Снова Кавказ, теперь уже по контракту, за хорошие, по курским меркам – деньги… Сорок шестая ОБРОН, три года, от звонка до звонка. Служил в Урус‑Мартане, ходил на боевые, затем в комендатуре два года просидел. Если первый год, было интересно, то последние два – сидели в части почти не вылезая, встречая высокие комиссии из Москвы и Ростова. Местные силовики, милиция и так называемый Антитеррористический Центр имени Ахмадова крепко держали ситуацию в руках и все меньше нуждались в "федеральных" войсках на своей территории. Участились стычки с местными, доходило до перестрелок.
Потом, жахнуло в Москве и понеслось. Джигиты – словно озверели, каждый день нападая на наши колонны. Вскоре‑ все завертелось в каком то кровавом хороводе[180]. Их, отдельный батальон оперативного назначения – едва не вырезали под чистую, когда "царь зверей" Заур Ахмадов поднял вверх зеленое знамя мятежа.
Здесь Руслану – повезло. Ротный, капитан Пискунов, несмотря на фамилию, был мужик матерый и горцам не верил никогда. В отличии от комбата, подполковника Ганина. Тот, с местными бородачами, чуть ли не в десна целовался, придурок слабоумный. Его первым на фарш и пустили, вместе с начштаба, майором Пузановым, таким же, вечно поддатым "отцом‑командиром". Обезглавив батальон, абреки подтянули минометы и стали методично нас долбить. Среди солдат – было много их контрактников из соседних, кавказских республик, которые "умирать за русню"‑ не торопились.
Из всей роты в восемьдесят пять человек, к станице Ассиновской, в соседней Ингушетии пробилось семнадцать, включая Левченко, где соединились со сводным полком МВД, там же под Ассиновской – Руслана контузило. Бронированный "Урал" налетел на фугас, замаскированный под дорожный отбойник. Кто же знал, что жизнь после этого, развернется на сто восемьдесят градусов.
В ростовском госпитале, Руслан столкнулся со своим земляком, Юрой Евсеевым, учившимся в школе на год старше.?
Теперь Юра Евсеев – большой человек. Глава районной администрации и даже – кандидат в губернаторы области. Возмужал, заматерел, отъелся, обзавелся короткой стрижкой и модными ботинками. Прибыл в Ростов – поддержать раненных земляков и сделать себе имя перед предстоящими выборами.
Евсеев, сразу узнал Руслана… Пожал руку, предложил работу. В муниципальном ОВД. Не рядовым милиционером, естественно. Начальником патрульной службы.
Через полгода, Евсеев, был назначен на должность вице‑губернатора области а Левченко перешел в региональный департамент полиции. Там он и познакомился с самим Сальниковым. Целым министром внутренних дел Руси и "особой, приближенной к …."
Министру, его представил Евсеев, описав его в самых радужных тонах.
Сальников, крепко пожал ему руку и спросил.
– Нет желания перебраться в столицу, Левченко?
Руслан покосился на Евсеева. Тот ухмыльнулся и хлопнул его по плечу.
– Давай Рус, делай карьеру. Судьба дает тебе второй шанс…
Вот так Руслан и отказался в одном из самых засекреченных подразделений МВД‑ Специальном Оперативном Центре, известном так же как "База Љ200" или "Сольпуга". Особенностью центра – помимо дислокации его за границей в афганском городе Мазари‑ Шариф, были и задачи. Перехват конвоев с наркотиками, разведка, выявление и уничтожение подпольных лабораторий с наркотиками и главное‑ликвидация главарей синдикатов. Любыми способами. Наркотики на Руси – наряду с терроризмом и педофилией, были объявлены вне закона. Со всеми вытекающими последствиями для "злодеев". Руководству страны и МВД, было понятно, что тактика поимки мелких наркодилеров и систематическое перекрытие ответвлений глобального трафика афганского героина – ситуации не улучшает. А скорее наоборот. Тогда решили действовать с размахом и зачистить всю цепочку распространителей и клиентов "хмурого". От потребителей – которых принудительно лечили до звена распространитель‑ перевозчик‑производитель. Причем последних, было решено – устранять физически. По возможности – показательно и жестоко. Что‑ бы каждый бабай, торгующий зельем знал‑ что килограмм героина, ушедший на север, может вернутся килограммом тротила в собственной немытой заднице. Все это великолепие, "База Љ200" официально называлась – "Русская гуманитарная миссия в Афганистане"
Помимо передовой базы для обеспечения действий разведки и спецназа, была развернута программа работы с племенными вождями на севере Афганистана. Таджиками, узбеками и туркменами. Американцы, сокрушив "Талибан" руками Северного Альянса, быстро забросили своих союзников, переключившись на поддержку пуштунов. Основных производителей героина и по совместительству этнического большинства Афганистана, составляющего государственную элиту. Меньшинствам, понятное дело, такой подход, понравится не мог. Чем решили воспользоваться в Москве. Глупо было упускать такой шанс в борьбе с потоками наркотиков, хлещущих через прозрачную границу. Следовало работать на упреждение.
