«Левиафан» — это мрачный научно-фантастический триллер, в котором двенадцать человек, оказавшихся в подводном комплексе, полагают, что участвуют в соревновании на выживание за приз, способный изменить их жизнь. Изолированные на километровой глубине, они вскоре обнаруживают, что их испытания — это не просто игра, а жестокий перформанс, срежиссированный загадочным и безжалостным Кассианом. Главные герои — в том числе хладнокровный тактик Ева, страдающая от ПТСР бывший военный врач Лина и гениальный, но параноидальный инженер Марк — быстро понимают, что их выбрали не случайно. Каждого участника отобрали из-за личных трагедий и уязвимостей, многие из которых были тайно спровоцированы самим Кассианом. По мере того, как напряжение растёт, а участники начинают погибать в ходе жестоких «испытаний», группа раскрывает ужасающую правду: «Левиафан» — это не телешоу, а закрытый аукцион. На нём корпорации и теневые структуры в реальном времени делают ставки на выживших, покупая их для пожизненного рабства в качестве «активов» с уникальными навыками. Осознав, что их борьба, страх и даже их возможная смерть монетизируются, оставшиеся в живых объединяются в отчаянном бунте. Их цель — не выжить или сбежать, а уничтожить «Левиафан» и его создателя. Финал истории превращается в самоубийственную миссию по обрушению всей системы, что приводит к непредсказуемым и глобальным последствиям.
Глава 1: Иллюзия Контроля
Гидравлика не шипела. Она вздохнула. Глубокий, влажный, усталый вздох, и двадцатитонная шлюзовая дверь сошлась с утробным, мягким чмоканьем. Звук не лязгнул, не громыхнул. Он всосался в себя, будто гигантский моллюск сомкнул створки раковины, отрезая их от мира. Двенадцать человек в одинаковых серых комбинезонах остались стоять в полумраке.
Тишина, которая последовала, была неправильной. Она не была отсутствием звука. Она была давлением. Она давила на барабанные перепонки, на грудную клетку, на самое сознание.
Ева сделала первый вдох в новом мире и едва не закашлялась. Воздух не вошёл в лёгкие — он ввалился в них, плотный и тяжёлый, как мокрое шерстяное одеяло. Он нёс в себе острый, гальванический привкус, словно она лизнула старую батарейку, но под этой металлической нотой прятался другой запах. Густой, сырой, землистый дух погреба после недельного ливня. Аромат живой, преющей почвы и грибницы. Здесь, на километровой глубине, куда свет не проникал со времён сотворения мира, этот запах был не просто неуместен. Он был кощунством.
Она инстинктивно обняла себя за плечи, ссутулилась, стараясь казаться меньше, незаметнее. Беспомощная лань в стаде, которое ещё не почуяло волка. Но её мозг, эта холодная аналитическая машина, уже работал, сканируя пространство с безжалостной эффективностью.
Племя. Двенадцать единиц. Пока — хаотичное скопление атомов, но векторы сил уже намечались, выстраивая невидимую иерархию.
Вот он, в центре. Нарочито расправленные плечи, приклеенная к лицу улыбка коуча по продажам, бегающие глаза, оценивающие аудиторию. Алекс.
Чуть в стороне, почти спиной к группе, застыла женщина. Спина — прямой стальной стержень. Короткие тёмные волосы. Она не смотрела на людей, её взгляд методично полз по стыкам стеновых панелей, по решёткам вентиляции, по толстым, обмотанным чем-то вроде просмолённой кожи кабелям. Лина.
А вот этот уже откололся от стаи. Мужчина с сутулыми плечами и тонкими, нервными пальцами, которые уже с хирургической точностью ощупывали сварной шов на стене. Марк. Он что-то бормотал себе под нос, его брови сошлись в одну раздражённую линию.
Ева зафиксировала их, каждому присвоила внутренний код и убрала в архив. Роль требовала полной концентрации. Она должна была стать никем, чтобы видеть всех.
В этот момент дюжина экранов на стенах, до этого тёмных и мёртвых, беззвучно ожила. На них появилось лицо. Одно и то же лицо, повторённое двенадцать раз. Мужчина лет пятидесяти в безупречном пиджаке, с волосами, уложенными с математической точностью, и в очках в тонкой титановой оправе. За его спиной — залитый солнцем минималистичный кабинет, панорамное окно с видом на верхний край облаков. От этого контраста с их грязным, тусклым шлюзом у Евы на секунду заныли зубы. Он был в раю. Они — в преисподней.
— Добро пожаловать, — сказал мужчина. Голос был спокойным, ровным, безэмоциональным, словно его сгенерировала нейросеть, обученная на аудиокнигах по биржевой торговле. — Добро пожаловать в проект «Левиафан».
Он не представился. Ему не нужно было. Кассиан.
— Каждый из вас здесь потому, что обладает уникальным потенциалом. Потенциалом к преодолению. К росту. Вы — лучшие. Вы — активы, в которые мы верим.
Ева почувствовала, как по коже пробежали мурашки, не имеющие отношения к температуре.
— В ближайшие недели «Левиафан» станет вашим миром. Вашим испытанием. И вашей возможностью. Правила предельно просты. Выполняйте задания. Работайте сообща, когда это выгодно. Конкурируйте, когда это необходимо. Выживайте. Последний оставшийся на борту получит приз, который навсегда изменит его жизнь.
Он сделал паузу, обводя их взглядом с десятка экранов. Ева заметила, что за всё это время он ни разу не моргнул. Его глаза за стёклами очков были похожи на объективы камер.