…Постепенно я снова начинала жить — собирала травы, разговаривала, иногда даже улыбалась. Усыпляла лесным житьём и хлопотами по хозяйству неизбывное горе, а от редких потуг Гордеков добраться до меня, а, следовательно, и до мифического клада, отмахивалась, как от надоевших мух, не придавая им никакого значения. Так было ровно до тех пор, пока вломившийся в мою жизнь кривоплечий амэнский колдун не вырвал мою душу из оцепенения и не разрубил одним махом последние связывающие меня с лесным житьём узлы.
За минувшие сутки я вспомнила почти всю свою пока ещё недолгую жизнь. К старому и привычному у меня отныне возврата не было, а новое и неизведанное — на этот раз в виде крейговского военного лагеря — уже маячило за поворотом.
Сторожевые обнаружили своё присутствие, когда до лагеря осталось шагов сто, — трое ратников с гербом рода Бжестров преградили мне дорогу, появившись из густых кустов точно по команде. Но если двое, схватив вороного за охватывающую его шею верёвку, попытались выспросить, кто я такая, то третий, бывший, ко всему прочему, ещё и обладателем огненно-рыжей, сдобренной сединой шевелюры, вглядевшись в моё лицо, изумлённо выдохнул:
— Малявка, ты?!! То есть… Госпо…
— Дядюшка!!! — радостно завопила я и, скатившись с конской спины, повисла на шее у изумлённого Стембы, тут же прошептав ему на ухо: — Не выдавай!
— Родственница, что ли? — Старший в дозоре вопросительно взглянул на Стембу, а тот, огладив мои волосы, утвердительно кивнул.
— Племяшка моя двоюродная. Когда последний раз виделись — совсем ещё малявкой была с короткими косичками…
Старший подозрительно нахмурился:
— А откуда у твоей племянницы такой конь? Этому вороному разве что под князем ходить!
Стемба хмыкнул, собираясь уже ответить что-то ехидное, но я его опередила: высвободившись из объятий новоиспечённого дядюшки, поспешно произнесла:
— Коня я у амэнцев увела. Их отряд на кораблях по Лерии поднялся и аккурат в этом вот лесу засел.
Старший окинул меня ещё одним подозрительным взглядом, а Стемба сказал:
— Она не врёт, Радмин. Хоть я и не видел Эрку давно, всё равно хорошо помню и её норов, и смелость…
— Так-то оно так, но время людей меняет, — задумчиво протянул Радмин, по-прежнему внимательно разглядывая меня, а потом он, приняв решение, тряхнул головой:
— Отведи её к нашему главе. Пусть Бжестров решает!
— Хорошо… — Стемба, приняв самодельный повод из рук второго, так и оставшегося для меня безымянным, ратника, кивнул мне и направился в лагерь, а я украдкой вздохнула. Сбывались мои худшие предположения, и откровенного разговора со Ставгаром не миновать! С другой стороны — эта встреча была всё же к лучшему: уж кто-кто, а Бжестров не отмахнётся от моих слов, посчитав их лепетом испуганной селянки…
Когда же мы отошли на такое расстояние, при котором теперешние сослуживцы Стембы не могли нас слышать, я спросила старого знакомца, как давно тот стал под знамя Бжестров. Оказалось, что он служит ему уже несколько лет, перейдя в его войско от Родведов, чьи владения граничили с Лэндом. Коротко рассказав о своих приключениях, Стемба сразу же забросал меня кучей вопросов: как прабабка, как мать, как мне живётся?..
Но я так и не успела ему толком ответить, поскольку ещё через миг столкнулась ещё с одним знакомцем. Вышедшего из палатки Владетеля Славрада я в первые мгновения не признала. Он, одевающийся в мирное время с неумеренной и яркой пышностью, теперь, в военном лагере, был одет строго и просто, а нагрудник и наручи хоть и были сделаны из дорогой стали, не имели на себе ни узоров, ни украшений. Лишь вычеканенный на нагруднике хорёк, символ рода, нёс на своей шерсти следы серебра…
А вот Славрад узнал меня сразу и, заступив дорогу, насмешливо произнёс:
— Кого я вижу! Лесная отшельница решила наконец-то сменить гнев на милость и утешить несчастного в его скорбях?.. Или на самом деле тебя влекут лишь кровь и звон мечей?
— Не смей… — мгновенно подобравшийся, словно дикий кот, Стемба уже было шагнул вперёд, но я остановила его рукою, а Славрад, одарив меня ехидным взглядом, продолжил:
— Или ты хочешь проверить, крепко ли держится твоё чародейство? Не сомневайся — крепко, жестокая… Будь я на месте своего друга — уже бы научил тебя смирению…
Заслышав такое, Стемба зло выдохнул сквозь зубы, а его рука потянулась к мечу. Вот только этого мне ещё не хватало! Я, вскинув голову, посмотрела в глаза Славраду:
— Ты так хочешь поговорить о сердечных делах, Владетель? Даже теперь — когда амэнцы встали прямо у тебя за спиной?!
Едва Славрад заслышал об амэнцах, как его худое лицо словно бы потемнело, а взгляд стал серьёзен:
— Ты их видела, ворожейка? Близко?
— Так же, как тебя!.. Мне удалось сбежать, но и они медлить не будут!
— Чтоб Седобородый им дороги запутал! — зло ругнулся Славрад, а потом наконец-то взглянул на Стембу:
— Отведи её к своему главе, ратник, да передай ему, что я вскорости подойду вместе с Кридичем и Имрином. Такие новости не должны пройти мимо них!
