаря. Он долго пробирался по заснеженным тропам, надеясь подстрелить глуповатую, но вкусную птицу на ужин. И тут он услышал из кустов слабое поскуливание. Заинтересовавшись, охотник направился туда и замер от того, что увидел за кустами. Трое серебристых волчат жалобно потявкивали и пытались выбраться из старой охотничьей ямы-ловушки, минимум в метр глубиной, про которую давным-давно забыли те, кто её приготовил для ловли зверей.</p><p>Сердце Василия часто забилось: сомнения не было — эти щенки в миниатюре походили на тех мистических волков с зелёными глазами. В их глазёнках плясали зеленоватые искорки, подтверждая его догадку. Ни секунды больше не медля, мужчина спрыгнул туда и вытащил волчат наружу. Выбираясь из ямы, он нос к носу столкнулся к уже известным ему магическим вожаком.</p><p>«Теперь мы в расчёте!» — прозвучал в голове Василия густой бас. Пока охотник пытался осознать, что произошло, серебристый волк со своим выводком растворился в наступающих сумерках.</p><p>Вздохнув, мужчина направился домой. Теперь он был очень осторожен и не рисковал понапрасну. Василий возвращался домой и с каждым шагом понимал всё лучше, что это была последняя встреча с необычными лесными волками. Но сердце охотника не было наполнено грустью, он просто понимал, что так и должно быть. Чаша равновесия встала на своё место.</p><p>Василий сначала хотел вернуться к цивилизации, в город, но потом, подумав, так и продолжал жить в лесу. Уверенность в том, что и другие духи леса, и древние тайны, могут ему попасться ему в этих местах, не покидала его…</p></section><section><title><p>Встреча в тайге</p></title><p>Поехали мы с мужиками, вчетвером, в глухую Алтайскую тайгу заработать денег (на машину мне не хватало). С мужиками, опытными сборщиками, только познакомился, такая работа была для меня, городского жителя, в новинку. Для одного китайского дельца через нашего посредника нужно было собрать тонны кедровых орехов. Если вы не в курсе, есть такая сезонная высокооплачиваемая профессия — шишкобой или шишкарь. В общем, сборщик кедровых шишек. И раньше за это платили неплохо, а сейчас ещё лучше. Мы были только одной из групп шишкарей, заброшенных на распределённый нам участок.</p><p>Довезли нас, докуда смог протащиться вездеход, спустили там на землю обшарпанный кунг, выгрузили еду, воду, генератор, топливо, специальные деревянные колотушки, которыми надо колотить по стволу, чтобы шишки осыпались, мешки и прочее. Да, лупить по дереву не слишком правильно, ударами можно повредить ствол, но паданок не так уж много и вдобавок они быстро на почве портятся, звери их растягивают. А сроки горят, на две недели у нас был договор.</p><empty-line/><p>Кто кедровые орехи собирал, тот знает, что когда вкалываешь, то слишком по сторонам не заглядываешься. Разбились на пары, определились, кто куда пойдёт, и во сколько возле кунга собираемся. Я работал с мужиком по имени Макар. Весёлый такой, разговорчивый, а я больше слушал. Он тут не в первый раз, а я всё впитываю сказанное про предыдущие сборы и походы. Например, как себя вести при встрече с наглым щитомордником, опасная змеюка такая. Особо интересной показалась история про пропавших в прошлом году двух знакомых шишкарей рассказчика, Леонида и Егора. Макар говорил, что работали они сами на себя, неподалёку от нашего участка, и вот в такое же время, как сейчас, начало осени, пропали с концами. Стращал меня, чтобы я от него не отходил, ибо ружьё и спутниковый телефон только у него, и, если на меня медведь набредёт, может и не успеть. Если потеряюсь, меня тоже быстро не найдут.</p><empty-line/><p>В общем, он по деревьям лупил, я упавшее подбирал, потом менялись. К обеду подвымотались, развели с Макаром огонь, подкатили удобное брёвнышко, наскоро обтесали его, чтобы удобнее сидеть было. Товарищ тушёнку с кашей открыл, в котелок вывалил. Сидим, отдыхаем, пока обед греется и издаёт аппетитный запах.</p><empty-line/><p>Только Макар очередную историю завёл, как выходят из-за ближайших деревьев два мужичка и направляются к нам: бородатые, крепкие с виду, но одеты как-то жарковато, не по сезону. Один чуть повыше, а так похожи друг на друга, как братья-близнецы. Улыбаются, говорят нам, что запах еды учуяли и подтянулись на огонёк.</p><empty-line/><p>Пока мой товарищ молчал и почему-то опустил глаза на еду, я пригласил мужиков к костру, достал из рюкзака ещё пару ложек, ещё один термос с морсом. Начал их расспрашивать, как они так далеко от цивилизации оказались, нас же чёрт знает куда привезли.</p><p>— Работаете тоже тут? — спросил я, подозревая пересечение интересов. Только этого нам не хватало, самим орехов быстро набирать надо. Конкуренция не нужна.</p><p>Пришедшие закивали, подтвердили, что работают, но на нашу территорию не претендуют, у них свои дела. Начали болтать про то, какая природа тут прекрасная, во сто раз лучше, чем в поселке — спокойно, тихо. Что вот оно — наше истинное предназначение, в лесах жить, согласись, дружок, с нашим мнением.</p><p>— Мнение ваше, конечно, стоящее, — вежливо отвечал я. — Но мне в городе лучше, жить в лесу не по мне, да и Макар так же думает, что тайга только терпит человека и даёт ему пользоваться своими дарами. Но она ему чужая и опасная.</p><p>— Да скажи же сам ребятам, Макар, — толкнул я в плечо напарника, который совсем сник. — Кстати, мужики, а вас как зовут-то?</p><p>— Меня Егор, а его вот — Лёня, — сказал тот гость, что был постарше, погружая ложку в горячую кашу.</p><empty-line/><p>И тут у меня в мозгу что-то щёлкнуло, вспомнилась недавно сказанная фраза Макара: «Пропали Леонид и Егор. С концами». Ну я не долго думая и выдал мужикам своё удивление:</p><p>— А мне товарищ вот сказал, что прошлом году тут шишкари с такими же именами пропали! Не вы ли часом?</p><p>— Может и мы, — улыбнулся тот, что ростом поменьше и отложил ложку в сторону. На Макара они даже не смотрели, просто игнорировали его.</p><p>— Так значит, ошибка вышла. Нашли вас? — недоумевал я.</p><p>— Можно и так сказать. Ну нам пора. Работать, — сказал первый гость и поднялся с бревна. Его примеру молча последовал и второй.</p><empty-line/><p>Через минуту мы с Макаром остались у костра одни. Гляжу, а он ни ложки еды не съел, вон чистую и блестящую металлом в руке держит. В трясущейся руке. Да и сам белый как мел.</p><p>— Ты чего? Тебе плохо? Что болит? — заволновался я. Медик из меня никакой, не дай бог что-то серьёзное. — Это они. Лёнька с Егором, — наконец выдавил он из себя.</p><p>— Это я понял, чего тебя трясет-то? Сказали же, что нашлись, — улыбнулся я, хотя тревога уже начала закрадываться в душу.</p><p>— Да не нашли их, твою мать! Сказал же. Год назад как пропали, так и с концами. Последние следы у болота были, а там искать бесполезно. Год их дома нету, понимаешь. Мы же из одного посёлка, я их жен знаю, родителей. Год без вести. И одёжка та же, что на них была. Отъезжали-то мы одновременно на сезон шишкования, только мы в своей группе, а они особняком. Одежда за год не обтрепалась, да и где они, по-твоему, всё время пропадали? — у моего напарника развязался язык? и теперь его понесло.</p><empty-line/><p>— Ты хочешь сказать, что они… — начал было я.</p><p>— Мёртвые, лесные духи теперь, — завершил он мою мысль. — Нас к себе звали, тайгу нахваливали. Хорошо, что ты сказал, что город больше любишь, и вообще с ними себя вежливо вёл. Могли обозлиться и тогда нас забрать.</p><p>— Да ну, ерунда какая-то. Должно быть какое-то разумное объяснение, — сказал я, ощущая, как мороз побежал по коже. А в голове у меня перепуганной птицей забилась мысль, что я сидел на одном бревне с покойниками и ел с ними из одного котелка. Невозможно было так сыграть испуг и разыграть меня, да и как? Макар рассказал историю, к обеду мужики вышли из леса, и что?</p><p>— Думай, что хочешь, но я тут в последний сезон. К нам они больше не придут. Местные про таких говорят, что выходят они к живым один раз, пополнить себе компанию, а если не выйдет, то хоть посидеть рядом с настоящими людьми, тепло их почувствовать, тоскуют по нему они. А вы со своими городами и науками совсем от настоящей жизни оторвались, — обозлился напарник, видя моё недоверие. — Пошли работать.</p><empty-line/><p>С моим так и не поевшим товарищем мы продолжили сбор орехов. Однако теперь Макар больше помалкивал и несмотря на то, что до этого сказал, что гости больше не вернутся, тревожно смотрел по сторонам. Так мы и проработали до вечера и вернулись к своему нехитрому жилищу. Там Макар с волнением выдал мужикам историю про сегодняшнюю встречу.</p><p>Что сказать? Физиономии у мужиков были примерно такого же вида, что и у Макара при встрече с Леонидом и Егором. Они тоже, оказывается, знали пропавших, правда поверхностно. Опытные, не первый год работают, пересекались с бородатыми, хоть и не из одного посёлка. А когда один из наших товарищей достал из своего рюкзака и полистал перед моим носом бесполезный в тайге смартфон, показывая групповые фотографии, тут меня и пробрало окончательно. На одной из фотографий был Леонид, рядом с владельцем устройства, вместе с десятком других шишкарей. Ошибки быть не могло. Как и коллективного розыгрыша.</p><empty-line/><p>С тяжкими мыслями и раздумьями пошёл я спать после ужина, а мужики остались совещаться у костра, и я ещё долго слышал их тихие голоса. Под их аккомпанемент и заснул.</p><empty-line/><p>В итоге мы довольно быстро доработали норму. Справились за неделю вместо двух. С дерева собирали по сорок-пятьдесят килограммов орехов. Мужики повеселели, говорили друг другу, что это Лёнька с Егоркой им помогают. Бросали на меня благодарные взгляды, я же приветил нежданных гостей. А мне было вовсе не до радости и веселья. Не понимал я, как они могут так быстро перестроить своё настроение и сознание. Только что мёртвых до усрачки боялись, а теперь, почувствовав наживу, уже радуются их помощи. Определённо нам, городским новичкам, местных шишкарей не понять.</p><p>Вскоре за нами прибыл вызванный транспорт. Водитель, забиравший нас и имущество, недоумевал. Если так хорошо всё идёт в плане сбора, чего не продолжить, ещё же время есть. А Макар уверенно ему отвечал, что больше выделенной нормы не стоит наглеть, и переглядывался с мужиками. Те согласно кивали в унисон. Ну а я был вообще рад возможности побыстрее свалить отсюда и никогда не возвращаться. Мне присутствие мёртвых, хоть злых, хоть подобревших, не доставляло никакого удовольствия…</p></section><section><title><p>Лесная тварь</p></title><p>В холодном предрассветном тумане группа охотников из деревни Зайцево пробиралась сквозь густо заросший лес. Восемь человек шли, растянувшись цепочкой, и почти не разговаривали друг с другом. Их цель была найти и убить необычного зверя, который на протяжении уже нескольких месяцев терроризировал местные поселения. Пострадавших от зверя было немало, а счёт напуганных людей шёл на сотни. Погибло несколько человек, ещё несколько получили тяжкие раны. Слухи ходили разные, очевидцы говорили, что это был волк, невероятно большой и весьма умный. Он всегда ускользал от ловушек, незаметно подкрадывался с подветренной стороны, нападал на домашний скот и рискнувших перейти ему дорогу или просто неосторожных селян.</p><empty-line/><p>Главным среди охотников был уже немолодой, закалённый жизнью, крепкий мужчина по имени Вадим. Приходилось ему по молодости повоевать, затем послужить в охотхозяйстве, потом в полиции, но не ужился с начальством и ушёл в фермеры. Он видел многое и редко испытывал страх. Но этим утром что-то явно было не так. Вадим чувствовал это нутром, как-то не по-обычному тихо было вокруг, в лесу. Гробовая тишина давила на уши, не скрипели деревья, не шелестела листва, даже птицы не отзывались. Одинокий коршун парил в высоте, следуя за небольшой группкой вооружённых людей, словно в ожидании какой-то добычи.</p><empty-line/><p>Охотники продвигались всё глубже в лес и заходили всё дальше, пока не наткнулись на странные отметины на деревьях. Каждая из них была сделана когтями, такими длинными, что даже самый крупный волк не смог бы оставить их. Да и необычно было, чтобы волк так старательно полосовал древесные стволы. Виделось в этом некое предупреждение, мол, не идите дальше, плохо закончится. Во всём этом ощущалось нечто гораздо более жуткое, чем они могли себе представить. Но охотники перебороли в себе возникший страх и углубились в самую глушь.</p><empty-line/><p>Едва заметная тропа привела их к заброшенной охотничьей хижине, выплывшей им навстречу из тумана. О её существовании даже говорливые местные старики предпочитали не упоминать. Плохой приметой считалось. Однако краем уха Вадим слышал когда-то старые легенды о призраке охотника, который продал душу нечистой силе много десятков лет назад за вечную молодость, но был проклят за свои деяния и изгнан из деревни. Тогда он построил себе домишко в лесу, и больше о нём не слышали. Говорили, что сгинул от проклятия.</p><p>Впрочем, другие говорили, что его прикончил медведь-шатун и утащил останки неведомо куда. Неизвестно, кому было верить, однако хижина стояла перед глазами — это факт. Вот она: покосившаяся, поросшая мхом, глядит на них чёрными глазницами разбитых окон. Откуда-то снаружи потянуло запашком падали.</p><empty-line/><p>Пока другие нерешительно топтались у входа, Вадим заглянул внутрь. Ничего особенного: давно не топленная печь, жёсткая кровать в углу с горой старого тряпья на ней, грязная посуда на колченогом дощатом столе, давно замершие старинные часы на стене. Пока Вадим осматривался внутри хижины, его товарищи побродили в радиусе полусотни метров и обнаружили останки животных, разбросанные неподалеку от жилья. Некоторые были свежие, будто от совсем недавно убитых животных, другие — давнишние, просто кучки обглоданных, вымытых дождями костей. Запах разложения проникал мужчинам в ноздри, вызывая тошноту и убивая обоняние.</p><empty-line/><p>Невдалеке что-то хрустнуло, нарушив гнетущую тишину. Вадим жестом приказал всем приготовиться. Захрустело ещё раз, совсем не там, где сначала. Мужчины торопливо разделились на двойки, стали спина к спине, выставив стволы ружей в чащу и ожидая чего угодно. Вадим пока держал ружьё за спиной, он сжал рукоятку охотничьего ножа, висевшего на ремне и подаренного ему дедом. Дед, когда был жив, поговаривал, что тот нож необычный, он для особого случая. Вадим всегда таскал его с собой в лес. Снова хрустнуло и рыкнуло. Причём в разных местах и так быстро, что не верилось, что даже самый быстрый зверь мог бы перемещаться с такой скоростью. Ощущение опасности проникало в сознание, нечто кошмарное было здесь, рядом с ними, кружило очень близко.</p><empty-line/><p>Текли напряжённые минуты ожидания. Туман немного рассеялся, но всё равно недостаточно для прицельной стрельбы, тем более непонятно было, куда стрелять. Один из охотников, молодой и неопытный, отошедший на несколько шагов от напарника, вдруг вскрикнул. Его рвануло с места и утащило в ближайшие кусты, где смертельный вопль разрезал пространство и стих. Оброненное ружьё выстрелило, прошив картечью расплывающийся туман. На секунду Вадиму показалось, что в кустах мелькнули светящиеся зелёным светом миндалевидные глаза, не похожие ни на звериные, ни на человеческие.</p><p>— Не стрелять, пока не видите цель! Ждать! — заорал Вадим, отдавая команду запаниковавшим товарищам, готовым открыть хаотичную пальбу.</p><empty-line/><p>Семь человек двигались цепью, медленно приближаясь к зарослям плотного кустарника, и в этот же момент тишину разорвал душераздирающий вой. Тварь не пряталась больше — теперь она наступала. Из охваченных белёсым туманом кустов появилась огромная фигура, от вида которой охотники потеряли дар речи.</p><p>Не волк, не человек, но нечто схожее и с тем, и с другим, с тем, что царило в ночных кошмарах, надвигалось на них. Монстр передвигался, подобно человеку, на двух лапах, и был выше самого рослого охотника на полметра. Серая плотная шкура, покрытая шрамами и грязью, глаза, горящие ненавистью и голодом, заставили растерявшихся людей застыть на месте.</p><empty-line/><p>Выстрел разорвал воздух и с такого расстоянии стопроцентно попал в цель, но тварь никак не отреагировала. Её мощное тело словно поглотило свинцовую картечь без всякого урона. Затрещали выстрелы, метя по рванувшей на людей твари. Впопыхах они промахивались. Монстр двигался слишком быстро, мелькая среди деревьев и кустов. Один за другим охотники погибали, их крики заглушали звуки рвущейся плоти и ломающихся костей.</p><empty-line/><p>Вскоре Вадим остался один, окружённый предательским туманом. Получив мощный удар, он лишился ружья, но полоснул чудовище по морде лезвием ножа. Вопль при этом раздался такой, что охотник чуть не оглох. Нож сейчас оказался гораздо эффективнее ружей, он причинял вред проклятому существу.</p><empty-line/><p>Потеряв из виду противника, Вадим рванул прочь из чащи, подальше от проклятой хижины. Он бежал, сколько мог, слыша за собой глухой топот преследователя. Наконец мужчина остановился, сердце колотилось так яростно, что казалось, вот-вот вырвется из груди. Больше бежать он не мог и прислонился к дереву спиной, выставив нож на уровне груди, готовый к своей последней битве.</p><empty-line/><p>Тварь появилась перед ним бесшумно. В зелёном призрачном огне глаз монстра охотник увидел бездонную пустоту и свой смертный приговор. Вадим ударил ножом ещё раз и ещё, но всякий раз промахивался, а когти зверя наносили ему одну рану за другой. Кровь заливала глаза охотнику, а зверь, казалось, был неуязвим. Мужчина упал на спину, и тварь навалилась на него, подбираясь клыкастой пастью к горлу. Чудовище почувствовало в нём предводителя тех, кто пришел охотиться на него, и желало расправиться с ним особенно жестоко.</p><p>Но удачный взмах ножом решил итог схватки, лезвие по рукоять погрузилось в глазницу монстра. Тварь вмиг обмякла, свалившись с раненого человека.</p><p>Шатаясь, Вадим поднялся и глянул на противника. Это был уже не зверь, перед ним лежало нагое тело молодого парня, покрытое странными татуировками. Охотник выдернул из черепа врага своё оружие, подарившее ему победу в неравной схватке. Не разбирая дороги, он побрёл в сторону деревни, совершенно опустошённый. Избавление от чудовища далось слишком дорогой ценой, семеро заплатили за это своими жизнями.</p><p>Лес снова погрузился в тишину. Человек с ножом в руке, двигаясь словно в трансе, медленно скрылся в тумане, оставляя за собой кровавый след и тающее проклятие старой хижины, где целый век обитали самые жуткие кошмары.</p></section><section><title><p>Случай на острове</p></title><p>— Ребята, ну что, куда поедем? — Алина с огромной чашкой чая сидела на широком подоконнике, покачивая ножкой. Жующая яблоко Катя, лениво водившая пальчиком по шикарным переплётам книг на актикварной книжной полке, поддакнула:</p><p>— Вот-вот, неделя осталась. Что, в городе торчать будем?</p><p>Трое их друзей, Вадим, Костя и Игорь, рассевшиеся в креслах вокруг журнального столика, на котором стоял кофейный сервиз стоимостью с квартиру в провинции, переглянулись. А ведь и правда, что-то они в этом году затянули с выбором приключения. Каждый год их пятёрка, крепко сдружившаяся несмотря на неприличное богатство предков, отправлялась то понырять за жемчугом, то полазать по сталактитовым пещерам, а бывали и совсем безумные поездки. Игорь, который хоть и был на год младше остальных, никогда не боялся брать на себя ответственность за решения, заявил:</p><p>— Так, давайте я возьму это на себя. Завтра к вечеру сообщу, какие есть варианты.</p><p>Следующим вечером они снова традиционно собрались в квартире Кости.</p><p>— Ребята, подвернулся такой вариант, что я других и не искал! — Игорь был необычно возбуждён. — Я попросил отца помочь, и он по своим каналам договорился о поездке на один остров. Очень таинственная история, я вам скажу. Остров частный, но кто владелец, никто не знает. Ну, по крайней мере, так говорят. По слухам, незабываемые впечатления. Короче, папа для нас уже договорился на ту неделю.</p><p>Возражений не было, и друзья начали готовиться к поездке.</p><empty-line/><p>В назначенный день все собрались на причале, с которого их должна была забрать частная яхта.</p><p>— Вот это да! — восторженно воскликнула Катя. И было чем восхититься. К причалу стремительно неслось практически абсолютно чёрное чудо яхтостроения, выделялось только нанесённое серебристой краской название — "Молния". Вот спустили сходни, и навстречу ребятам вышел высокий плечистый мужчина в идеальном костюме под стать яхте — чёрном с серебристыми полосами по лацканам брюк. Лицо полностью закрывала стильная маска. В руках он держал инкрустированный серебром чёрный ящик. Явно изменённым голосом он обратился к компании:</p><p>— Приветствую вас, господа. Меня зовут Серго. Я буду вашим сопровождающим и гидом по острову. Сейчас прошу положить свои мобильные телефоны и другие средства связи в этот ящик. Мы гарантируем полную сохранность ваших вещей.</p><p>Все восприняли это как должное и вот, наконец, поднялись на борт яхты. Внутри был выдержан тот же стиль, с которым друзья уже познакомились. Кроме встречавшего их человека, больше на борту никого не было. Серго опустил жалюзи на иллюминаторах и попросил во время поездки их не открывать и из каюты не выходить. Потом он отправился на место рулевого, и яхта рванулась от причала.</p><p>Впечатлённые началом приключения и в предвкушении того, что их ждёт на острове, во время дороги друзья практически не разговаривали. Наконец, яхта замедлила ход и остановилась. Сопровождающий заглянул в каюту:</p><p>— Мы в пределах видимости острова. Думаю, вы захотите посмотреть на него, пока мы будем подплывать. Можете выйти на палубу.</p><empty-line/><p>Ребята с радостью выбрались из каюты и стали рассматривать место назначения. Остров как будто сошёл с рекламной картинки: какой-то особенный оттенок зелени, идеальный песочек, и даже небо над островом казалось необыкновенно синим. Безупречно подведя яхту к причалу, Серго выдвинул сходни и жестом пригласил ребят на берег. Вглубь острова вела деревянная дорожка. По ней добрались до не очень большого, с виду простого дома. Однако обстановка внутри впечатляла: богатая деревянная отделка, удобная мебель, повсюду фрукты в объёмных вазах.</p><p>— Располагайтесь, отдыхайте, — показывал Серго гостевые комнаты. — Вы можете перемещаться в пределах ограниченной изгородью зоны. Пожалуйста, не пытайтесь проникнуть за неё. Очень советую наш пляж, он совершенно безопасен. В 3 часа будет подан обед, прошу не опаздывать.</p><p>После этого гид ушёл. Ребята выбрали себе комнаты: парни решили, что им лучше будет по-отдельности, а Алина с Катей выбрали комнату побольше, одну на двоих. Вскоре все в отличном настроении, перекусив фруктами, направились купаться. Серго был прав — пляж был выше всяких похвал, и они пробыли на нём до самого обеда.</p><p>Обедали долго, больше часа, наслаждаясь экзотическими блюдами, которые подавал им Серго. Потом лениво качались в гамаках, развешанных в тени деревьев рядом с домом, снова купались, смотрели какие-то фильмы — в доме нашлось множество видеокассет на любой вкус. Но, конечно, ребятам не терпелось окунуться в приключение, которое должно было начаться с самого утра на следующий день. Вечером Серго осмотрел экипировку, которую они взяли с собой. Покачав головой, он куда-то вышел и вернулся уже с кипой самых разных вещей и приспособлений. Под присмотром гида ребята облачились, как заправские рейнджеры. Наконец, Серго остался доволен их подготовкой и ушёл, посоветовав выспаться как следует перед началом непростых испытаний, которые им предстоят. Слова "непростые испытания" вызвали улыбку, вся компания считала себя опытными приключенцами.</p><empty-line/><p>На следующий день Серго разбудил всех рано, только светало.</p><p>— А вы с нами не пойдёте? — удивился Костя. Их гид действительно был лишь в шортах и футболке.</p><p>— Нет, приключение только для гостей, — ответил тот, — но вы не волнуйтесь, везде стоят указатели. Да и видеокамеры по всему острову. Я буду наблюдать за вами из диспетчерской.</p><p>Серго проводил компанию к воротам, за которыми заканчивалась цивилизованная часть острова.</p><p>За компанией с тихим шелестом закрылись ворота, казалось, даже звуки пляжа приглушив.</p><p>— Ребята, как то мне не по себе, — тихонечко сказала Алина.</p><p>— Чувствительная ты слишком, — рассмеялся Вадим, — как будто впервые в походе.</p><p>— Ну что, пошли? — Костя двинулся вперёд по хорошо утоптанной дорожке.</p><empty-line/><p>Лёгкая прогулка быстро вернула всем хорошее настроение, ребята разговорились, подкалывали Алину, та отшучивалась. Так дошли до развилки с указателем с недвусмысленным названием "К пещере". Все ускорили шаг, предвкушая знакомство с первой достопримечательностью острова, помимо шикарного пляжа и стильного гида.</p><p>Дорожка попетляла ещё немного, пару раз встречались указатели, направлявшие группу. И вот, довольно неожиданно, перед ними открылась пещера. Внешний вид не сильно впечатлял: увитые плющом скалы вокруг небольшого входа. Но кто ж судит по "одёжке"? И ребята, один за другим, вошли внутрь. Проход оказался узким, на одного человека, и очень тёмным. К счастью, у всех были фонарики. Подсвечивая себе путь, группа двинулась вглубь пещеры. Вдруг фонарик идущего впереди Игоря мигнул и погас, а вслед за этим раздался сдавленный вскрик парня. Его товарищи на мгновение замерли, а потом бросились вперёд, насколько это позволяла ширина прохода. Буквально через десяток шагов перед ними открылась обширная пещера, поражающая своим великолепием. Однако Игоря тут не было. Зато был накрытый стол с табличкой "Советуем перекусить". Ребята тщательно обыскали всю пещеру, однако никаких следов своего товарища не нашли.</p><empty-line/><p>— Ничего не понимаю, тут же всего один вход, куда он мог подеваться? — выразил общее недоумение Костя.</p><p>— Ребята, давайте вернёмся, — всхлипнула Катя.</p><p>С этим все были согласны, и, без происшествий выбравшись наружу, отправились по дорожке назад. Через полчаса стало ясно, что они заблудились.</p><p>— Это невозможно! Тут же везде были указатели, — причитала Алина.</p><p>— Возможно, если кто-то их убрал, — пробурчал Вадим. — Давайте успокоимся и поступим по уму. Будем действовать, как а лабиринте.</p><p>Прошло ещё полчаса, друзья в молчании следовали по дорожке, отмечая повороты камнями.</p><p>— Такое впечатление, что мы ходим по кругу, но где наши метки? — высказался, наконец, Костя. — Предлагаю отдохнуть и подумать над нашим положением.</p><p>— Может, нам никуда больше не двигаться? — предложила Алина. — Просто подождём, Серго же сказал, что будет наблюдать за нами.</p><p>— Не хочу задавать неприятные вопросы, — в ответ на её слова произнёс Вадим, — но где гарантия, что это всё не он вытворяет? Может, это часть сценария?</p><p>— Ну да, супер-сценарий, особенно та часть, где Игорь исчез, — всхлипнула девушка.</p><empty-line/><p>В итоге, после небольшого отдыха друзья предприняли ещё одну попытку выбраться из замкнутого круга. И в этот раз им это удалось — на одной из развилок оказался указатель "К водопаду".</p><p>— Может, не так всё и плохо, — решил подбодрить товарищей Костя и первым двинулся по дорожке дальше. Вскоре стал слышен шум падающей воды, и минут через 15 перед друзьями открылось величественное зрелище: мощный поток падал с высоты в кристально чистое озеро, а в брызгах водопада сияла радуга.</p><p>— Красота какая! — прошептала Катя. — Ребята, а давайте искупаемся?</p><p>Алина с Костей отказались, а Вадим с Катей уже через пару минут с удовольствием плескались в воде.</p><p>— Эй, давайте сюда! — махали они оставшимся на берегу товарищам. — Водичка — просто чудо!</p><p>Алина, наблюдавшая за ними, вдруг заметила что-то в воде.</p><p>— Костя, там что-то есть! — дёрнула она за руку друга, который прилёг на берегу и прикрыл глаза.</p><p>В воде действительно что-то было, что-то очень большое. И оно стремительно приближалось к их товарищам.</p><p>Костя с Алиной стали кричать и махать руками, но друзья их не понимали. И вот, как в замедленной съемке, из воды показалась чудовищная пасть, разом поглотив обоих, а затем скрылась в глубине. Алина разрыдалась, а Костя, обнимая девушку, только сжимал зубы, обещая про себя, что обязательно спросит за товарищей с того, кто в этом виноват.</p><empty-line/><p>— Алина, нам нужно идти, — наконец, мягко отстранил от себя девушку Костя.</p><p>Он надел свой рюкзак, подхватил и рюкзак Алины и двинулся по дорожке вдоль озера, потянув за собой подругу. Та не сопротивлялась. Буквально в нескольких шагах обнаружился указатель с лаконичной надписью "Еда". Костя пожал плечами и двинулся в указанном направлении, за ним механически пошла и Алина. Вскоре возле дорожки обнаружился навес с простым столом, на котором были расставлены контейнеры с немудрёными продуктами — хлеб, сыр, йогурт, термос с чаем.</p><p>— Нужно поесть, — уговаривал Костя подругу. Но та лишь отрицательно покачала головой. Пожав плечами, парень перекусил. Алину он смог заставить только выпить чаю, который оказался очень ароматным, крепким и сладким. Уже начинало смеркаться, и Костя решил, что будет разумно переночевать под навесом, а точнее, под столом, который там находился — хоть какая-то защита. Намаявшиеся за день друзья быстро уснули, хотя казалось, что ужас, настигший их днём, оставит их без сна.</p><empty-line/><p>Посреди ночи Алину разбудил крик. Она подскочила, больно ударившись головой о стол. Кости не было! Безуспешно она, сквозь рыдания, звала его. В конце концов, охрипнув, девушка замолкла. Когда рассвело, она, абсолютно опустошённая, двинулась по дорожке, бросив под навесом все свои вещи. Поначалу Алина ни на что не обращала внимание, но вот до её сознания достучались какие-то тревожащие звуки. Девушка стала прислушиваться. Шелест, шорох, свист то чередовались, то раздавались все вместе. Алина ускорила шаг, однако звуки только нарастали. Девушка побежала. Метров через 100 она выскочила из леса и помчалась прочь от него, однако вскоре ей пришлось остановиться: она оказалась у края обрыва. Повернувшись в сторону леса, Алина от ужаса покрылась холодным потом — из леса выбрался огромный паук, воплощение её кошмаров. В голову пришла единственная мысль: "Лучше разбиться о камни, чем погибнуть вот так". Не отводя глаз от быстро приближающегося к ней чудовища, Алина сделала шаг назад, с обрыва.</p><p>И тут Алину ждал сюрприз: сеть! Под обрывом была натянута сеть! Она мягко окутала тело девушки, а потом её затянуло внутрь скалы, в которой открылся проход. Сознание Алины не выдержало потрясения и померкло.</p><empty-line/><p>Алина пришла в себя на удобном диване, возле которого на коленях стоял Серго, водящий ваткой с нашатырным спиртом перед лицом девушки. На соседнем диване и в креслах разместились друзья. Живые и здоровые!</p><p>— Но как?.. — приподнялась Алина на диване.</p><empty-line/><p>И тут все заговорили наперебой, рассказывая, какое на самом деле чудо техники — этот остров. Все их приключения были инсценировкой, им ни одну секунду ничто не угрожало! На самом деле, остров обслуживался почти сотней сотрудников, которые всё время оставались невидимыми для гостей, но постоянно находились на расстоянии вытянутой руки от них, контролируя абсолютно всё.</p><p>Исчезновение Игоря в пещере, чудовище в озере, проглотившее Катю с Вадимом, пропажа Кости ночью и кошмарный паук — всё было постановкой!</p><p>— Надеюсь, вам понравилось приключение, — с улыбкой обратился к ребятам Серго после того, как все подробности были рассказаны. — Остаток недели вы можете наслаждаться отдыхом и изучать тайны острова. Я с удовольствием вам всё тут покажу!</p><p>Когда через несколько дней друзья на шикарной яхте возвращались в город, они были единодушны — с пережитым им приключением не сможет сравниться уже ничто!</p></section><section><title><p>Медведь</p></title><p>Это история о таёжной деревушке, где необъятный лес скрывает свои секреты среди теней глухих чащоб. Там, где белки скачут с ветки на ветку, а дикие звери чувствуют себя полными хозяевами и даже иногда заглядывают на огонёк к людям, в лесной сторожке жил опытный егерь по имени Иван. Был мужчина хоть и в годах, но коренастый и крепкий. За тридцать лет службы знал егерь каждую тропку, каждое укрытие в этих лесах, каждую полянку на вверенном ему участке. Для него лес был домом, наполненным душой природы.</p><p>В одну холодную осеннюю ночь, когда ветви деревьев зловеще трещали, словно шёпотом рассказывая древние предания, а над тайгой взошла полная луна, Иван возвращался домой через глухую чащу после проверки своих силков. Трудно держать нужное направление среди одинаковых деревьев, кустарников и буреломов. Не ровен час, можно запросто начать ходить кругами, сбиться с пути и сгинуть вовсе. Но надёжные знания леса, многолетний опыт и инстинкты не подвели бы мужчину с ружьем на плече и полностью заряженным фонарём — в этом он был уверен на сто процентов. Потому и шёл неторопливо, насвистывая тихонько развесёлую песенку.</p><p>Когда до сторожки оставалось двадцать минут ходьбы, рваные тучи закрыли луну, похищая её призрачный свет, и лес погрузился в полную темноту. Хочешь-не хочешь, а Ивану пришлось делать короткие остановки, чтобы не сбиться с пути даже с мощным фонарём в руках, и оглядеться. Вдруг он услышал странный нарастающий шорох и переливающийся с места на место смех, доносящиеся из глубины леса в том направлении куда он шёл. Насторожившись, Иван продолжил путь в ту сторону, решив выяснить, кто без его ведома, да ещё и ночью, шарахается по его территории. У него не пропадало ощущение, что его куда-то целенаправленно ведут. Шорохи повторились и егерь, выключив фонарь, дальше пробирался на странный звук.</p><empty-line/><p>Продравшись через кусты можжевельника на небольшую поляну он увидел картину, которая заставила его замереть на месте. Смех и шорохи стихли. Пока пробирался, луна снова вышла из-за туч и залила тайгу своим мертвенным светом, вполне позволяя видеть то, что происходит вокруг.</p><p>А замер Иван вот отчего: над тушей убитого лося, склонился браконьер, снимая шкуру. К Ивану он был спиной, и естественно мужчина решил не применять оружия сразу, а нейтрализовать нарушителя и доставить куда следует.</p><p>Одного он не учёл. Как только он неслышно приблизился к браконьеру, в спину ему уткнулся ствол чужого ружья. Два вооруженных бандита оказались за его спиной, а третий, тот, что снимал шкуру, тоже повернулся к егерю. Трое преступников окружили оторопевшего от неожиданности лесника. Лиц они не скрывали, ружья в их руках говорили о том, что не ждёт егеря ничего хорошего, а мерзкие усмешки застыли на их лицах.</p><empty-line/><p>— Зря ты нарисовался тут, мужик, — зло проговорил один из бандитов, худой как жердь, держа в руке окроплённый звериной кровью нож.</p><p>— Теперь тебе конец, — добавил другой, бородатый верзила в камуфляже, направляя на него двухзарядную вертикалку. Третий же молчал, но чувствовалось, что он у них главный, и те двое только и ждут его команды, чтобы покончить с Иваном. Он узнал их: двое бывших уголовников из Мареевки, а третий — отставной милиционер, Стегошин Борис из райцентра. Про Бориса давно слухи ходили, что промышляет он браконьерством, только никому отставник не попадался, как и его компания. Вот такая банда захватила несчастного лесника.</p><p>Но Иван не собирался просто так сдаваться. Да и приходилось ему уже попадать в передряги и выпутываться из них. Хотя сейчас ситуация была практически безнадёжной. Его охотничье ружьё висит на плече, нож заткнут за голенище сапога, а трое противников вполне готовы пустить в ход оружие, как только Иван дёрнется.</p><p>Не дав времени егерю на придумку хоть какого-то плана спасения, бандиты обрушили на него град подлых ударов, отняли ружье и поставили на колени.</p><p>— Молись, минута у тебя, — процедил сквозь зубы тот, главный, что молчал до сих пор. Ещё один удар получил егерь в висок от худого. По щеке побежала струйка крови, но он почему-то почти не почувствовал боли в этот раз.</p><p>Застонал Иван, поняв, что его конец близок, и помощи ждать ему неоткуда. И не увидит его в выходные старушка-мать, которую он обещал навестить.</p><empty-line/><p>Однако пока происходила эта полная трагизма сцена, лес оживал. Шорохи и звуки снова возникли и усиливались, словно сам лес пытался что-то сказать, предостеречь людей от непоправимого поступка.</p><p>Но браконьеры не унимались, они продолжали избивать егеря, прежде чем его прикончить. Отпустить его или оставить они уже не могли, так как Иван узнал главного, да и рожи остальных наверняка запомнил.</p><p>Однако прежде чем последний удар был нанесён, заросли кустарника захрустели, и оттуда вывалился на поляну огромный бурый медведь. Его глаза сверкали синим магическим блеском, шерсть обрамлял светящийся ореол, а чудовищный рёв потряс ночную тьму, заставляя бандитов замереть от ужаса.</p><p>Медведь обрушился на браконьеров с невероятной яростью, будто мстил не только за сегодняшние проступки, а и за те многие, что они совершили до того. Сухо щелкнули курки ружей, но выстрелов не раздалось, а оружие мгновенно заледенело в руках преступников, заставив их выронить его. Один за другим бандиты падали под ударами мощных лап магического зверя. А может, и не зверя — а разозленного духа леса, беспощадного и неуязвимого для обычного оружия. Трещали ломаемые кости, разрывалась стальными когтями человеческая плоть, крики умирающих ужасной смертью бандитов разносились эхом по лесу, многократно отражаясь.</p><p>Единственный, кому удалось сбежать из этого царства разбушевавшейся смерти, был пришедший в себя Иван. Он ринулся прочь, спотыкаясь и падая, ошеломлённый тем, что не мог осознать происходящего и перепуганный до безумия. Он бежал и чувствовал, как страх начинает пропадать, как и боль в разбитом теле. Лес словно поглотил его страх и боль, даря возможность лицезреть то, что не удавалось ни одному человеку после встречи с разъярённым духом, защищающим эти территории.</p><p>Выбежав на знакомую тропку, Иван остановился столбом. Нет, он не собирался возвращаться за ружьём и фонарём. По крайней мере сейчас. А остановился он потому, что на тропинке напротив него снова стоял тот же медведь. Светящийся ореол вокруг него погас, но глаза так же источали синий волшебный свет. Взгляд егеря встретился с глазами медведя, полными древней, первозданной мудрости. В эти моменты они словно понимали друг друга, проникали в сознание двух миров и сливались воедино — два столь разных существа, связанные единой судьбой, единой волей Леса.</p><p>Человек не знал, сколько это продолжалось, а когда медведь, урча, вернулся в глухую чащу, Иван собрал свои мысли и силы. Теперь абсолютно спокойный и уверенный в том, что ему ничего не грозит, он вернулся и забрал ружьё, фонарь и побрёл к сторожке, шагая среди деревьев, хранящих в себе тысячелетние тайны. Надо сказать, что ни тел бандитов, ни их вещей на злосчастной поляне он не нашёл. Да не слишком-то и искал.</p><empty-line/><p>Позже, когда он рассказывал знакомым охотникам из Мареевки о своём спасении, никто даже не думал сомневаться в его словах. Люди, по-настоящему любящие лес, знали, что дух, просыпающийся время от времени и защищающий свои владения, был опасен не вслепую. В его древнем разуме иногда скрывалась сила, готовая противостоять злу. И в этом таёжном мире, где каждый звук и каждый шёпот мог скрывать миллионы историй, магический медведь стал символом защиты и силы, которой можно довериться в самые страшные и безнадёжные моменты.</p></section><section><title><p>Случай в тайге</p></title><p>Эту историю мне рассказал отец моего друга, Виктор Павлович. Она вполне могла бы сойти за байку неопытного туриста, но Виктор Павлович до того, как стать учителем, в молодости отдал шесть лет геологоразведке, да и в школе потом вёл географию и природоведение. То есть вполне связанные с предыдущей работой предметы. То, что он поведал мне, вполне можно допустить и объяснить, правда, с некоторой натяжкой. Впрочем, обо всём по порядку.</p><empty-line/><p>Итак, в начале восьмидесятых годов прошлого века он, будучи студентом-практикантом, попал в геологоразведочную партию, исследующую сибирские недра в бескрайней тайге методом гравиметрии. Кажется, было лето 1981 года. Что там они точно искали — неизвестно, студент в основном таскал полезный скарб и приборы за старшими товарищами. Он и остальные практиканты обсуждали между собой, что ищут золото, поскольку кроме геологов в партии присутствовали два вооруженных человека из спецслужб. С пистолетами в кобурах. Держались они особняком, за всеми зорко следили. Пятеро геологов также были с ружьями. При отряде из пятнадцати человек (тринадцать мужчин и две девушки) был проводник из местных, имени которого толком никто выговорить не мог, поэтому звали его просто Николаем.</p><p>Маршрут был сложным, лесистые горы хоть и не были высокими, но постоянные подъёмы и спуски изрядно выматывали. Оборудование и провизию тащили на себе, так как там, где пролегал их путь, можно было пробраться только пешком. Спасало то, что особой жары не было, температура не поднималась выше двадцати шести градусов. Периодически в низинах одолевала мошка, но от неё спасали плотная одежда с резинками на штанах и рукавах и накомарники. Около людей, упорно идущих вперёд, шастали и медведи, и волки, в надежде полакомиться объедками, а то и зазевавшимся специалистом. Но особой агрессии не проявляли, звериным мозгом сообразив, что встреча с вооружёнными геологами может плачевно закончиться.</p><p>— Как оказалось, мошка, дикие звери и труднопроходимые места были не главной угрозой экспедиции, — постоянно приговаривал Виктор Павлович и задумчиво разглядывал свою кружку с чаем, припоминая события давних лет.</p><empty-line/><p>Через неделю экспедиция, порядком уставшая, но уже выполнившая часть работ, вышла к безлюдной деревне, состоящей всего из восьми полуразрушенных домиков. Вначале устроили привал, потом, поскольку начало темнеть, решили остановиться на ночёвку.</p><p>Николай, предвосхищая вопросы про деревню, поторопился всем рассказать, что это бывшее поселение золотоискателей, которое после войны было построено для разработки золотоносной жилы. Просуществовало оно недолго, так как жила иссякла, и народ переместился в другие, более богатые места. Подумав, проводник добавил, что у местных есть легенда о том, что была ещё одна причина, заставившая золотодобытчиков убраться из этих мест. Будто бы пропали у них несколько человек, один за другим, и поиски их ничего не дали. Тогда у работников миф возник, что их выживает отсюда, спрятав от людей золото и похищая их, лесная нечисть, которая к тому же прячется в частично обвалившихся заброшенных шахтах, возле которых поселение и располагалось.</p><p>На вопрос: «Как же так, ведь на таких мероприятиях люди от партии были, ни в какую нечисть не верующие?», — Николай лишь усмехнулся и сказал, что половина была набрана из местных, а та часть, которая не верила ни в бога, ни в чёрта, быстро растеряла свои принципы. Про какую конкретно мифическую сущность шла речь, в байках аборигенов не было ничего конкретного. Обобщённо угрозу называли Чёрными, по описанию одного сошедшего с ума от страха охотника, который якобы встретился со злыми духами в лесу. Ну да тот, конечно, мог и приврать. Много ли веры такому человеку?</p><empty-line/><p>В экспедиции, в которой состоял Виктор Павлович, подобный рассказ проводника ничего, кроме смеха, вызвать не смог. Народ, расположившийся на отдых, шутил, что люди из брошенного поселения ещё не до конца избавились от предрассудков, и вообще удобно любые неприятности списать на нечистую силу.</p><p>Стали устраиваться на ночлег, разбили лагерь плотной группкой палаток между заброшенных жилищ. С колодцем не повезло, его отыскали, но запах от воды шёл такой, что ею даже руки помыть не рискнули, не то что пить. Без воды лагерь был такой себе, нужно было отыскать ручей — и помыться немного, и еду приготовить, и пополнить запасы. Поэтому пока основной отряд устраивался на ночлег, двое геологов отправились немного дальше.</p><p>Им повезло, они в лесу почти сразу наткнулись на ручей, всего-то метрах в трёхстах от деревни. Причём вышли на ручей по едва заметной, давно нехоженой тропинке. Ещё удивлялись, как она не заросла полностью за столько-то лет.</p><empty-line/><p>Как раньше говорилось, в отряде были две молодые девушки, которым были поручены обязанности поваров. Вот им вернувшиеся с разведки и принесли радостную весть, что водный источник обнаружен, и проблема решена. Пока мужчины занимались добычей дров, укрепляли палатки и даже быстренько сооружали навес для имущества, девушки ходили к ручью и обратно, таская воду для приготовления пищи. Шум, гам, костры, голоса людей — никакой дикий зверь и носу близко к лагерю не казал. Да и в последний раз крупных животных видели сутки назад. А с приближением к деревне показалось, что и мелкая живность пропала вовсе. Будто избегала этого места.</p><p>Наконец ужин был готов, хорошо, душевно посидели. Поорали песни под гитару, даже немножко выпили. По сто грамм, больше строгий начальник не позволил. Ну, мужчины поели и на боковую, а девушки отправились посуду помыть и воды наутро принести, прихватив с собой одного из студентов в помощь. Он к ним вдобавок неровно дышал, чем те и воспользовались, заставив поработать. Ушли они к ручью, гремя посудой и весело переговариваясь. Должны были вернуться через полчаса. Но не вернулись.</p><p>Первым тревогу поднял проводник, доложивший начальнику о пропавших и о том, что он дошёл до ручья, но увидел только брошенную посуду и примятую траву. Начальник отряда всех поставил на уши. Геологи и спецслужбисты два часа искали девушек и студента, светили фонарями, кричали, но всё безрезультатно. Вернулись к ручью, нашли передник одной из девушек, а на нём — кровь, много крови. Несмотря на спустившуюся на местность ночь, нашлись и едва заметные чужие следы, уходящие в чащу.</p><p>— Следы были странные, — нахмурившись, сказал Виктор Павлович, поглядывая на мою реакцию и видя, что я слушаю его с открытым ртом, продолжил:</p><p>— С одной стороны, следы как бы и человеческие, но крупнее раза в два и пальцы на них не прорисовывались. Я сам те следы видел. Ни до, ни после такие не попадались. Следов схватки тоже не было, кроме того, окровавленного передника. Только под деревьями, там, где были эти следы, нашли непонятные маленькие ямки, будто кто-то палку втыкал, выжидая. На этом поиски были прекращены до рассвета, чтобы не потерять в добавок ещё кого-нибудь. В лагерь на ночёвку возвращались в мрачном расположении духа. Ещё бы, три человека пропало. Это же ЧП областного масштаба! Если не найдут, то полетят головы с плеч начальства, никому мало не покажется.</p><empty-line/><p>Доложили по радио, куда следует, нам обещали помощь только через два дня, до тех пор было велено приостановить геологоразведку и вести поиски пропавших. До ближайшей цивилизации километров двести, а тут даже вертолёту негде было сесть. Нужно было подготовить площадку, а это как минимум полдня. Это нам всё рассказал начальник экспедиции. Бледный он весь был, лица на нём не было.</p><p>До рассвета так никто толком и не уснул. Даже часовых выставлять не пришлось. Утром проводник, особист и я отправились к ручью за водой, по одному уже не перемещались. Николай и спецслужбист шли впереди, я топал с флягами, чуть приотстав и сонно позёвывая. Еле ноги передвигал, сказывалось ночное напряжение и то, что толком не отдохнул.</p><p>Как я заметил мимолетное движение в таком состоянии, ума не приложу. Но углядел, как чёрная тень метнулась к особисту и занесла какую-то палку для удара. Крикнул, предупреждая своего. Тот оказался парнем с великолепной реакцией, увесистая дубина только ободрала ему кожу на щеке. Ответ же нападающему был моментальным: грохнули один за другим три выстрела, и тёмная косматая туша опрокинулась навзничь, орошая кровью траву под собой. Начальник застыл столбом, а я подскочил к убитому нападавшему и тоже примёрз к месту. — Ты видел картинки с изображениями неандертальцев или ещё более ранних их предков? Вот что-то подобное увидел и я, только ещё более уродливое, грязное и сплошь заросшее шерстью, схожее скорее с гориллой, чем с человеком. Да только откуда в Сибири гориллы, нападающие на людей с дубинами? Огромные глаза с хищными вертикальными зрачками красного цвета. Вздёрнутый короткий нос, выдающиеся вперёд челюсти с жёлтыми треугольными клыками. Брр — до сих вспоминаю с содроганием.</p><empty-line/><p>Пока мы разглядывали тело нападавшего, к нам из лагеря уже бежали на звуки стрельбы на помощь. В это время, готов поклясться, что видел в чаще ещё несколько чёрных теней. Уверен, что это были соплеменники этого монстра, не поворачивается у меня язык назвать его человеком. Хотя разумом они обладали, раз сообразили, что при таком раскладе на вооружённых геологов лезть чревато.</p><p>Возникла бурная дискуссия, что это вообще такое. Спорили старшие, а мы, шестеро студентов, без сил уселись кучкой в сторонке. Николай, заявивший нам, что это злые духи, а не люди, бормотал на своём языке что-то неразборчивое, наверное, защитную молитву. С ним никто не спорил, хотя меня так и подмывало спросить, что же это за дух, которого можно сразить пулями. Оставив поверженного врага, все вернулись в лагерь и доложили в оперативный штаб о новых обстоятельствах.</p><p>В обновлённых инструкциях нам приказали полностью прекратить поиски, расчистить две площадки для вертолётов и ждать прибытия помощи, из лагеря ни на шаг даже с оружием не отходить. На начальника отряда смотреть было жалко, думал, инфаркт его хватит. Он совсем поник. Бодрость духа и спокойствие сохраняли только особисты. Они и взяли на себя управление лагерем и организацию подготовки площадок, следили, чтобы никто не покидал охраняемый периметр.</p><empty-line/><p>Прошли бесконечные сутки и, наконец, прилетели два вертолёта с военными. Они пошушукались с особистами и отправились к ручью, забрать тело монстра. Через пятнадцать минут вернулись злые и хмурые. Без трупа чудовища. Из обрывков фраз я понял, что тело кто-то уволок вглубь чащи. Наша особисты получили устный втык, что не притащили монстра в лагерь, на что те возражали, что их дело было обеспечивать безопасность людей, и так троих потеряли.</p><p>В общем нас, всю экспедицию, погрузили в вертолёт, за исключением проводника и наших спецслужбистов, и повезли к цивилизации. Забрали с собой только приборы и мелочёвку. Палатки и провизию оставили военным, они должны были продолжить поиски.</p><p>Я многие годы старался добыть информацию о пропавших, но девушки и студент были не из нашего института, да и никто не хотел рассказывать о засекреченном деле какому-то студенту. Меня же распирало любопытство узнать, кто это вообще был. Я строил самые разные версии: и пещерные люди, каким-то чудом дожившие до наших времён, и те мутировавшие пропавшие из состава послевоенных золотоискателей, и беглые преступники, потерявшие человеческий образ под воздействием неизвестной болезни. Фантазия у меня была богатая.</p><p>А потом пошла-закрутилась жизнь: работа, семья. Как-то и позабылось, но парочка странных случаев снова заставила вспомнить ту злополучную экспедицию. Чую я, что тогда, в тайге близ заброшенной деревни, без мистики не обошлось. Чего в нашем мире только не бывает, и может встретиться что угодно. Но надеюсь, я свою порцию необычного уже получил полностью…</p></section><section><title><p>Случай в лесу</p></title><p>Я никогда не понимала этого всеобщего помешательства на "дарах леса". Каждую осень, будто по команде, люди хватают корзинки и устремляются в чащу на поиски грибов. А для меня лес всегда был источником беспокойства и дискомфорта. Может быть, всё началось в детстве, когда меня прямо в веко укусил комар, и я целую неделю проходила "одноглазой". С тех пор от вида летающих и ползающих насекомых по коже бегут мурашки.</p><p>Поэтому когда в пятницу вечером раздался звонок от моей подруги Марины, я даже не сразу поняла, что она имеет в виду.</p><p>— Люся, солнышко! Ты же завтра свободна? — её голос звучал необычно взволнованно.</p><p>— Ну, в принципе да… — протянула я настороженно, чувствуя подвох.</p><p>— Отлично! Слушай, тут такое дело… Мы завтра едем за грибами, место просто потрясающее! А после — пикник на природе. Поехали с нами?</p><p>Я удивлённо приподняла брови, хотя Марина и не могла этого видеть.</p><p>— Марин, ты что, забыла? Я же не…</p><p>— Да-да, знаю, ты не любишь лес, — перебила она меня, — но послушай! Это действительно важно для меня. Понимаешь, Денис пригласил…</p><empty-line/><p>А, вот оно что. Денис — её новый парень, с которым она встречается уже месяца три. Я видела его мельком пару раз — высокий, холёный, с какой-то отрепетированной улыбкой и дорогими часами на запястье.</p><p>— И что Денис? — спросила я, хотя уже догадывалась, к чему идёт разговор.</p><p>— Ну, там будет его компания… Я никого не знаю, и мне как-то не по себе. Пожалуйста, Люсь! Ты же моя лучшая подруга!</p><p>Я тяжело вздохнула. Марина прекрасно знала, что этот аргумент всегда действует на меня безотказно.</p><p>— Во сколько выезжаем? — обречённо спросила я.</p><p>— В восемь утра! Денис заедет за нами, сначала за тобой, потом за мной. Люсенька, ты чудо!</p><p>— Да-да, я знаю, — проворчала я, — только учти — если меня что-нибудь укусит…</p><p>— Обещаю, никаких укусов! У меня есть супер-средство от насекомых! И ты будешь держаться тропинки, как примерная девочка. Я же знаю, что ты у нас осторожная.</p><empty-line/><p>На следующее утро, ровно в семь, под окнами раздался гудок автомобиля. Я поправила рюкзачок с мелочёвкой и спустилась вниз. У подъезда стоял чёрный внедорожник, настолько чистый, будто его только что выкатили из автосалона. Денис сидел за рулём, рядом с ним устроился какой-то парень, а на заднем сиденье уже расположились две девушки.</p><p>— Привет, Люся! — Денис улыбнулся той самой отрепетированной улыбкой. — Запрыгивай назад, сейчас за Мариной заедем.</p><p>Я молча забралась назад — сидевшая с краю девушка передвинулась на среднее сиденье. Они даже не представились, только окинули меня оценивающими взглядами, от которых стало не по себе. Обе были одеты явно не для леса — дизайнерские спортивные костюмы, идеальный макияж, маникюр…</p><p>— А что, правда, там много грибов? — спросила я, пытаясь завязать разговор.</p><p>— О да, — отозвалась девушка справа от меня, — папа Дениса показал нам это место в прошлом году. Там такие белые грибы! Просто сказка!</p><p>— Главное — места знать, — добавил парень спереди, и все, кроме меня, засмеялись, словно это была какая-то их личная шутка.</p><p>Когда мы подъехали к дому Марины, я была уже абсолютно уверена, что эта поездка — ужасная идея. Но отступать было поздно.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>До леса мы добирались около часа. Всю дорогу компания обсуждала какие-то светские мероприятия, называя имена, которые мне ничего не говорили. Марина, занимавшая, на мой взгляд, унизительное место в третьем ряду, пыталась поддерживать разговор, то и дело неестественно посмеиваясь. Я же молча смотрела в окно, наблюдая, как городские пейзажи сменяются пригородными, а потом и лесистой местностью.</p><p>— Приехали! — объявил Денис, сворачивая на просёлочную дорогу. — Здесь оставим машину и дальше пешком. Недалеко, метров триста до самого грибного места.</p><p>Выйдя из машины, я поёжилась от утренней прохлады. Лес встретил нас лёгким туманом, стелющимся между деревьями, и влажным воздухом, напоенным запахом прелой листвы и грибов. Где-то вдалеке стучал дятел, а в кронах деревьев перекликались птицы.</p><p>— Боже, какая сырость! — поморщилась одна из девушек, которая, как я уже выяснила, носила имя Вика. — Кроссовки жаль.</p><p>— Да ладно тебе, Вик, — отозвался парень, представившийся Максимом, — зато представь, сколько фоток для Инсты сделаем. Любители тихой охоты и всё такое.</p><p>Они снова рассмеялись, а я почувствовала, как меня начинает мутить от их наигранности.</p><p>— Люсь, — Марина взяла меня под руку, — ты как, нормально? Может, пойдём вместе?</p><p>— Да я лучше по тропинке, — ответила я, высвобождая руку. — Ты же знаешь.</p><p>— Ой, да брось ты свои страхи! — вмешалась вторая девушка, Алина. — И вообще все насекомые уже попрятались.</p><p>— Точно-точно, — поддакнула Марина, и я с удивлением заметила, как она старается копировать интонации Алины. — Пойдём с нами, будет весело!</p><empty-line/><p>Но я только покачала головой и крепче сжала свою корзинку, которую предусмотрительно прихватила для меня Марина. Компания разделилась — Денис с Максимом пошли в одну сторону, девушки с Мариной — в другую, а я осталась на довольно широкой тропинке, ведущей вглубь леса.</p><p>Как ни странно, но грибы действительно попадались часто. Буквально через полчаса на дне даже моей корзинки уже лежало несколько крепких подберёзовиков и один красноголовик, которые обнаружились практически у меня под ногами на тропинке. Время от времени доносились восторженные крики из глубины леса:</p><p>"Ребята, смотрите, какой красавец!"</p><p>"Денис, тут целое семейство белых!"</p><p>"Вика, иди сюда, тут фотогеничный мухомор!"</p><empty-line/><p>Я медленно продвигалась по тропинке, стараясь не обращать внимания на развевающуюся на ветвях паутину и шорохи в кустах. Лес вокруг становился всё гуще, кроны деревьев смыкались над головой, создавая зелёный полумрак. Временами мне казалось, что я слышу какие-то странные звуки — не похожие ни на птичьи крики, ни на шелест листвы, но я убеждала себя, что это всего лишь игра воображения.</p><p>Через пару часов сборы грибов начали подходить к концу. Компания снова собралась на тропинке, все демонстрировали друг другу свои находки. У каждого корзина была почти полной, и действительно — грибы как на подбор, один к одному.</p><p>— Смотрите, какие красавцы! — хвастался Максим, показывая внушительную коллекцию белых грибов.</p><p>— А у меня ещё лучше! — улыбался Денис, поглаживая Марину по плечу. — Что скажешь, детка?</p><p>— Потрясающе! — восхищалась Марина, хотя я видела, что в корзине Дениса грибов было меньше, и они были не такими эффектными.</p><p>— Ладно, хватит хвастаться, — заявила Вика. — Пора перекусить. Макс, ты говорил, там впереди есть хорошая полянка?</p><p>— Да, метров двести по тропинке. Там…</p><empty-line/><p>И тут он замолчал на полуслове. Я подняла глаза и увидела, что на тропинке перед нами стоит пожилая женщина. Она появилась так неожиданно и беззвучно, словно выросла из-под земли.</p><p>Женщина выглядела так, будто сошла со страниц старой книги сказок. Длинная тёмная юбка, выцветшая кофта, платок, надвинутый на лоб — всё это казалось каким-то нереальным в окружении нашей компании в модных спортивных костюмах. В руках она держала почти пустую корзинку, где сиротливо лежала пара невзрачных сыроежек.</p><p>— Здравствуйте, добрые люди, — голос у неё был негромкий, но какой-то… глубокий, что ли. — Не поможете старой женщине? Заплутала я в лесу, грибочки от меня прячутся, а мне так нужно набрать…</p><p>Вика фыркнула, даже не пытаясь скрыть презрение:</p><p>— Ой, только не говорите, что вы правда заблудились! Тут до дороги рукой подать.</p><p>— Да-да, — подхватила Алина, — и грибов тут полно. Просто искать надо уметь.</p><p>— Милые мои, — женщина шагнула ближе, — я же вижу, у вас корзиночки полные. Поделитесь немножко? И до проезжей дороги не проводите?..</p><p>— Слышь, бабуля, — Максим выступил вперёд, — ты что, серьёзно думаешь, что мы будем с тобой грибами делиться? Мы их сами собирали!</p><p>— Во-во, — поддержал Денис. — Нечего тут побираться. Каждый сам за себя.</p><empty-line/><p>Марина нервно хихикнула, прижимаясь к своему парню. А я… я не могла оторвать взгляд от глаз этой женщины. Они были тёмными, глубокими, как лесные озёра, и казалось, что в них отражается что-то древнее и жуткое.</p><p>— Значит, не поможете? — спросила она тихо, и вдруг её взгляд остановился на мне.</p><p>Наши глаза встретились, и мир вокруг начал меняться. Всё затянуло туманом, а когда он рассеялся… О боже. Лес ожил, но это были не белочки-зайчики и не лягушки с птичками… Из земли вырастали существа, сотканные из мха и веток, с глазами-шишками и когтями из сосновых игл. Они двигались невероятно быстро, набрасываясь на моих спутников.</p><p>— Нет! Пожалуйста! — кричала Вика, когда одно из существ настигло её.</p><p>— Помогите! — это был голос Максима, но он оборвался, заглушенный утробным урчанием лесного монстра.</p><p>— Марина! Мари… — зазвенел крик Дениса.</p><p>А я стояла, парализованная ужасом, и не могла ни пошевелиться, ни закричать, ни даже в обморок упасть. Только голова поворачивалась, следя за этой жуткой охотой. А потом всё снова окутал густой туман…</p><p>— …полянка просто супер! — голос Максима вернул меня в реальность. — Там ещё пеньки такие удобные…</p><empty-line/><p>Я моргнула. Мы всё ещё стояли на тропинке, все живые и невредимые. И вот она — та самая женщина, появляется перед нами, будто в первый раз.</p><p>— Здравствуйте, добрые люди…</p><p>Я не дала ей договорить. Рванулась вперёд, по пути выхватила корзинку из рук опешившего Дениса и в два шага оказалась рядом с женщиной.</p><p>— Вот, возьмите, — я торопливо пересыпала грибы в её корзинку. — И давайте я вас провожу. Тут недалеко, правда.</p><p>— Люся, ты что творишь?! — возмущённый крик Марины.</p><p>— Она что, совсем больная? — это Вика.</p><p>— Эй, это мои грибы! — Денис дёрнулся было следом, но я уже крепко подхватила женщину под руку и быстро потащила её прочь по тропинке.</p><p>Мы шли молча, и с каждым шагом мне становилось легче дышать. На опушке женщина остановилась и повернулась ко мне:</p><p>— Я в тебе не ошиблась, девочка. Доброе сердце.</p><empty-line/><p>Она двинулась вдоль кромки леса и вскоре растворилась в неизвестно откуда взявшемся тумане, будто её и не было. А я осталась стоять, глядя ей вслед и пытаясь осознать всё произошедшее.</p><p>Домой я добралась на попутке. Приятная улыбчивая пара не только довезла меня до города, но по дороге накормила бутербродами, напоила чаем из внушительного термоса и развлекала разговорами. А вечером мне позвонила Марина. Она кричала в трубку, что я её опозорила, что теперь Денис с ней не разговаривает, что его друзья считают её ненормальной — раз у неё такая подруга.</p><p>— Знаешь что, Марин, — спокойно ответила я, — если для тебя важнее мнение этих снобов, чем наша дружба — твоё право. Но я бы на твоём месте задумалась.</p><p>Я нажала отбой. Больше мы с ней не разговаривали.</p><subtitle>* * *</subtitle><p>Конечно, я никому не рассказывала о посетившем меня в лесу видении, но для себя выводы сделала. И, кстати, я полюбила собирать грибы. Удивительным образом теперь в любом лесу они как будто сами лезут ко мне в корзинку.</p></section></body>