Выдохнув с облегчением, Лев поспешил к нему, продираясь через толпу, и Власовский повернул голову, словно почувствовал его приближение. Улыбнувшись, он поднялся навстречу, и Лев, бросая чемодан у сидений, налетел на Якова, обнимая того за плечи: так ему было радостно, что он нашёл выход, и больше не один в этой стране с белозубыми людьми. Яков, засмеявшись, обнял его в ответ, обвив руки вокруг талии Льва, и когда тот, нахмурившись, посмотрел на него, чтобы сказать: «Так, ну за талию при всех обнимать – это чересчур», Яков потянулся к его губам. Лев, отводя голову назад, поинтересовался: - Что ты делаешь?
- Хочу тебя поцеловать.
- Не здесь же, - Лев разжал объятия, смутившись их длительностью.
Яков произнёс успокаивающим тоном:
- Не парься, здесь это можно. Никто и не посмотрит.
- Да? – язвительно переспросил Лев. – Откуда ты знаешь? С кем-то уже целовался в аэропорту?
- Видел, как это делают другие парни, – холодно ответил Яков. – Вон, например.
Парни, на которых указал Власовский, не целовались, но шли, переплетя пальцы рук, и пока один что-то живо рассказывал другому, второй периодически подносил его руку к своим губам и целовал. Льва передернуло от этого зрелища.
- Нет, спасибо, - медленно произнёс он, отводя взгляд. – Я так не хочу.
Якову было что ответить, но, видимо, не желая ссориться, он покладисто отозвался:
- Хорошо. Ты привыкнешь.
Лев хотел возразить, что не собирается к такому привыкать, но у него тоже не было сил спорить. Он промолчал.
Яков, со словами: «Я помогу», поднял с пола чемодан, но Лев выхватил у него ручку:
- Я сам могу себе помочь. Лучше выведи нас отсюда.
Власовский, вздохнув, повёл Льва за собой, но не к указателям выхода, а назад к эскалаторам – откуда Лев только что пришел.
- Я там уже был, - напомнил Лев.
- Там БАРТ.
- Кто?
- Ну, типа метро, только наземное, - пояснил Яков.
- Тот одноногий поезд?
Власовский рассмеялся:
- Чего? Какой поезд?
- Ну, у него как будто нет колес и он ездит по этим узким дорогам, подвешенным в воздухе.
- Тебя это пугает? – Яков улыбнулся, не скрывая удовольствия: его, похоже, забавлял этот страх.
Лев решил не давать ему лишнего повода поглумиться.
- Не пугает. Идём.
- Если что, я рядом, - Яков коснулся его руки, но Лев резко отошёл в сторону, одёргивая.
Пока они спускались на красную линию, Власовский объяснял, что «дороги, подвешенные в воздухе» только на территории аэропорта, а по центру города и до Беркли они будут ехать под землей, как в обычном метро. Льва это и успокоило, и расстроило: не на что будет посмотреть.
Он спохватился:
- Я еду до Беркли? С тобой?
Яков отвёл взгляд:
- Ты можешь пока остановиться у меня. Я договорился с администрацией кампуса, но пообещал, что ненадолго.
- Но у меня же есть свой кампус.
- Да, просто… - Яков помолчал. – Хочу пока побыть с тобой, а не сразу разъезжаться.
Лев сощурился, заподозрив неладное. Когда он спрашивал Якова, далеко ли находятся их кампусы друг от друга, тот ответил: «Конечно нет, это же один и тот же университет». Он припомнил ему эти слова.
Власовский ответил уклончиво:
- Это смотря с чем сравнивать.
- Сколько? – требовательно спросил Лев. – В километрах.
- Где-то шестьсот.
- Шестьсот?! – заметив, как на него заоглядывались на перроне, Лев понизил голос: - С чем ты сравнивал? С Новосибирском?
- Но это же правда лучше, чем жить на разных континентах, - почти жалобно ответил Яков.
Пока они спорили, подъехал поезд, и Лев сам не заметил, как оказался внутри, оттесненный к стенке потоком людей. Яков прижался ко Льву, обхватил его за талию и прошептал на ухо:
- Это всё ерунда. Главное, что мы рядом.
- Не так близко, - попросил Лев.
- Здесь тесно.
Власовский продолжил стоять, прильнув ко Льву, и не меньше получаса тому пришлось напряженно оглядываться: точно ли никому до них нет дела? Большинство людей читали книги или газеты, тыкали по кнопкам пейджеров и телефонов, не обращая никакого внимания на зажимающуюся парочку в углу. Когда проехали центр, вагон начал заметно пустеть, и ребята сели на освободившиеся места. Яков сразу же опустил ладонь на колено Льва, и тот нервно дернул ногой, смахивая руку.
- Ты специально меня бесишь? – раздраженно спросил он.
Яков смеялся, растерянно и удивлённо:
- Ты попал в гей-столицу мира, неужели ты не понимаешь? Здесь можно
Поднявшись из подземного метро, которое Яков называл «наземным», Лев снова попал в удушливую духоту. Когда они там, внизу, проходили через рамки, Власовский приложил пластиковую карточку к зеленому кругу и маленькие дверцы распахнулись, пропуская их. Лев прошел первый, пораженный увиденным: что это ещё за фигня? Как она работает? Это даже не жетон, который попадает внутрь! Но он забыл спросить про чудо-карту: жара была такая, что мысли плавились.
- Здесь всегда так? – устало спрашивал Лев, плетясь за Власовским.
- Сегодня исторический максимум, - ответил тот. – Тридцать девять градусов. Такого не было никогда, так что ты везунчик.
Лев не чувствовал себя везунчиком: хотелось бы застать исторические события поинтереснее. Ну, не такие, как развал страны, а что-нибудь… Повеселее.
