– С удовольствием. – Джоуи сунул кулаки в карманы пиджака и наклонился к Блэр. – Если понадоблюсь, позвони в «Паркер Хауз».
Она, склонив голову, подождала, пока Джоуи ушел. Ангус отряхнулся и скрылся на кухне. Блэр осталась сидеть на диване, собираясь с силами, чтобы подняться на ноги. Даже хорошо, что Ангус вернулся домой и застал ее с Джоуи. Она оказалась призом! Беременная и желанная!
Блэр с усилием поднялась и поковыляла на кухню. Ангус стоял спиной.
– Кто такая Трикси? И как давно ты с ней встречаешься?
Ангус уставился на стену за кухонной раковиной, где висела маленькая вышивка: «Что посеешь, то и пожнешь». Блэр чуть не рассмеялась от иронии.
– Знаешь, что я думаю? Ты с ней встречаешься с нашей свадьбы. И даже во время медового месяца разговаривал с ней по телефону.
Плечи Ангуса напряглись. Казалось, он дрожал из-за того, что намеревался сказать, – возможно, признаться.
– А в тот день, когда я пришла к тебе в офис, Доббинс проболтался, что у тебя личная встреча!
– Мы это уже проходили.
Блэр попыталась надменно рассмеяться, как идеально удавалось бабушке, но получилось хныканье.
– Думаю, ты был с ней. А потом я слышала ваш разговор по телефону. И она назвала себя. А ты сказал, что хочешь ее видеть.
Ангус обернулся. Он сжимал сломанные пополам очки – дело рук Джоуи. Блэр редко доводилось, как сейчас, смотреть мужу прямо в глаза. В карих радужках проблескивал зеленый оттенок. Сколько бы раз за последний год Блэр ни проклинала его имя, она оставалась в его власти.
– Ты права, – уронил Ангус. – Я говорил с Трикси по телефону на Бермудах. И в тот день виделся с ней.
Блэр почувствовала, будто ее застали врасплох. Она подозревала мужа в измене, но от признания стало еще больнее.
– Теперь я рассказал тебе всю правду и прошу того же взамен. Ты что, все это время путалась с Джоуи? – Ангус невесело рассмеялся. – Я же застукал вас на горячем. В нашем доме. Поэтому, очевидно, ответ будет «да».
Блэр потеряла дар речи. Она даже не знала, с чего начать. Ангус честно признался: да, он спал с Трикси. Но Блэр сомневалась, что же сейчас произошло между ней и Джоуи. Питала ли она к нему чувства? Было, конечно, физическое притяжение, но Блэр решила, что причиной тому одиночество и озлобленность. Ангус постепенно, шаг за шагом, лишал жену индивидуальности. Он заставил ее бросить работу, а теперь с этой беременностью она потеряла не только тело, но и самостоятельность. Ангус требовал сидеть дома, вести хозяйство и готовить еду. Она добросовестно выполняла эти обязанности, да еще и стала инкубатором для их детей. Но Ангус ничего не давал взамен – ни своего времени, ни привязанности, ни извинений, ни похвалы или благодарности.
– Тебя никогда нет дома, – наконец выдавила она. Слова прозвучали невыразительно и невнятно, но передавали самую суть дела. Они с Ангусом больше ничем не занимались вместе, потому что муж всегда был на работе или, как оказалось, с Трикси. Кто-то другой получал от него лучшее – либо Трикси, либо студенты, либо правительство США.
– Думаю, тебе стоит поехать на Нантакет и переждать там остаток беременности, – сказал Ангус.
Блэр была слишком гордой, чтобы показать, как ее ранили его слова.
– Нантакет? И как ты предлагаешь туда добраться? В моем положении я не могу вести.
– Уверен, Джоуи тебя подбросит. Собирай вещи, – отрубил Ангус.
Джоуи отпросился с работы на целый день и даже прихватил еды для пикника, бросил на заднее сиденье корзину. Возле выезда на Плимут они обогнали пожилого джентльмена на вишнево-красном кабриолете «Мустанг». Тот посигналил им и поднял вверх большой палец, а Джоуи помахал в ответ. По виду сидящей в машине Блэр никто не заподозрил бы, что она беременна. Наверное, джентльмен на «Мустанге» предположил, будто они с Джоуи – решившая поразвлечься парочка.
Джоуи кладет руку на колено Блэр, и ей хочется сбросить ладонь. Он что, изображает роль лапочки-шурина, хорошего парня, доставляющего невестку в прибрежный Хьянис, или предъявляет на нее права? Ее вздумали передать от одного брата к другому как эстафетную палочку? Блэр не нужно задаваться вопросом, что подумала бы об этом Бетти Фридан, она знает ответ.
Блэр предлагает не останавливаться, пока они не пересекут мост Сагамор и въедут на Кейп-Код. Джоуи направляется к Крейгвилл-бич, где стоят столики для пикников с видом на воду. Он расстилает красную клетчатую скатерть и расставляет обед, приготовленный шеф-поваром своего отеля: холодный ростбиф, свежие булочки, вареные яйца, соленые огурцы, капустный салат, нарезанная клубника и кекс. Блэр хотела сказать, что у нее пропал аппетит из-за того, что ее выгнал из собственного дома неверный муж, но на самом деле она жутко проголодалась. Джоуи с восторженным вниманием наблюдает, как Блэр поглощает сэндвич с ростбифом, увенчанный нарезанным яйцом, капустным салатом и солеными огурцами – кучей соленых огурцов, – а затем отрезает толстый кусок кекса и посыпает ягодами.
– Полцарства отдам за взбитые сливки, – заявляет она.
