– Все это время ты стояла передо мной, Таня. И теперь я наконец понял. Ты восемь месяцев прятала меня на Бетель-Айленде. Два года прятала меня и обманывала – чтобы спасти меня. Я такой идиот! – шептал он. – Несчастная или нет, опустошенная или нет, в панцире или нет, ты постоянно была рядом, стояла передо мной, демонстрируя немому изувеченному незнакомцу свою храбрость и невозмутимость.
Ее глаза закрылись, руки сжались на его спине.
– Этот незнакомец – вся моя жизнь, – тихо ответила она.
Они отползли от Энтони, со своей постели на одеяло на полу, спрятались за столом и стульями.
– Ты оставила нашего мальчика, чтобы найти меня, и вот что ты нашла… – бормотал Александр, лежа на ней, врываясь в нее, ища покоя.
Вскрикивая под ним, Татьяна цеплялась за его плечи.
– Это ты привезла из Заксенхаузена… – Его движения были напряженными, глубокими, необходимыми.
– Шура, ты должен… Ты должен… – Ее пальцы замерли на его шрамах.
– В тебе ответы на все вопросы, – сказал Александр, наклоняясь к ее полуоткрытым губам, наслаждаясь их вкусом.
Все реки впадают в море, но море никогда не переполняется.
Александр не стал связываться с Берком. На следующий день они встретились с Томом Рихтером, который не скрыл изумления, когда пожимал тонкую руку могучей жены Александра, – его стройной, гибкой, скромной, мягкой и улыбчивой жены.
– Я тебе говорил, – тихо сказал Рихтеру Сэм. – Не то, чего ты ожидал.
– Но это невозможно! Она выглядит так, словно испугается мышонка! И посмотри на нее… Она же размером с арахис!
– Джентльмены! – заговорил Александр за их спинами и опустил руки им на плечи. – Вы что, шепчетесь о моей жене?
Возможно, Татьяна и была размером с орех арахиса и определенно боялась мышей, но обещание, которое она выбила из Тома Рихтера, было размером с пирамиду Гиза: ее муж может присоединиться к резервистам, отправиться на тихую армейскую базу и переводить специальные документы; военная разведка за надежно закрытыми дверями ее устраивала, и в случае необходимости поддержка военных аналитиков, и, возможно, небольшая тренировка, но не при любых обстоятельствах и не по любой причине, и никогда он не должен быть вовлечен в активные действия. Она заявила, что раны, которые они оба получили за десять лет его войны, делают ее неспособной принять его активные боевые действия.
Рихтер согласился, и Александр провел месяц в Форт-Миде, в штате Мэриленд: его расспрашивали, испытывали и классифицировали, тренировали, прежде чем наконец выдать документы резервиста. В итоге он получил доступ к секретной работе и звание капитана запаса армии Соединенных Штатов. Рихтер даже умудрился раздобыть блестящую копию медали конгресса для Энтони, к которому искренне привязался, – а еще большие симпатии он испытывал к фантастической Викки, приехавшей повидать Татьяну и ее малыша.
Они подолгу ужинали с Сэмом и Мэттом Ливайном и их женами, ездили в Чесапик с Рихтером и Викки. Они говорили об Уиттекере Чемберсе и Элджере Хиссе. А Деннис Берк тихо и бесследно исчез из федерального правительства.
После двух месяцев, проведенных с Рихтером, Татьяна и Александр отправились своим путем – в Висконсин, Южную Дакоту, Монтану, в леса Орегона – через край люпинов и лотосов, чтобы найти свою настоящую дорогу.
Паша Метанов всегда сам чистил пойманную им рыбу, даже когда был совсем еще маленьким. Он не просил о помощи бабушку и даже маму, которая готова была бы не только рыбу, но и зубы ему чистить, и ноги мыть всю жизнь, если бы он ей позволил, – потому что Паша был ее единственным сыном. Он и Таню не стал бы об этом просить – потому что знал, что она этого делать не станет, да и не знает, как это делается. Когда ему было пять, он попросил деда показать ему, как чистят рыбу, и с тех пор сам брал на себя эту грязную работу.
В тот вечер, когда они познакомились с Сайкой, у них была уха из пойманного Пашей окуня. Паша его почистил, а Даша приготовила. Таня, никогда не ловившая рыбу, не чистившая ее и не готовившая, читала.
Они были втроем. Их дед рыбачил в одиночестве, пока еще было светло, а бабушка отправилась в гости к Берте и ее матери Бланке, что жили на той же улице.
– Ну и что мы думаем? Нам понравились новые соседи? – спросила Даша. – Стефан такой симпатичный парень.
– Даже если бы у него не было зубов, Даша, ты бы сочла его симпатичным, – заявил Паша. – А вот Сайка – да, симпатичная девочка. – Он улыбнулся.
Татьяна промолчала. Она вытаскивала кости из рыбы.
– Ох нет, – сказал Паша. – Ох нет, ох нет, ох нет. Даша, она молчит! Что это с ней? Что с тобой? – прогудел он. – Они тебе не нравятся?
