- Никто не должен знать, - прошептала я, глядя ему в глаза. – Об этой ночи… Ты же знаешь, Маковецкий, иначе мы сломаем друг другу жизнь…
- Знаю, - прошептал он, касаясь губами моего лба на мгновение. Он прижал меня к себе, утыкаясь носом в мою макушку. – Никто ничего не узнает. Только одна ночь – и всё.
- И всё, - повторила я эхом, почему-то почувствовав облегчение.
Мне снилось синее море. Оно казалось мне самым спокойным на свете. Я была одета в очень красивое платье из тонкой белой ткани. Оно развевалось на теплом ветерке, который расцеловывал мне щёки и грел плечи. Солнце было жарким, а соленые брызги щекотали кожу. Я стояла на высоком камне совсем одна – вокруг был только бескрайнее море.
Камень был нагрет солнцем, и ступням было тепло и приятно. Опустив взгляд, я посмотрела в сине-зеленую толщу воды – бескрайняя глубина уходила, казалось, в бездну. Какой чистой и притягательной была эта морская прозрачность. Такая спокойная, с белоснежной пеной…
Мне показалось, что темнеет, и я вздрогнула. И правда: небо стали затягивать тучи. Там на горизонте уже всё было черным, и море начинало беспокоиться.
- Как мне выбраться? – спросила я хрипло. Заметалась, глядя по сторонам, и чуть не упала в воду. – Как?
Мне было страшно. Волны становились всё выше и выше, ветер был так силен, что я едва ли не захлебывалась им. Страшная темень надвигалась на меня, сверкая на небесах. И море, казалось, могло поглотить меня, убить…
- Прыгай. Ты боишься, но тебе надо прыгнуть. Потому что твой выход там, твой путь, твоя жизнь…
Я слышала этот голос, но не могла понять откуда он был. Шторм становился всё больше, и я уже почти едва-едва держалась на камне, цепляясь за него из последних сил.
«Значит, надо прыгнуть», - подумала я. Распрямившись, я развернулась и, закрыв глаза, прыгнула в манящую глубину – она оказалась теплой, мягкой и уютной.
Я открыла глаза, просыпаясь. Сладкий сон рассеялся, и я глубоко вздохнула, наслаждаясь спокойствием, окутавшим меня. Всё расплывалось в бликах утреннего света. Потерев глаза, я дотянулась до прикроватной тумбы и нащупала душку очков. Надев их, уставилась в потолок, но лишь на секунду. Олег ещё спал. Я смотрела на него, и он казался мне самым красивым на свете мужчиной. Может быть, так оно и было. Светлые прядки были разбросаны по лбу, касались скулы. Ресницы чуть подрагивали, губы были бледны и чуть приоткрыты. Права рука его лежала на моем боку. Я осторожненько перекатилась на край кровати и выскользнула из-под простыни.
Где было мое белье и одежда, я даже и не помнила. На цыпочках добралась до коридора, затем, прикрыв дверь, направилась в душ, предварительно собрав в гостиной свои вещи.
В душе, прижавшись спиной к стене, я вспоминала прошедшую ночь и улыбалась. Никогда я ещё не чувствовала себя так хорошо, даже волшебно. Сердце сладостно упивалось ощущением легкости и счастья, хотя я и понимала, что сейчас же должна была пресечь свои романтические настроения, но мне едва это удавалось.
Я искренне надеялась на то, что мы с Олегом всё-таки не сломаем вдребезги свои жизни тем, что произошло между нами. В конце концов, мы договаривались.
Выбравшись из душа, я укуталась в махровый халат Маковецкого и направилась на кухню. Хотелось выпить кофе.
Я как раз выпила пол чашки, когда на кухню зашел Олег.
- Доброе утро, - сказал он и улыбнулся мне. Улыбнулся так, как никогда не улыбался: так тепло, уютно, а главное – нежно. – Ну, как дела?
- Доброе, - немного смущенно улыбнулась я. – Всё хорошо. А у тебя как?
- Даже и не помню такого прекрасного утра.
Олег подошел ко мне, притянул меня к себе и коснулся губами моего лба.
- Олег, прошу тебя… – Я покраснела и отвела взгляд. – Мы вообще-то совсем нехорошо поступили по отношению к Кристине…
- Мы с Кристиной расстались, - сказал Маковецкий, осторожно беря меня за подбородок и поворачивая мое лицо к себе. – Я вчера сказал ей об этом.
- А ещё мы с тобой всё вчера решили… – прошептала я, когда он склонился, чтобы провести губами по моей скуле.
- Ещё один поцелуй и всё… Всё будет по-прежнему.
Олег поцеловал меня. И я бы ни за что не смогла отказаться от этого поцелуя. Мы, наверное, могли бы целоваться так вечность.
Господи, ну какая же я глупая…
Зазвонил телефон. Я вздрогнула, Олег отстранился от меня и ещё некоторое время рассматривал мое лицо.
Телефон Маковецкого неумолимо трезвонил. Выудив смартфон из кармана брюк, он лишь коротко взглянул на экран и сразу снял трубку, но я успела увидеть, кто звонит.
- Да, - ответил Олег и вышел из кухни.
Я закусила губу. Взяла чашку со своим остывшим кофе и растерянно сжала её в руках. Я не могла не прислушиваться, потому что звонила Кристина.
- Я приеду вечером. Да. Так и скажи им.
Олег разговаривал холодно, и я почему-то ненавидела себя за это.
- Как можно быть такой тупой… - прошипела я почти со слезами. Качая головой, я положила руку на лоб. – Ненавижу себя за всё…
- Не порть им праздник. Скажи, что в одной, но я буду спать внизу. – Олег помолчал. – Нет. Всё.
Олег сбросил звонок. На кухню он вернулся злой.
