Об этом я ещё не думал. То, что не смогу вернуться в свой мир, мне сразу стало понятно. Именно поэтому я решил, как можно быстрее влиться в новую жизнь. Однако о продолжении рода и потомках я точно не задумывался. Хотя… почему нет? Женюсь, заведу детишек, передам им свои способности… СТОП! А какая именно магия передастся моим детям: Великого алхимика Валериана или потомка аптекарского рода Александра Филатова? Хм, здесь есть о чём подумать.
Подъехало такси, оторвав меня от этих мыслей. Мы сели на заднее сиденье и здесь стало понятно, что дед заметно нервничал. Он даже не смог с первого раза назвать адрес.
Насколько я понял, мы ехали явно на окраину города. Высокие здания постепенно сменились симпатичными особняками, утопающими в зелени.
Таксист остановился у величественного особняка, выглядывающего из-за высоченных тополей. Пока дед расплачивался с водителем, я вышел из машины и окинул взглядом старинное здание с вычурными барельефами в виде цветов, из которых высунулась голова льва с распахнутой пастью.
Я ошибся. Вся величественность особняка осталась в прошлом, теперь это был запущенный дом с облупившейся краской, гнёздами птиц под крышей и потрескавшимися окнами. Неужели здесь живёт советник императора? Неожиданно. Он что, много лет не занимался домом?
— Эх, прошли те времена, когда я здесь был желанным гостем, — сказал дед, когда подошёл ко мне. — По молодости мы часто встречались. Сидели в гостиной за бокалом бурбона и мечтали.
— О чём мечтали?
— О том, что станем богатыми и влиятельными. Победим всех врагов империи и навсегда останемся лучшими друзьями. У него получилось стать богатым и влиятельным, а у меня… В принципе тоже получилось, но вон оно чем всё закончилось! А друзьями мы не остались. Развела нас судьба.
Он тяжело вздохнул и двинулся к лестнице. Когда мы подошли к двери, старик Филатов замер, не решаясь позвонить в дверной звонок.
— А если он не захочет со мной разговаривать? — еле слышно спросил он.
— Не узнаешь, пока не спросишь.
— Ты прав, — кивнул он и решительно нажал на чёрную кнопку.
Из дома донеслись звуки дверного звонка. Дед припал ухом к двери, прислушиваясь.
— Спит, наверное. Зря мы пришли. Нехорошо как-то без приглашения, — он развернулся, намереваясь уйти, но тут замок щёлкнул, и дверь открылась.
Я увидел молодую женщину в чепце служанки и в белоснежном переднике. Она выжидательно уставилась на нас.
— Евгений Фёдорович дома? — как-то робко спросил дед.
— Дома. Где же ему ещё быть посреди ночи? А кто его спрашивает? — служанка явно быстро оценила наш внешний вид, и поэтому разговаривала нехотя, будто лень рот открыть ради нас.
— Скажите, что Филатов Григорий Афанасьевич с внуком приехал. Но если он спит, то…
Тут издали послышался бас.
— Зинка, кто там⁈
— Какой-то Филатов с внуком! — прокричала она в ответ. — Прогнать?
— Я-те прогоню, дура! Проводи ко мне гостей!
Служанка недовольно поморщилась, распахнула дверь и пошла вглубь дома. Мы с дедом переглянулись и двинулись следом.
По обстановке стало понятно, что Ермолин когда-то был при деньгах: дорогая аппаратура соседствовала с добротной старинной мебелью и различным антиквариатом, но светлые прямоугольники от картин на стене и опустевшие полки для статуэток говорили, что сейчас дела у него идут не очень.
Служанка привела нас в кабинет и, доложив о нашем приходе хозяину, быстро ушла. Евгений Ермолин сидел за столом из красного дерева и вертел в руках трубку. Это был крупный широкоплечий мужчина с короткострижеными волосами и с массивным волевым подбородком. На глазах у него были солнечные очки и смотрел он прямо перед собой, хотя дверь находилась слева от него.
— Гриша, это, действительно, ты? — спросил он, даже не сменив позы.
— Я, Женя, — ответил Филатов.
Мужчина на мгновение задумался, закусив нижнюю губу, но затем кивнул и указал на кресла перед собой.
— Проходи, садись, раз пришёл. Не ждал тебя.
Когда мы опустились в кресла, стало понятно, что хозяин дома слепой. Он протянул руку для рукопожатия, но не к нам, а куда-то вбок.
Дед двумя руками пожал его ладонь, с сочувствием вглядываясь в знакомые черты лица. Я видел, что ещё чуть-чуть и он расплачется, поэтому решил вмешаться.
— Приветствую вас, Евгений Фёдорович. Меня зовут Александр Филатов, я внук Григорий Афанасьевича.
— Да-да, Зинка же сказала, что с внуком. Я уж и забыл. Совсем памяти нет. Здравствуй, Сашка. Видел тебя ещё совсем маленьким, — он протянул руку на звук моего голоса. — Столько лет прошло, а будто один день.
Я пожал сухую мозолистую, но довольно крепкую руку.
— Женька, что же с тобой приключилось? — с сочувствием спросил дед и опустился на стул. — Я не знал, что ты ослеп.
— Ох, Гриша, и не спрашивай, — горестно вздохнул Ермолин и отодвинулся на кресле от стола. — Я не только ослеп.
Мы увидели, что у мужчины нет обеих ног чуть выше колена. М-да, бедолага. Не хотел бы я такой жизни. Уж лучше смерть.
— Ох ты ж… — ошарашенный дед покачал головой. — Кто же тебя так?
