И именно тогда он познакомился с Биллом Бэлкманом. Его компания была больше, чем у Джей-Джея; они возводили десять полноценных дорогих домов в год, но еще и несколько стандартных домиков средней цены и дешевых – для студентов в Темпе.
Контора Бэлкмана располагалась в его собственном новехоньком оштукатуренном доме, построенном на земле старой фермы в Кэмелбэке: он купил ее «у старых крестьян» и разделил на сорок участков.
– Стандартные дома приносят больше всего прибыли, – сказал Бэлкман. – Я строю их задешево, а потом дорого продаю.
И он как раз искал нового бригадира на стандартные дома, потому что предыдущий внезапно уволился по причинам, в которые Бэлкман не вникал. Зато он с широкой улыбкой подробно выяснял, насколько хорошо подойдет для этой работы Александр.
Бэлкман много говорил, пожимал руку, смеялся. Он отнесся к Александру как к блудному сыну, вернувшемуся домой. Джей-Джей был намного более сдержанным. Бэлкман предлагал Александру возможность роста и хорошее жалованье. Когда Александр сказал ему, что у него нет опыта работы старшим рабочим, Бэлкман хлопнул его по спине и сказал:
– Ты вроде говорил, что служил в армии? Ну, значит, можешь делать всё.
– Да, если речь идет о том, чтобы стрелять в людей.
Бэлкману это понравилось. Ему было слегка за пятьдесят, у него были смешные висячие усы, отличный костюм и свободные манеры. Обойдя письменный стол в своем обшитом панелями, хорошо оборудованном кабинете, он еще раз пожал Александру руку.
– Думаю, мы сработаемся, отлично сработаемся. Давай-ка пройдемся. Я хочу тебя познакомить с моим сыном. Он другой мой бригадир. Думаю, вы с ним поладите.
Встав, чтобы выйти наружу, Александр посмотрел на дипломы в рамках и письма довольных заказчиков, висевшие на стене. Рядом с ними находилась большая цветная открытка с полуголой женщиной. Надпись на открытке гласила: «Привет Лас-Вегасу!»
Александр ничего не сказал и без выражения встретил взгляд Билла.
– Кстати, – сказал Бэлкман, – забыл спросить. Ты женат?
– Да.
Бэлкман снова хлопнул его по спине:
– Ну и ладно. Никто не совершенен. Но не беспокойся, мы на это не обратим внимания.
– Я не намерен не обращать на это внимания.
Строитель рассмеялся:
– Да я шучу! Увидишь. Мы здесь много шутим.
Они прошли четыре немощеных квартала к строительной площадке, где работал его сын. Бэлкман объяснял Александру, что быть бригадиром – значит быть архитектором, а заодно и немножко инженером, водопроводчиком, электриком, менеджером, командиром и психологом. Он улыбался.
– Как думаешь, справишься?
Александр не думал, что может быть очень хорошим руководителем. Может, этим следовало заняться Татьяне?
– Абсолютно, – ответил он.
– И мы здесь работаем усердно, Александр. Но и развлекаемся вовсю.
Александр согласился, что работа и отдых одинаково важны.
Стив Бэлкман выглядел удивительно чисто для человека, надзирающего за стройкой, – но он следил за работой из своего идеально отполированного автомобиля. Стив был молод и ухожен – идеально отполирован. Волосы аккуратно уложены, щеки недавно выбриты, от него пахло одеколоном, ногти с маникюром… Ну, по крайней мере ногти на левой руке, которой он неловко пожал руку Александру. Правая рука Стива была в гипсе от локтя до кончиков пальцев. Но в остальном он был симпатичным парнем, денди, милый и уверенный, улыбчивый. Такой же дружелюбный и открытый, как его отец.
– Рад познакомиться, – сказал Стив. – Будешь на нас работать?
– Пока не знаю.
– Что значит «не знаю»? Конечно будешь! – прогудел Бэлкман, еще раз от души хлопнув Александра по спине. – Никакого отказа! Когда можешь начать? Мы завтра начинаем готовить площадку в квартале отсюда, и заодно могу тебя окрестить огнем.
Александр отметил эту попытку использовать армейскую аналогию.
– Стив, Александр служил в армии, как и ты!
Александр бросил на Стива долгий взгляд.
– Стив базировался в Англии, – с гордостью сообщил Бэлкман. – Его ранило в ногу, не слишком серьезно, слава богу, и он вернулся домой. Так что он участвовал в боях всего четыре месяца.
– Случайный выстрел, – сказал Стив. – Ранило огнем союзников. Кто-то был небрежен со своим оружием. Я никаких боев и не видел. А ты, Александр? Участвовал?
– Тут и там.
– Получил ранение?
– Ничего серьезного, – ответил он, и эти слова сами собой включили миллиард нервных связей в его мозгу, в позвоночнике, и огонь вспыхнул в ране в нижней части спины. Один вопрос, мгновенное воспоминание – и это здесь, в Финиксе!
Бэлкман предположил, что Александр может захотеть прослушать несколько курсов проектирования и строительства гражданских объектов в Государственном колледже Аризоны в Темпе.
– Диплом архитектора весьма полезен в этом бизнесе. Мой Стив тоже подумывает туда отправиться, раз уж война кончилась. Так ведь, Стив?
Александру хотелось напомнить, что война кончилась уже четыре года назад. А Стив ответил усталым голосом:
– Я об этом думаю, па.
– Полагаю, колледж – очень хорошая идея, – сказал Александр, доставая сигареты. Бэлкман щелкнул для него зажигалкой. – Мой отец хотел, чтобы я стал архитектором.
