Джо не спускал глаз с Линды. Зеленые листья сплелись в венок вокруг ее талии. Она отвела их в сторону и скользнула вниз, в воду. Она смотрела на Джо, но о любви не думала. Лицом к лицу следовали они за слабым потоком, и казалось, что движутся они по воздуху.
Она сказала:
– Если ты голоден и хочешь гамбургер или что-нибудь еще, то мы, пожалуй, еще успеем в ресторан, прежде чем его закроют.
– Я не голоден, – ответил Джо. – Мне хорошо.
Вода в Силвер-Спринге была такой же чистой, как в Майами. Быть может, еще чище!
Кэтрин Фрей шла теперь очень тихо и уже не кричала. Живот больше не болел. Ни одна мысль не подгоняла ее. Последний речной пароходик, подождав, отплыл в Силвер-Спринг, громкоговоритель отключили, и вскоре должны уже запереть калитки. Она продолжала идти.
Несколько серых обезьян, сгрудившихся в кучу, сидели на деревьях, они походили на Томпсона в его серой меховой шапке. Да и весь лес был серым и каким-то нереальным, с теми же самыми зарослями низеньких деревцев и лужами воды и с той же набухшей землей, по которой она шла все дальше. Она думала только о том, чтобы не разболелся живот; больше ее ничего не заботило… Это было все равно что заснуть и отрешиться от всего и уходить все дальше и дальше в спокойную и равнодушную пустоту.
Мисс Фрей не была уже сама собой, она шагнула за фактические пределы своей усталости. Возможно, ее манило смутное представление об очень древних слонах, что уходят в себя, только бы их оставили в покое… Это вполне можно себе представить. Потом уже мисс Фрей подумала, что заблудилась, но даже и тогда еще могла она втайне дать себе волю удивляться и волю к праздной мечте, имевшей много общего с красотой пустоты и уничтожения.
Из-за того что мисс Фрей, как и большинство людей, делала правой ногой шаги чуть длиннее, нежели левой, двигалась она по кругу, который мало-помалу привел ее обратно в Силвер-Спринг.
Перед самым заходом солнца остановилась она у узкого водоема, едва ли большего, чем аквариум для рыб и лягушек. В неописуемой неподвижности струился он мимо под сводом из широкого блестящего листа железа, и теперь, будто неоспоримая часть водного пути, явились скользящие вместе с потоком два пловца.
Это длилось недолго. Они не подняли даже плечи над водой. Кожа Джо обрела бурый цвет родника, а Линда была бела, как песок; волосы же ее выплывали в поток, будто широкая, четко обрисованная тень. С их исчезновением изменилась и пустота леса.
Фрей натужно заплакала; сев на песок, она вытащила из сумки носовой платочек. Она увидела, что время позднее. День подошел к концу, и Юхансон, разумеется, давным-давно уехал. Им предстояла долгая поездка.
Мисс Фрей привела в порядок свою сумку, положила счета за развлечения нынешнего дня в особое отделение, брошюры – в другое. Она сунула мелкие деньги в кошелек, а мокрый носовой платочек в карман, чтобы не замочить письмо Джо. Наконец, напудрив нос, она поднялась, чтобы пойти обратно, но некоторое время неподвижно стояла, не имея ни малейшего представления о том, куда, в какую сторону направиться.
Как раз тогда на восходе солнца собрались на крупное состязание стрелки из лука. Приз каждый день был одним и тем же – памятная медаль с барельефом, изображающим вождя индейцев Тахатламоссе, того, кто в своей дикости отчаянно защищал Силвер-Спринг вплоть до самого горького своего конца. Его восковая фигура сейчас находится в точной копии той темницы, где он умер от горя.
Когда мисс Фрей глянула в небо, она увидела стрелу, летящую ввысь и описывающую крутую дугу, озаренную ярким светом восходящего солнца. Стрела несла на себе красные и белые перья. Длительный миг отдыха… и стрела, прежде чем стремительно упасть прямо в джунгли, показалась ей неподвижной.
Мисс Фрей сунула сумку под мышку и по прямой линии зашагала к Силвер-Спрингу. Очень скоро она увидела Пибоди, обхватившую руками дерево. Фрей подошла к ней и спросила:
– Ха, ты видела Томпсона? Нам пора уже обратно – время позднее.
Пибоди только покачала головой, но, так ничего и не ответив, не сдвинулась с места.
– Успокойся! – сказала Фрей. – Мне нужно переговорить с дирекцией и заставить отыскать Томпсона как можно скорее, иначе мы вернемся домой среди ночи.
– Во всем виновата ты, – прошептала Пибоди, – ты не подождала, ушла, а я потеряла вас из виду во мшанике. – Повысив голос, она пожаловалась: – Я видела, когда это случилось, он умер и упал вниз, в воду!
– Успокойся сама и оставь дерево в покое. О чем ты болтаешь!
– Он упал в воду! – закричала Пибоди. – Я видела, как он проплывал мимо, он был большой и длинный.
– Томпсон? Ты говоришь о Томпсоне?
– Нет! Я говорю о нем! Он упал в воду, он больше ничего не мог сделать и просто исчез.
– Послушай меня, – сказала перепуганная Фрей. Обняв Пибоди за плечи, она заботливо спросила: – Что ты видела? Подумай! Ты видела стрелу, которая упала в воду? Они стреляли из лука в Силвер-Спринге; ты видела стрелу? Не дурачься! Ты понимаешь, что говоришь?
