Значительная часть рассуждений о либерализме предполагает именно такое понимание: либерализм – желание свободы. Показательно, что слова либерализм в словаре Даля вообще нет. Приведем несколько примеров употребления этого слова из «Национального корпуса русского языка»:
Подлинный либерализм всем жертвует ради подлинной свободы человека и готов идти на самые глубокие социальные преобразования для того, чтобы его защитить от разных видов угнетения. [М. А. Алданов. Истоки. Части 9-17 (1942–1946)]
Либерализм – это идеология прав и свобод человека. [Анатолий Кучерена. Бал беззакония (2000)]
Либерализм поощряет свойственную юности любовь к свободе. [Идущие против // РИА Новости, 2006.04.07]
Можно просто определить либерализм как как любовь к свободе. Именно так это делает Глеб Нержин – персонаж романа Солженицына «В круге первом». Его друг Лев Рубин (убежденный коммунист) в споре привел ему высказывание Ленина: «у рыцарей либерального российского языкоблудия скептицизм есть форма перехода от демократии к холуйскому грязному либерализму». Нержин реагирует на это высказывание так:
Когда аргументов нет – вот так ругаются. Рыцари языкоблудия! – произнести противно. Либерализм – это любовь к свободе, так он – холуйский и грязный. А аплодировать по команде – это прыжок в царство свободы, да?
Сходным образом и Владимир Рыжков определил либерализм как «мечту об индивидуальной свободе» (пример из «Национального корпуса русского языка»):
Его удивительная система взглядов, органично связавшая воедино мечту об индивидуальной свободе (или либерализм) с искренним патриотизмом и даже русским национализмом (то есть консерватизм), горячее стремление к демократии одновременно с признанием необходимости сильного и авторитетного государства, возможно, лишь сегодня может быть нами оценена в полной мере. [Владимир Рыжков. Возвращение Струве. Книга недели (2002) // «Известия», 2002.05.15]
Для обозначения любви к свободе в русском языке есть слово свободолюбие. Однако, сопоставляя слова либерализм и свободолюбие, мы сразу можем видеть коренное различие между ними, состоящее в том, что свободолюбие представляет собою характеристику частного человека, тогда как либерализм – это скорее характеристика представлений о политике властей. При этом свободолюбие скорее черта характера, часто не вполне осознаваемая самим человеком, а либерализм – сознательно принимаемая человеком система воззрений. Частный человек может придерживаться либеральных взглядов, но его поведение не может характеризоваться как либеральное. Иными словами, свободолюбие предполагает в первую очередь желание свободы для себя, а либерализм – это система взглядов, согласно которой власти должны как можно меньше ограничивать свободу. Поэтому частное лицо может проявить свободолюбие, но проявить либерализм может только в пределах своей власти (напр., родители могут проявлять либерализм в воспитании детей).
Это ярко проявляется в глаголе либеральничать. Как мы видели, для Даля этот глагол характеризует поведение частного лица, проявляющего политическое вольнодумство. Но в современном языке этот глагол преимущественно употребляется как неодобрительное обозначение «попустительства», т. е. ситуации, когда тот, кто наделен властью, не использует эту власть для ограничения возможности нежелательного поведения.
