Левиафан полностью

Первым порывом Хадсона было сказать этому человеку, чтобы он засунул свои уши себе в задницу, но, с другой стороны… любая отсрочка неизбежного была самой аппетитной закуской на этом столе. К тому же, это давало дополнительный шанс подумать. Поэтому он начал с подробного описания Нью-Йорка, приукрашивая его настолько, насколько позволял разум человека, чья последняя прочитанная книга была о распутной дочери трактирщика и странствующем проповеднике.

Венера.

Делая вид, что заинтересована в куче мусора, которую извергал англичанин, Венера прислушалась к пространству вокруг, потому что услышала, как кто-то позвал ее по имени. Это был шепот, словно исходящий из дыма, который клубился над одной из свечей. Голос был странным. В нем будто смешивался мужской и женский… и все же Венера Скараманга отчасти узнавала в нем свой собственный.

Венера.

И вот снова, все тот же едва слышный шепот.

Она поняла, что справа от нее и позади ее брата стоит фигура. Она повернула голову и всего в нескольких дюймах от стула Марса увидела безликую сущность в фиолетовой мантии, которую Блэк называл Доминусом. Темный провал на месте ее лица был обращен к ней.

Венера.

Говорил ли с ней этот фантом, или это был лишь голос внутри ее головы? Настоящий ли он, или порожденный ее собственным сознанием?

— На что ты смотришь? — с легким раздражением поинтересовался Марс.

— Что? — спросила она по-итальянски.

— Я спрашиваю, на что ты уставилась. Ты словно увидела призрак.

— Здесь нет призраков, — ответила она на родном языке, хотя Доминус при этом не сдвинулся с места и не превратился в туман.

— Ты находишь наших гостей скучными?

— Да.

— Тогда уходи, если хочешь.

Нет, — раздался голос Доминуса, — non te ne andrai.

Ты не уйдешь.

Венера начала отодвигать стул от стола, но заколебалась.

У меня для тебя сообщение, — снова по-итальянски сказал Доминус. Она отвела взгляд и уставилась в свою тарелку. Рослый англичанин все продолжал говорить, явно стараясь выиграть время, хотя Марс, похоже, искренне наслаждался его болтовней.

Послание, — сказал Доминус, и Венера вздрогнула. Это было на самом деле, или она падала в пропасть?

Она взяла вилку и повертела ее в руках, словно это было оружие против ее собственного разума или вторгшегося призрака.

— Что с тобой? — Голос Марса донесся откуда-то издалека.

— Ничего, — сказала она, но услышала, как дрогнул ее голос.

— Ты странно себя ведешь. Не можешь дождаться момента, когда эти двое войдут в твою особую комнату?

— Именно.

— Терпение, сестра. Я не доел и хочу насладиться беседой, которая не имеет отношения к семье.

— Поступай как знаешь, — ответила Венера. Однако, когда она начала подниматься, Доминус снова окликнул ее.

Венера. Ты обречена на неудачу.

Она снова опустилась на стул, сердце бешено заколотилось.

Марс заслушивался болтовней этого здоровенного ублюдка, а охотница на ведьм как-то странно смотрела на Венеру. Великая госпожа Семейства Скорпиона подумала, что, если бы у нее был настоящий нож, а не этот нож для резки ветчины, она бы срезала морду с черепа этой сучки.

Как печально, — прошептала тварь. Может, это все же ее собственный голос?

Да, это был ее собственный голос, но казалось, что она слышит смесь из полудюжины голосов — женских и мужских — одновременно. Она опустила голову, уставившись в свою тарелку. Дрожащей рукой взяв серебряный кубок с вином, она быстро отставила его в сторону, потому что заметила в нем отражение фигуры в пурпурном одеянии, стоящей позади ее брата.

Как печально, — прошептал Доминус, — что ты умрешь старой и сломленной.

Остановись, — мысленно приказала она, но Доминус не умолк. Древнее существо, коим оно и являлось, продолжало:

Вся красота исчезнет. Твоя свеча жизни превратится в уродливый оплавленный огарок, и никто на этой земле не будет оплакивать сморщенные обломки, лежащие в гробу.

— Хватит! — почти выкрикнула она, так напугав Марса, что тот подпрыгнул на стуле.

— Господи, Венера! — воскликнул он, покраснев. — Если тебе не нравится, иди в свою комнату и покорми свою кошку или сделай еще что-нибудь!

— У твоей сестры какие-то трудности, — тихо заметила Камилла.

— Заткнись! Сучка! Закрой свой гребаный рот! — Это вырвалось у нее в порыве гнева на итальянском, и теперь Марс развернулся, чтобы пристально посмотреть на Венеру.

— Что с тобой? У тебя припадок?

— Нет! Просто… нам нужно начинать! Глупо сидеть здесь и болтать!

— Поверь мне, я понимаю твою спешку. — Марс одарил ее раздражающей полуулыбкой. — Но мы пока продолжим. Сейчас мое время. Твои игрушки могут подождать еще десять минут. Послушай меня, Венера. Слушай внимательно.

Ее губы шевельнулись, но она не издала ни звука. Она почувствовала, как пот выступил у нее на щеках и затылке.