— Я должен найти его. Не для того, чтобы сражаться. А для того, чтобы спросить.
Правитель медленно кивнул.
— Мудрое решение. Поиск знаний всегда благороднее поиска битвы.
Он поднял руку, и один из стражей внес в зал предмет. Это был простой, кожаный переплет без названия.
— Это — дар от Пристанища, — сказал Правитель. — Это пустая книга. Летопись. Заполни ее своей историей, Летописец. И, возможно, однажды она займет свое место в Великой Библиотеке.
Кайен принял дар.
Их миссия была завершена. Враг был повержен. Они были свободны.
Вечером, сидя в своем доме в Цитадели, он открыл пустую книгу. На первой странице он вывел одно-единственное слово, символ, который он видел в пыли Зала Забытых.
Плачущее Око.
— Куда теперь? — спросила Лира, глядя на таинственный символ.
— Теперь, — ответил Кайен, — мы ищем не врага, а брата. Мы идем по следу Плачущего Ока. И я думаю, я знаю, где начать.
Он вспомнил видение, которое он испытал в монастыре. Космос. Звезды. И падение чего-то с небес.
— Есть места в этом мире, где небо и земля ближе всего, — сказал он. — Древние обсерватории. Места падения метеоритов. Места, где реальность тоньше. Мы начнем там.
Их охота закончилась. Начиналось их паломничество.
Эпоха войн и бегства закончилась. Наступила эпоха странствий.
Кайен и Лира провели в Пристанище Великанов еще несколько месяцев. Это было время затишья, необходимого им обоим. Лира, впервые в жизни оказавшись в безопасности и достатке, изучала мир людей. Она часами пропадала на рынках, в тавернах, в мастерских, впитывая в себя культуру, которая всегда была ей чужда. Она научилась не только выживать в дикой природе, но и торговаться, отличать правду от лжи в словах торговцев и даже находить удовольствие в некоторых благах цивилизации, особенно в горячих ваннах и свежей выпечке.
Кайен же посвятил это время учебе.
С позволения Элары он получил доступ к самым глубоким секторам Великой Библиотеки Корвуса через магический портал, который поддерживал Торн. Он не искал силу или запретные заклинания. Он искал знания. Он читал о древней истории, о Войне Предков, о забытых цивилизациях и аномальных явлениях. Он пытался найти в тысячах текстов хотя бы намек, хотя бы упоминание о существах, подобных ему, или о символе Плачущего Ока.
Он ничего не нашел. История его происхождения была тайной, которую этот мир либо забыл, либо никогда и не знал.
Но это время не прошло даром. Изучая древние тексты, он совершенствовал и свою силу. Он научился «читать» не только буквы, но и саму суть пергамента, эхо мыслей писца, который его создавал. Он мог взять древний манускрипт и почувствовать эмоции автора — его надежду, его страх, его озарение. Он становился не просто Летописцем. Он становился эмпатом историй.
Вместе с тем, он практиковался с наследиями, что жили в нем. Он научился не просто использовать их, а комбинировать. Он мог сплести «Танец Осеннего Листа» Лиана с «Сетью» Королевы, создавая оборонительный стиль, который не просто уклонялся от атак, а предсказывал их, превращая поле боя в свою паутину. Он мог влить сокрушительную ярость Корвуса в концепцию «Стазиса», создавая невидимые, неподвижные стены чистой силы.
Он становился сильнее, но его сила становилась тише, тоньше, опаснее.
Когда зима начала отступать, уступая место весне, он понял, что время затишья подошло к концу.
— Я нашел зацепку, — сказал он однажды вечером Лире. Они сидели на балконе своего дома, глядя на звезды, усыпавшие чистое горное небо. — В текстах ничего нет. Значит, ответ нужно искать не в них. А в тех, кто их писал.
Его план был прост. Символ Плачущего Ока был оставлен в Зале Забытых. Он был связан с «Первозданным Эхом», которое сбежало оттуда. Значит, тот, кто оставил символ, должен был знать о побеге. Или быть самим беглецом.
— Архимаг Валериус, — произнес Кайен. — Основатель библиотеки. Тот, кто запечатал Эхо. В официальных хрониках сказано, что он умер от старости в своей башне. Но в частных дневниках его учеников, которые я нашел, есть намеки на другое. Они пишут, что в последние годы он стал одержим, говорил о «сбежавшей тени» и «долге, который нужно исполнить». А потом он просто… исчез. Его тело так и не нашли.
— Ты думаешь, он отправился за ним? — спросила Лира.
— Я думаю, он оставил след, — ответил Кайен. — Не для нас. Для себя. Карта, которую сможет прочитать лишь тот, кто ищет то же, что и он.
На следующее утро они снова предстали перед Правителем Горы.
— Мы уходим, — сказал Кайен. — Наше паломничество начинается.
Правитель молча кивнул, принимая их решение. Торн и Элара, присутствовавшие там же, снабдили их всем необходимым. Элара дала ему копию личного шифра Валериуса. Торн — обновленный амулет, который теперь не просто давал им статус, но и позволял раз в месяц послать короткий магический сигнал, сообщая, что у них все в порядке.
Они покинули Пристанище Великанов не как беглецы и не как воины. Они уходили как исследователи, идущие по следу тайны, которой было несколько веков.