Утром нас разбудил Лекс.
— Вставайте, сони! — раздался громкий голос, сопровождаемый стуком в нашу дверь. — Уже девять! Завтрак ждет в саду.
За столом мы обсудили план действий. Решено было сидеть в бабушкином кабинете тихо-тихо, и как только Миранда раскроет своего покровителя, в которого бабуля по-прежнему отказывалась верить, мы должны будем воскреснуть. А мне до жути хотелось увидеть лицо Патрика, когда я предстану перед ним! Поэтому мы просто не находили себе места от нетерпения, ожидая звонка комиссара. И лишь только Перрен позвонил, сообщив, что все в порядке, мы пулей вылетели из дома и прыгнули в машину Лекса. Выглядели мы соответствующе: бабушка в том же спортивном костюме, а я благодаря светлым коротким волосам решила особо не маскироваться, ограничившись кепкой и темными очками.
Минут через двадцать Лекс остановил машину во дворе какого-то здания, перед которым стояло множество полицейских машин, и я поняла, что мы прибыли. Комиссар встретил нас у проходной, после чего провел в один из кабинетов на второй этаж.
— Это мы, Людовик, — провозгласил он, открывая дверь и приглашая нас войти. При нашем появлении из-за стола поднялся полный светловолосый мужчина, одетый в простую белую рубашку с коротким рукавом и серые брюки.
— Добро утро, мадам графиня! — тепло приветствовал он бабулю и обратился ко мне. — Наконец-то я имею радость видеть и вас, мадемуазель Николь! Меня зовут Людовик Этьен, я возглавляю отдел по расследованию убийств. Присаживайтесь, пожалуйста.
Мы с бабушкой сели на небольшой узенький диванчик возле стола Этьена.
— У нас не так много времени, — напомнил своему коллеге Перрен. — В четыре состоится оглашение завещания.
— Знаю, — кивнул Этьен, — нашего красавца сейчас приведут.
— Как он? — спросил Лекс, облокотившись о подоконник.
— В гневе, — усмехнулся комиссар Этьен, — требует представителя консульства!
Перрен хотел что-то сказать, но тут дверь кабинета распахнулась, и полицейский в форме ввел Патрика Эштона.
— Спасибо, — поблагодарил Этьен, — ожидайте пока за дверью, Жюль.
Полицейский кивнул и вышел, закрыв за собой дверь.
— Что происходит? — на великолепном французском набросился Патрик на Этьена, поняв, кто тут главный. — На каком основании ваши люди задержали меня и доставили сюда? Я гражданин Великобритании! И требую консула, немедленно!
— Как дела, Александр? — неожиданно спросила я, подав голос с диванчика. — Неужели ты вспомнил, что говоришь по-французски?
Патрик повернул голову и увидел нас с бабушкой. Невозможно описать все те эмоции, поочередно сменяющие друг друга на его лице! Сначала растерянность, потом удивление и, наконец, страх… Да-да, настоящий страх! В полнейшем изумлении мой несостоявшийся жених стоял, разинув рот и уставившись на нас с бабулей.
— Присядьте, Эштон, — Перрен придвинул ему стул, на который Патрик буквально рухнул.
— Ну же, месье, по-моему, мадемуазель Леруа задала вам вопрос, — участливо обратился к нему Этьен, — так ответьте ей, будьте любезны!
— Как это возможно… — пробормотал Патрик, и я с удовольствием заметила, что у него дрожат руки.
— Лекс, держи меня, — вдруг громко сказала бабушка, встав с дивана. — Крепко держи, а не то я за себя не ручаюсь. Негодяй!
И сделала шаг в сторону Патрика. Тот вжался в стул.
— Успокойтесь, мадам, — Лекс заботливо усадил бабулю обратно. — Я тоже не прочь побеседовать с этим месье один на один, но, боюсь, нам этого не позволят.
— Тише-тише, друзья, — вмешался Этьен, — возьмите себя в руки. Ну что, начнем?
И кивнул Перрену. Тот обратился к Патрику:
— Патрик Эштон, вы задержаны по подозрению в совершении убийства Мари Брюнне, похищении Николь Леруа, покушении на мошенничество в отношении имущества графини Изабель Леруа, а также соучастии в убийстве Максин Вилар, совершенном вашей супругой, Мирандой Эштон. Консульство Великобритании уже поставлено в известность об этом, поэтому скоро сюда прибудет их представитель и адвокат. Вы имеете право не отвечать на вопросы без их присутствия. Вам все понятно?
— Да, — едва слышно ответил Патрик, опустив голову.
— Желаете воспользоваться этим правом или поговорим? — приветливо спросил Этьен.
— А какая теперь разница? — губы Патрика скривились в кривой усмешке. Он посмотрел на Этьена и сказал, кивнув в нашу сторону. — Вижу, что вы и так все уже раскопали. Задавайте свои вопросы.
— Замечательно! — обрадовался Этьен. — Как известно, чистосердечное признание…
— Знаю-знаю, — перебил Патрик, — можете не продолжать. Я отвечу на все вопросы, но сначала хочу узнать, где моя жена?
— Не волнуйтесь, уже сегодня вам представится возможность увидеться с мадам Эштон, — уклончиво ответил Этьен. — Кроме того, хочу уведомить вас о том, что вы имеете право не давать показания против себя и своей супруги, но в случае согласия дать показания они будут использованы против вас в последующем, даже в случае вашего дальнейшего отказа от этих показаний. Весь ход допроса будет записан при помощи диктофона. Вам все понятно?
— Предельно, — ответил Патрик, — можете начинать.
