Джон глупо пялится куда-то мимо него, облизывая нервно губы, кадык дергается на шее. Шерлок видит небольшой порез за ухом, и не смытую полоску пены на шее. Очень хочется дотронуться пальцами, чтобы стереть ее, ощутить мягкость кожи, жесткость волос на висках, щеточку ресниц, пшеничные брови… Шерлок одергивает себя, заставляя сосредоточиться.
- Так пустишь? – спрашивает, наконец.
- Да, прости, - Джон отступает в сторону, потирая шею, все еще смущаясь, - просто ты сказал, что девушки тебя не интересуют, значит ли это, что…
- Что? – Шерлок в упор смотрит на Джона, не понимая, к чему тот клонит, боясь трактовать, и в то же время желая трактовать его вопрос так, как хочется, будто бы его личный интерес взаимен.
- Ничего, - Джон закрывается, пряча смущение за привычной сдержанностью. – Заходи. Выпьешь со мной чаю?
Шерлок вспоминает свое давешне любопытство по поводу содержимого холодильника Джона и соглашается:
- С удовольствием.
Они идут на кухню, чуть сталкиваясь локтями и плечами, и Шерлоку хочется идти рядом с Джоном так вот, рядом, по улицам Лондона и не только. Однако здесь и сейчас оба они ограничены собственными недугами и этими блеклыми стенами.
Шерлок очередной раз наблюдает Джона на кухне и очередной раз восхищается его свободой и легкостью во взаимодействии с окружающим пространством. Он не смотрит по сторонам, но протягивает руку именно туда, где стоит чайник, безошибочно отмеряет нужное количество чая, едва заметно контролируя процесс тактильно. У него все под рукой и все на своих местах. Ради эксперимента Шерлок незаметно переставляет сахарницу меняя ее местами с солонкой, и Джон хмурится, ощупывая пальцами незнакомый предмет.
- Шерлок, хватит хулиганить, - немного напряженно говорит он, и выдыхает с облегчением, когда тот искренне кается.
Только тогда Шерлок понимает, что шутка не вполне удачна, поскольку призрак (или не призрак) любит подшутить над Джоном аналогичным образом. Его сердце замирает, когда Джон заливает кипятком заварной чайник, и начинает дышать, когда понимает, что и этот процесс отработан до мелочей. Джон ставит перед Шерлоком чашку с изумительно ароматным чаем, добавляет в свою молоко и садится напротив, безмятежно улыбаясь пространству.
- Могу предложить только зефир и шоколадное печенье, - произносит он, но Шерлок отказывается – в ожидании групповой психотерапии ему кусок в горло не лезет.
- Как я должен себя вести? – спрашивает Джон, грея ладони о чашку чая. – Тебя интересует что-то конкретное, или я волен действовать на свое усмотрение?
- Ничего выяснять не надо, - произносит Шерлок, гипнотизируя губы Джона, которые тот периодически облизывает, глядя застывшим синим взглядом куда-то за спину Шерлока. – Я буду только наблюдать, если что-то меня заинтересует, разговор на это выведу сам. Можешь мне подыгрывать – возражать не буду.
- Надеюсь, обойдешься без провокации, - замечает Джон, делая маленький глоток и возвращая чашку обратно.
Розовый язык мелькает между губ, и внизу живота Шерлока растекается приятное тепло. Он гулко сглатывает, прослеживая движение языка, отмечая влажный блеск на губах, их нежно-розовый цвет, гадая, какие они на вкус.
- Шерлок, - голос Джона напряжен, - ты что, опять пялишься на меня?
Шерлок снова сглатывает, не отрывая взгляда от рта Джона, который неудержимо хочется поцеловать.
- Нет, что ты, - произносит он старательно сдержанно, изо всех сил пытаясь скрыть охватившее возбуждение, - я вовсе не смотрю на то, как ты облизываешь свои губы. Я вовсе о них не думаю, я вовсе не хочу их… - Шерлок обрывает свой эпический конфуз, понимая, что, кажется, его личный интерес становится до неприличия очевидным.
Джон молчит, не шевелясь, и Шерлок задерживает дыхание, ожидая, что сейчас его попросят удалиться.
- Ты сидишь напротив меня? – интересуется Джон натянуто.
- Да, - Шерлок не понимает, к чему ведет Джон.
- Между нами моя чашка, сахарница, вазочка с зефиром, твоя чашка? – уточняет он.
- Да, только вазочка не строго по центру, а на шестьдесят градусов справа от тебя, - Шерлок все еще не понимает к чему Джону эта информация, но старается быть максимально точным, понимая, как трудно слепому ориентироваться в пространстве.
- Спасибо, - кивает Джон, отодвигает в сторону свою чашку и сахарницу, протягивает руки и также отодвигает и чашку Шерлока, а потом поднимается, наклоняется к Шерлоку и касается губами его губ.
