Тайко встретил его на улице. Он был сильно взволнован. Увидев Аарона, подбежал к нему, торопливо подал руку и, не говоря ни слова и не отпуская руки, повел внутрь лаборатории. Ар сразу понял, что здание, рядом с которым он приземлился, является лабораторией или чем-то в этом роде. Неказистый одноэтажный белый параллелепипед с напрочь затонированными окнами. Такой отталкивающий экстерьер мог служить только одной цели: сокрытия происходящего внутри от любопытных глаз. В прошлый раз операция проходила в другом здании.
Только когда они оказались внутри, Тайко заговорил:
– Очень хорошо, что вы приходить. Я очень надеялся на это. Как только он прийти ко мне и рассказать. Я сразу подумать о вас. Я не знаю, как у вас сложилось с этим мошенником, но раз вы здесь… я хотеть отомстить этому человеку. Очень сильно хотеть… – все это было сказано буквально на одном выдохе. Ар мог только догадываться, что такого он (по-видимому, Гарольд) мог рассказать и за что Тайко хотел ему отомстить.
Тайко как раз делал глубокий вдох, чтобы продолжить тараторить в том же духе, но Аарон успел прервать его жестом ладони.
– Стоп! Стоп, стоп, Тайко. Успокойтесь. Проведите меня куда-то, где можно сесть. Полет меня сильно утомил. Там и поговорим.
– Ах, ну что же я?! – спохватился японец. Он все еще не выпускал руки Ара и повел его по коридору в маленькую комнатку. Там стояли стол и несколько удобных кресел-мешков из прозрачного материала, наполненного жидкостью. – Присядь здесь. Эти кресла отлично расслаблять.
Когда они сели, Тайко продолжил :
– Понимать меня, он обмануть меня. Он думать, я дурак. Наверное, многие так думать из-за моей речи. Но у меня просто нет способности к языкам. Я как не пытаться, ничего не получаться. – Ар невольно улыбнулся от последней фразы. Но Тайко ничего не замечал. Ему нужно было выговориться. – Но я не дура совсем. Если бы вы говорить на японском, вы смогли бы это оценить. – Ар понимающе кивнул. Больше для того, чтобы Тайко успокоился и поскорее перешел к делу. – Но в последнее время мне приходится говорить на этом отвратительном уакающем шепелявом языке. Простить меня.
– Тайко, вы хотели рассказать мне что-то о Гарольде, – напомнил Аарон.
– Ну да! Я же и говорить. Обмануть он меня! Очень крепко обмануть! Он мне обещать знаете что?
– Вы имеете в виду за замену тела?
– Да! За замену. Он обещать все патенты и стартовый капитал. А что я получить, знаете?
– Как минимум эту лабораторию, – не сдержался Ар. Его начинала утомлять эта болтовня.
– Да, лабораторию! И разрешение заниматься чем угодно, кроме развития технологии экспорта сознания! Но это правильно разве, спросить я вас? Я больше ничего не изучать и ни во что не углубляться. За все время я не придумать ничего нового. А патент на мое великое изобретение до сих пор у него. Но ничего. Теперь отомстить, – на этой фразе Тайко задумался и замолчал.
– Скажите, что он такого вам рассказал? – прервал паузу Аарон.
– Он заболеть. Сильно заболеть. Врачи прочат ему длительное лечение. А он не хочет.
– То есть он снова пришел к вам? – наконец, что-то стало проясняться. – А чем же он заболел? Это ведь мое тело. И я был абсолютно здоров.
– Что-то с ногами. Врачи сказать что-то наследственное. Ну как у того парня, которого Гарольд усыновить. Жаль, что парень уехать. Мне нравится говорить с ним.
Тут Аарона словно обухом по голове ударило. В одной короткой фразе было столько всего важного для него. Во-первых, у него, судя по всему, было то же заболевание, что и у Ная. Просто оно не проявилось у Ара так рано, как у сына. Во-вторых, Най уехал. И это взволновало его больше всего.
– Куда?! Куда уехал мальчик? Его звали Най? С ним все нормально?
– Надеюсь, что да. Они поссорились крепко. А вы что знать Ная? – на лице японца читалось неподдельное удивление.
– Знаю ли я его? Конечно, я его знаю! – Ар даже встал со своего кресла. – Это мой сын!
Видно было, что новость поразила Тайко. Он тоже встал.
– Так ведь тогда все понимать я, – зашептал он. – Они поэтому и поссориться. Говорили, что мальчик кричать: «Ты не мой папа! Ты не можешь быть им». Никто не понять тогда это, как это говорить, буквально. Я слышать, он переехал на какую-то другую усадьбу Рокуела. Гарольд не хотеть его больше видеть после той ссоры.
После этих слов ноги у Аарона подкосились. Он осел обратно в свое водяное кресло. Слезы потекли по его щекам, и, чтобы скрыть их, он закрыл лицо руками. Даже Тайко понял, что нужно дать ему опомниться, и терпеливо молчал. Итак, Най каким-то образом открыл обман. Теперь мальчик находится непонятно где и под чьим присмотром. А этот негодяй даже не потрудился рассказать ему, где его настоящий отец. Теперь Аарон уже не чувствовал ни капли обязательств перед старым мошенником. Спустя минуту он поднял голову. Его голубые глаза – единственное, что не съела старость, излучали ненависть и уверенность.
– Тайко, – сказал он изменившимся голосом – вы сказали мне, что мы должны спешить. Давайте перейдем к делу.
