— Что тебя интересует? — улыбнулась Фрея. Парнишка ей всё больше нравился. Но не как мужчина, разумеется, а именно как собеседник, с которым можно приятно поболтать.
— Правду говорят, что у тебя нет отца? — выпалил "рысёнок".
Девушка рассмеялась.
— Есть. Как-то же я появилась на свет.
— А Отшельник говорил, что мать вырастила тебя одна.
— Вон ты о чём, — нахмурилась она.
Как объяснить человеку, воспитанному на совершенно других ценностях, что, судя по обрывочным воспоминаниям, папочка покинул семью как раз тогда, когда дочка только-только научилась говорить слово "мама". Отправился искать счастья в цивилизованный мир. Да так там и пропал.
— Ну, тут он не врал.
— Это неправильно! — строго, словно беспощадный судья, заявил "рысёнок". — Почему же его брат не взял твою мать в свой вигвам.
— Наверное, у него не было брата, — грустно хмыкнула Фрея. — И вообще, Рог Барана, у нас совсем другие обычаи, чем у Детей Рыси.
— Расскажи! — тут же загорелся парнишка.
— Как-нибудь в другой раз, — рассмеялась она. — Мы уже приплыли. Меня ждёт Отшельник. Будем коптить рыбу. Пробовал такую?
— Вот ещё! — фыркнул "рысёнок" и пообещал. — Но я как-нибудь опять приду.
Спрыгнув на берег, он вытер рукавом нос.
— С тобой интересно! — и поёживаясь, стремглав пустился к вигвамам.
На следующий день девушка прихватила с собой самую закопчённую рыбину, но юного аратача на берегу не оказалось. Пришлось есть самой.
Неторопливо возвращавшуюся Фрею скоро обогнала группа женщин, решивших, пользуясь улучшением погоды, запастись хворостом.
— За рыбой ходила? — поинтересовалась Поющая Сова, скользнув по ней равнодушным взглядом.
— Да, — коротко кивнула девушка.
— Много набрала?
— Кое-что есть, — осторожно ответила Фрея, на всякий случай добавив. — Владыка вод не оставляет своей милостью.
Кто-то из женщин насмешливо фыркнул, но большинство продолжали болтать между собой, не обращая внимания на Бледную Лягушку.
"Кажется, я перестала быть главной темой местных сплетен", — удовлетворённо подумала та, отступая, чтобы пропустить аратачек вперёд.
Последняя из них остановилась, и девушка сразу узнала Лесную Крапиву. Бросив короткий взгляд на подруг, она что-то достала из-под меховой куртки и протянула Фрее.
— Вот возьми, а то над тобой все смеются. Говорят, ты носишь воронье гнездо на голове.
Открыв от удивления рот, та механически взяла деревянный гребень с редкими зубьями и выжженным узором в виде изломанных линий. Хихикнув, Лесная Крапива поспешила за удалявшимися соплеменницами.
— Вот батман, — пробормотала девушка, не зная, как относиться к такому подарку.
Отшельник как-то выдал ей нечто, напоминающее расчёску из дерева и зубов какого-то зверя, но Фрея умудрилась её сломать.
Вздохнув, она убрала гребень за пазуху. Как ни относись к аратачам, насчёт её внешнего вида те правы. Если одёжку хоть и с трудом, но удавалось содержать в относительной чистоте, то причёска совершенно никуда не годилась. Волосы, которые девушка заделывала в хвостик с помощью кожаного ремешка, как-то очень быстро выбивались, падая на лицо жирными сосульками.
Проще всего заплести их в косы. К сожалению, подобная причёска имеет здесь не только эстетическое и практическое значение, но служит ещё аттестатом половой зрелости, а также свидетельством о браке. А уподобляться Сухому Ручью с его неопределённой ориентацией как-то не хотелось.
"Помыться бы надо", — подумала она, подходя к жилищу Отшельника. Раньше девушка регулярно принимала ванны. Но не ходить же в пещеру на виду у всего стойбища? Да и мало ли кто там моется?
Очевидно, то ли лично Владыка вод, то ли ещё какой-то дух рангом поменьше услышал-таки её сетования. Потому что, едва войдя, Фрея узнала, что заморец собирается навестить любимую дочь.
— Я попрошу её сшить тебе мокасины, — пообещал он на прощанье. — Если у них подходящая кожа найдётся.
И не удержался от укола.
— Ту, что подарил Одинокий Орех, ты уже извела.
— Я помню, — мрачно проговорила девушка, едва за ним закрылась дверь.
Старик отсутствовал достаточно долго. Так, что она успела нагреть воды, быстренько-быстренько сполоснуться прямо в хижине и даже высушить волосы у печки. Потом Фрея долго их расчёсывала подаренным гребнем, смотрясь в тусклое серебро кувшинчика.
Изведя весь запас воды на гигиену, она отправилась к ручью, а когда вернулась, застала у дверей недовольного хозяина.
— Где ты шляешься? — очень невежливо поинтересовался тот и, не дожидаясь ответа, скомандовал:
— Пошли!
— Куда? — насторожилась девушка, снимая с плеча связанные верёвкой кувшины.
— В вигвам Медвежьего Уха, — нетерпеливо пояснил старик. — Снежный Ландыш снимет с тебя мерку.
Пришлось второй раз за день спускаться в долину. Отшельник с зятем остались беседовать у костра о своих важных мужских делах, а женщины забрались в жилище.
— Разувайся, — распорядилась аратачка, доставая из корзины свёрнутую кожу. — Ставь ногу сюда.
