Обычно белые либералы предпочитают поддерживать черных либералов, высказывающих такие обвинения, вместо того чтобы выступать с обвинениями от своего имени. Но иногда они все же берут на себя такую ответственность. Так, например, Морин Дауд пишет о том, что «невозможно не испытывать отвращения» к таким неграм, как Кларенс Томас. По мнению Дауда, этот член Верховного суда ненавидит себя за «свою собственную великую историческую неблагодарность» по отношению к белым либералам, или же это чувство «просто сводит его с ума». Выбирайте сами. Стил так сформулировал суть расистского мышления: «Мы бросим вам подачку в качестве компенсации, если вы позволите нам свести вас к вашей расе, давая нам тем самым моральное право на “оказание вам помощи”. Когда вас называли “неграми” в эпоху сегрегации, по крайней мере, от вас не требовали благодарности»[482].
Маргарет Сэнгер (созданная ею Американская лига контроля за рождаемостью впоследствии стала Федерацией планирования семьи) была основательницей движения за регулирование рождаемости. В настоящее время она считается либеральной «святой», основоположницей современного феминизма и одним из светочей прогрессивного пантеона. Глория Фельдт из Американской федерации планирования семьи заявляет: «Я стою на стороне Маргарет Сэнгер, возглавляя организацию, которая продолжает начатое ею дело». Первым черным председателем этой организации стала Фэй Уоттлтон (объявленная «женщиной года» журналом Ms. в 1989 году), которая, по ее собственным словам, «гордится» тем, что «идет по стопам Маргарет Сэнгер»[483]. Американская федерация планирования семьи ежегодно вручает награды Maggie Awards частным лицам и организациям, которые продолжают дело Сэнгер. В числе награжденных целый ряд либеральных кумиров, от писателя Джона Ирвинга до продюсеров драматического сериала «Левое крыло» Национальной радиовещательной компании. Либеральные почитатели Сэнгер всячески стараются умалить тот факт, что она была радикальной расисткой, в полной мере разделявшей воззрения Е. А. Росса и других «расологов». Более того, она превзошла многих из них.
Сэнгер родилась в 1879 году в городе Корнинг, штат Нью-Йорк, в бедной семье, в которой было одиннадцать детей. В 1902 году она сдала аттестационный экзамен и стала дипломированной медсестрой. В 1911 году она переехала в Нью-Йорк, где пополнила ряды представителей трансатлантического богемного авангарда зарождающегося «фашистского момента». «Наша гостиная, — писала она в своей автобиографии, — стала местом встреч для либералов, анархистов, социалистов и представителей организации “Индустриальные рабочие мира”»[484]. Являясь членом женского комитета Социалистической партии штата Нью-Йорк, она участвовала во всех акциях протеста и демонстрациях. В 1912 году она начала публиковать в New York Call заметки по вопросам половой жизни под рубрикой «Об этом должна знать каждая девочка». Роль контрацепции стала одной из главных тем ее авторской колонки.
Последовательница анархистки Эммы Голдман, еще одной сторонницы евгеники, Сэнгер стала первой в Америке «мученицей за ограничение рождаемости», когда она была арестована за распространение презервативов в 1917 году. Для того чтобы избежать повторных арестов за нарушение законов об ответственности за непристойное поведение, она уехала в Англию, где попала под влияние Хейвлока Эллиса, теоретика психологии сексуальных отношений и горячего сторонника принудительной стерилизации. У нее также был роман с Гербертом Уэллсом, который называл себя приверженцем «либерального фашизма». Ее брак распался рано, а один из ее детей, которому она, по собственному признанию, уделяла недостаточно внимания, умер от пневмонии в возрасте четырех лет. Более того, она всегда признавала, что не создана для семейной жизни, предполагая, что она «неподходящий человек для любви, дома или детей и всего того, что требует внимания и рассудительности»[485].
Под лозунгом «репродуктивной свободы» Сэнгер разделяла почти все евгенические воззрения, о которых шла речь выше. Она ратовала за запрет размножения «непригодных» и регулирование рождаемости для всех остальных. Она с пренебрежением относилась к мягкому подходу «позитивной» евгеники, высмеивая его как «соревнование в деторождении» между «пригодными» и «непригодными». «Больше детей от пригодных, меньше — от непригодных. Это главный вопрос регулирования рождаемости», — без обиняков написала она в 1922 году в своей книге «Ось цивилизации» (The Pivot of Civilization). (Эта книга вышла с предисловием Уэллса, в котором он провозгласил: «Мы хотим, чтобы детей было меньше и они были лучше... и мы не сможем создать систему общественных отношений, к которой стремимся, с невоспитанными, плохо обученными полчищами неполноценных граждан, которых вы нам навязываете». Две цивилизации находились в состоянии войны: одна из них выступала за прогресс, а другая тяготела к миру, «наводненному беспорядочным потоком потомства»[486].)
