Про невозможность жить без единоначалия написано много умных, правильных и противоречивых книг, статей, исследований и тому подобного. То есть, с одной стороны, да, бизнес – это как армия и командир должен быть один. Но, с другой стороны, в той же армии многие работают парами (то есть расчёт гранатомёта РПГ – два человека, расчёт ПК (пулемёт Калашникова) – два человека, снайперы… не знаю… слышал – работают парами, в танковой башне командир и наводчик дублируют действия друг друга – каждый через свой прицельный и наблюдательный прибор). Ну, наверное, мы и по жизни давным-давно, и, собственно, в «Механике» так и работали с Юркой – парой.
Рассуждать о том, чьи заслуги более заслужистые, я категорически отказываюсь. Потому что, на мой взгляд, ответить на этот вопрос невозможно. За что-то я могу себя похвалить, за что-то могу поблагодарить Юрку, который либо удержал меня от слабых и проигрышных шагов, либо, наоборот, настоял на решительных действиях тогда, когда от этого напрямую зависел успех.
Были некоторые периоды на протяжении этих наших общих десятилетий, когда я считал, что мои решения эффективней двигают нас к светлому будущему. Были и обратные ситуации – когда Юрины труды и усилия приносили более очевидный результат. Так и держалось наше общее дело поочерёдно то на мне, то на Юрке, в совершенно разном соотношении, и проинтегрировать результативность наших действий на протяжении всей жизни (к сожалению, про Юру можно сказать: на протяжении всей его жизни земной) совершенно невозможно. Дело это бессмысленное и абсолютно контрпродуктивное. Принимаем как аксиому, что – основываясь на результате – оба в общем-то молодцы, у каждого есть свои сильные стороны и во многом успех определяется комбинацией этих сильных сторон. Наверное, это так… Я вовсе не хочу спорить с учебниками, которые утверждают, что возможно только авторитарное единоличное правление. Сам повторяю: «Слушай всех, поступай по-своему». И сам затруднялся объяснить, как же это нам удавалось преодолевать разногласия, отстаивать каждому своё мнение или, наоборот, соглашаться с чужим. Не знаю, оправданно ли иногда тратить много сил на обсуждение какого-то вопроса и, только приняв консолидированное решение, начинать его физически решать. И правильно, и неправильно – нет однозначных ответов! Наша жизнь и деловая биография сложились так – и я считаю, что сложились счастливо. И с точки зрения бизнеса – эффективно. То есть всё по Владимиру Семёновичу Высоцкому:
Теперь придётся привыкать к новой реальности. Горько, печально. Но преодолеем.
Итак, в августе девяносто четвёртого года я купил себе квартиру на Семёновской набережной. Это было первое моё собственное жильё. Вообразите ощущение. Я. Здесь. Живу. Никто не придёт. Меня не выставит. У меня не поменяется номер телефона – соответственно, не пропадут все мои контакты, не обрушится бизнес и вообще вся жизнь. (Напомню: цифровой и мобильной связи тогда просто не существовало. Городской номер был «единственным номером моей Галактики».) Ощущение дома-крепости – это было нереальное счастье!
Но для страны девяносто четвёртый год был тяжёлым. В декабре телевизор сообщил нам, что в Чечне идёт операция по восстановлению конституционного порядка. Что идут бои за город Грозный.
Я тогда не понял: бои за город – это ведь война? Как – в Чечне? Какая война??? Почему? За что воюем? С кем воюем? Ведь это не милиция задерживает группу боевиков – это армия: танки, авиация, артиллерия… и кто с той стороны противостоит армии? Какая бы она ни была: ослабленная, плохо обученная, плохо укомплектованная, с недостатком жратвы, портянок, сухпайков, я не знаю чего ещё – но ребята, это – Армия! Всего три года назад это была Советская Армия! Она огромна! В армии хлястиков может не хватать, но вот боеприпасов и техники на складах – на три войны вперёд, сам видел! Эту махину товарищи натовцы через неделю встретят в Лиссабоне, если она вдруг решит рвануть на запад! А тут в Грозном – война? Где вообще этот Грозный?.. Ну-ка, дайте-ка мне карту!
Было непонятно, что происходит. Как можно противостоять махине? Оказывается, можно. И о том, что российская армия понесла серьёзные потери при первой попытке штурма Грозного, можно было догадаться даже из сообщений СМИ. Масштаб катастрофы стал понятен позже…
Отец моего одноклассника, большой трёхзвёздный генерал в отставке, повесил у себя в эти дни на стену огромную карту Кавказа, тыкал в неё флажками, смотрел и повторял: «Что они творят? Нет, что творят? Как это можно? Кто там вообще командует?» Ему крайне не нравились некоторые действия российской армии, о которых он был информирован существенно лучше многих, и тактику командования не отдельно взятым отделением, а гораздо более крупными группировками он-то знал… а я-то нет.