– Да. Надо было. Но я не раскаиваюсь. Мне плевать, если она или ты встанете у меня на пути. Я только хочу добраться до лодки, пока не стемнело окончательно. Так ты идешь или останешься гнить здесь?
Несколько мгновений Марина неподвижно стояла перед Сайкой в наступающей темноте – измученная, голодная, страдающая от жажды.
Потом Марина сказала:
– Я останусь и сгнию здесь.
– Отлично! – заявила Сайка и, повернувшись, пошла прочь.
Марина прижалась дрожащим телом к стволу дуба, надеясь набраться храбрости от мощного ствола.
Через несколько минут Сайка вернулась:
– Не будь идиоткой. Идем! Двое в лесу – лучше, чем один.
– В лесу двое, – ответила Марина. – Я и Таня.
– Как умно! Хватит уже, пойдем со мной!
– Нет.
– Идем, говорят тебе!
– А что ты собираешься сделать, потащишь меня с собой? Я с тобой не пойду. Ты не знаешь, куда идешь. Но куда бы ты ни шла, я не хочу идти за тобой. Уходи. Иди найди озеро, сама доберись на другую сторону, а потом объясни моим родителям, как ты бросила Таню и меня в лесу. Иди, ты же в согласии со своим собственным миром, Сайка.
Сайка бросилась на нее. Спрятавшись за дерево, Марина постаралась сосредоточиться на ощущении коры, листьев в руках. В лесу темнело. И ни единой человеческой души вокруг.
Она снова услышала голос за своей спиной.
– Идем, не глупи! Незачем просто стоять здесь. Идем вместе, вместе двигаться вперед.
– Сайка, мы можем идти часами, но озера не найдем. Оно могло точно так же вообще исчезнуть с земного шара. – Марина заплакала. – У нас нет спичек. Ты хоть знаешь, как разжечь огонь, чтобы не замерзнуть?
– Без спичек?
«А Татьяна бы знала», – подумала Марина. Ей хотелось заблудиться с Таней. Вокруг что-то потрескивало, время от времени ухала сова – и, хуже того, в воздухе слышалось трепетание крыльев.
Летучие мыши.
Марина содрогнулась.
– Как насчет пещеры где-нибудь здесь? – неуверенно произнесла она.
Если где-то была пещера, она могла стать укрытием, и не пришлось бы тогда лежать на палой листве и остаться на всю ночь на мокрой земле в лесу. Безопасны ли пещеры для людей? Этого Марина не знала. Ей хотелось, чтобы она читала больше. Татьяна бы знала…
– Ты хочешь залезть в пещеру, Марина? А если там летучие мыши? – Сайка улыбнулась. – Летучие грызуны?
«Пусть хоть летучие крысы, – подумала Марина, – если только это подальше от тебя». Она застонала. Будь не так темно, она бы закрыла глаза. А так она просто смотрела во тьму, и ее темная одежда теперь не отличалась от светлых ладоней. Марина снова услышала шорох крыльев и писк, и страх перед ночью стал так силен, что она шагнула вперед.
– Ладно, – произнесла она безжизненным голосом. – Сдаюсь. И куда мы? Показывай дорогу.
Они нашли небольшую поляну в каменистой низине и небольшую пещеру среди валунов. Марина храбро говорила о такой возможности, но, когда Сайка подтолкнула ее ко входу, ее храбрость улетучилась. Было ли это безопасно? Она просто не знала. Кто жил в пещерах? Робинзон Крузо. Кто еще?
– Знаешь что? Я лучше останусь здесь.
– Ты же хотела найти эту чертову пещеру!
Что тут было сказать? Что, если там спит медведь? Или с потолка висят вверх ногами летучие мыши? Летучие мыши и Сайка в одном маленьком темном пространстве?
– Нет, – только и выдохнула она.
– Отлично, оставайся здесь одна!
Сайка сквозь кусты пробралась в пещеру. Марина прислушивалась. Но Сайка не закричала, не слышно было, чтобы кто-то летал, не хлопали крылья, не звучал писк. До Марины донесся приглушенный голос Сайки:
– Здесь тепло! И тихо! Просто отлично. Иди сюда. Ничего тут нет.
Марина прислонилась к дереву. Ночь сгущалась. Лес стал черным так внезапно, когда последний свет угас в небе… Она не видела Сайку, она ничего не видела. Может быть, утро в июне придет пораньше… Может быть, через несколько часов Марина снова все увидит, а потом они пойдут и найдут озеро.
– Сайка?
– Что?
– Ты где?
– Я пытаюсь немного поспать, вот я где.
– А почему ты не выходишь?
– Зачем бы? Здесь тепло. Хорошо.
Марина подавила страх, давивший ей на язык и горло и мешавший дышать, мешавший заснуть.
Она не знала, сколько времени прошло. Она дремала, когда услышала, как рядом с ней опустилось что-то тяжелое.
Когда она открыла глаза, среди синих теней вырисовывались силуэты деревьев. Настало утро.
Сайка тяжело опустилась на траву рядом с ней. Дневной свет принес Марине мало облегчения. Они не могли найти поляну, чтобы увидеть серое небо. Они не могли найти ручей или лужок – вокруг были только километры лесного бездорожья, заросшие подлеском, засыпанные листвой, и мхом, и…
– Это просто глупо, – сказала она, пока они брели, бесконечно несчастные. – Подожди, пока я расскажу маме с папой, что ты сделала. Просто подожди, пока я им расскажу, и они скажут твоим родителям, и если ты думаешь, что тебя наказывали прежде, просто подожди, что будет на этот раз.
Сайка засмеялась:
– Думаешь, это хуже, чем то, что я уже вынесла? Думаешь, моего отца обеспокоит такое?
Марина понимала, что Сайка права.
