— Ты думал о том, что будет с тобой, если ты действительно меня любишь так, как говоришь?
— Думал. Я заслуживаю.
— Я тоже, по-твоему, заслуживаю? Я тебя люблю, идиот, и буду проживать всё, то же, что и ты.
Ответа не последовало.
— Открой мне дверь. Я чувствую как тебе плохо.
— Ты всё сломал. Я так боялась каких-то людей, конкурентов, психов из отеля, а сломал всё ты. Именно в тот момент, когда всё было идеально. А может, всё не было идеально, а ты забыл мне сказать?
Снова последовала длительная тишина.
— Ты мне нужна. Я не справляюсь.
— Поэтому просишь уехать? — Она покачала головой, когда он вновь не ответил. — Я хочу сказать тебе спасибо, за то, что избавил меня от сомнений. Теперь я уверена, что у меня нет стокгольмского синдрома или ещё каких-то отклонений. Потому что сейчас я не на твоей стороне, не пытаюсь найти тебе оправданий, хотя, зная твоё положение, все проблемы, да ещё и чужих людей в твоём доме, с лёгкостью оправдала бы тебя. Но нет, ты самый настоящий придурок, а я слишком долго поднимала с нуля свою самооценку, чтобы принимать это на свой счёт.
— Как мне всё исправить?
— Не знаю, Альваро, не знаю. — Лидия подползла к двери, сил подняться на ноги не было, и она не пыталась. Открыв замок, девушка подвинулась к ванне и облокотилась на неё спиной.
Как только Альваро зашёл, из её глаз покатились слёзы. Он опустился рядом и притянул в объятия, Лидия не сопротивлялась, но она совсем не чувствовала себя в безопасности, как прежде.
Наклонив голову, она вытерла слёзы со щеки, а когда вновь поднимала, её взгляд зацепился за едва заметную деталь.
— Что это? — девушка подняла руку и, боясь прикоснуться, отодвинула ворот рубашки. Под черной тканью просвечивалась белая.
На его плечо была наложена повязка. Лидия, шмыгнув носом, села напротив и трясущимися руками расстегнула, а может, оторвала несколько пуговиц.
— Альваро, что это? — Мужчина молчал, направив взгляд на бардак из шампуней и полотенец. Затем поджал губы и перевел на неё виноватый взгляд.
Лидия осела на пол, опустив голову и выдохнув всё, что было в лёгких.
— Так ты меня от этого спасаешь, придурок. — Она подняла на него взгляд. — Ты так и просидишь молча? Разве тебе сказать нечего?
— Что ты хочешь услышать?
— Не важно, что я хочу услышать. Но, может, я хоть что-то пойму и мы всё исправим.
— Ты не должна ничего исправлять.
— А ты один не знаешь, как это сделать.
В течение последующих минут он так и не начал говорить. Сидел на кафельном полу, с опущенным взглядом, словно находился в ванной один.
— Ты так и не научился мне доверять. — Лидия поднялась с пола и отправилась в гардеробную. Сменив футболку и штаны на точно такие же, но чистые, она забралась под одеяло и отвернулась к стене. Прошло достаточно много времени до того, как Альваро вышел из ванной и лёг рядом.
— Ты не уволишь Чиро.
— Я уже это сделал.
— Нет, ты не можешь, он делал то, что я заставила.
— Это не важно. Мой работник не может действовать против меня.
— Он и не действовал против. Если бы он не увез меня из дома, ты бы весь день отскребал со скалы мой труп.
— Лида, эта тема закрыта.
— Я буду винить в этом себя. Как мне смотреть другим парням в лицо? Я строила с ними доверительные отношения всё это время. И когда они, наконец, восприняли меня как человека, я это сломала.
— Я предупреждал тебя, держи дистанцию.
Ей в эту ночь не спалось, а Альваро почти сразу уснул. Как только его дыхание стало размеренным и глубоким, девушка повернулась на другой бок и долго рассматривала его. Лицо мужчины, даже освещаемое ядовито-жёлтой лампой, казалось непривычно белым, ещё ярче оттеняя черные брови и ресницы.
Лидия поняла, что уже видела его таким. Ведь недавно он был тяжело ранен, тогда его кожа и вовсе была мраморно-белой, но в то время его жизнь не волновала её так сильно. Теперь, спустя несколько месяцев, которые казались ей несколькими насыщенными годами, она вслушивались в его дыхание, забывая дышать сама.
Мужчина каждые несколько минут вздрагивал, иногда чуть слышно постанывал, и беспомощно двигал губами как рыба на суше.
Когда Альваро в очередной раз дернулся, а затем все его мышцы медленно расслабились, оседая на постели, девушка неуверенно протянула руку. Она едва коснулась его щеки костяшками пальцев, ощутив мертвецкий холод.
— Твою мать! — шепотом выругалась она, поднялась с постели и побрела в ванную, хлюпая босыми ногами по полу. Девушка минут пять провела стоя перед зеркалом, но в отражении видела только тревожные мысли. Снова что-то произошло, и она пыталась понять, как часто в его жизни случаются такие инциденты. Может, это обыденность?
Она кинула взгляд на бардак на полу, и заметила, что Альваро поднял некоторые вещи и вернул на места. Но только некоторые. Девушка сразу поняла, что ему было больно убрать всё. Она, злясь на себя ещё сильнее, чем на него, привела ванную в порядок.
Его тихие стоны были слышны сквозь закрытую дверь, тогда Лидия взяла с тумбочки телефон и побрела по коридору.
