— Дай я обниму тебя! — растроганно сказала бабуля. — Молодец, девочка! Ты показываешь такую силу воли, какой нет порой даже у взрослых мужчин. Но давай договоримся: если вдруг ты поймешь, что не справляешься, или что-то вдруг пойдет не так, как ты задумала, — тогда ты не станешь отказываться от помощи!
— Договорились, — засмеялась Миранда, и это было в первый раз после смерти ее родителей. Я смотрела на нее во все глаза и искренне восхищалась ее стойкостью и решимостью. Не знаю, смогла бы я поступить так же…
— Миранда, но мы хотя бы будем видеться? — тихо спросила я.
— Конечно, Николь! — удивленно воскликнула она. — В пансион завтра поедем вместе, а там видно будет. Но в любом случае оставляю за собой право приезжать к вам на Рождество. Не будем нарушать традицию!
Вот так моя жизнь изменилась еще раз. И если первые перемены были прекрасными — я обрела бабулю, то теперь я теряла. Теряла возможность видеть Миранду каждый день, разговаривать с ней, болтать на уроках, делиться самым сокровенным… Я понимала, что рассуждаю эгоистично, но ничего не могла с этим поделать. Поэтому когда мадам Лоран, директриса, объявила, что с этого дня Миранда Морель больше не является ученицей нашего класса, я не смогла сдержать слез. Миранде позволено было подготовиться к сдаче выпускных экзаменов, и она, тепло простившись с нами, уехала домой. Я проплакала весь вечер, лежа на пустой кровати Миранды, обнимая ее подушку, и девочки, прекрасно всё понимая, утешали меня, как могли.
Прошла зима, наступила весна. Миранда усиленно готовилась к экзаменам и работала в аптеке. Я была в пансионе. Разумеется, мы с ней переписывались, но это никак не могло заменить нашего прежнего общения, и мне очень не хватало подруги.
В мае мне исполнилось восемнадцать. Миранда и бабушка позвонили, поздравили меня, но отмечать день рождения мы решили после того, как я вернусь домой, а Миранда сдаст экзамены.
Время летело незаметно. Наступил июнь, и Миранда успешно сдала все экзамены, получив диплом раньше нас, своих бывших одноклассниц. Мы отметили мой день рождения и диплом Миранды в замке узким кругом: я, Миранда, бабушка и, конечно, наш добрый друг Николя. Мы с бабушкой от души поздравили ее с этим важным событием, и бабуля даже предложила поехать куда-нибудь отдохнуть. Но Миранда отказалась.
— Я буду поступать в колледж, — твердо заявила она. — Поэтому ни о каком отдыхе не может быть и речи. А вот на следующий год… Ну, не будем загадывать!
— А о чем ты подумала, милая? — спросила бабушка.
— Об этом еще рано говорить, мадам, но если у меня получится поступить и я смогу успешно прожить грядущий год, то мы с Николь действительно могли бы куда-нибудь съездить.
— Это было бы здорово! — радостно воскликнула я.
— Тогда пожелайте мне удачи! — рассмеялась Миранда.
В конце июня Миранда поступила в медицинский колледж. Пусть не в самый престижный, но зато сама и на бюджетное отделение. Это была большая победа, так как теперь ей не нужно было платить за обучение. Бабушка, оставаясь верна себе, попыталась подарить Миранде в честь ее поступления «хотя бы домик!», но моя подруга категорически отказалась.
— Спасибо большое, но, во-первых, я никогда не приму такой подарок, а во-вторых, я люблю дом своих родителей и намерена жить только в нем, — сказала она, когда мы приехали поздравить ее с поступлением.
— Миранда, не серди бабулю, иначе она подарит тебе какой-нибудь завод по производству лекарств или сеть аптек, — пошутила я. — Лучше прими домик!
— Да ну вас, — обиделась тогда бабушка. — Я бы с удовольствием все это подарила, только эта вредная девчонка все равно ничего не примет!
Помню, как мы с Мирандой смеялись и целовали бабулю в обе щеки…
Тем летом мы практически не виделись. Я сопровождала бабушку в ее деловых поездках, а Миранда с головой ушла в работу. Изредка звонили друг другу, по возможности навещали Миранду, когда бывали проездом в Париже. Но, увы, эти встречи были так редки и так недолги! С тоской вспоминала я те зимние и особенно летние каникулы, когда мы с Мирандой целыми сутками были неразлучны. И наши прогулки по лесу, и поездки верхом, и ночные разговоры у камина… К сожалению, для моей подружки детство закончилось внезапно и весьма рано. Однако она совершенно не утратила свой веселый нрав. Произошедшее изменило Миранду только в лучшую сторону: она стала более рассудительной, серьезной, думала и говорила о каких-то непостижимых для меня вещах — счетах за газ, электричество, ценах на продукты, распродажах одежды, поставках лекарств. Но ни разу за это время Миранда не попросила помощи ни у меня, ни у бабушки, хотя последняя, понятно, не оставляла попыток проявить заботу.
