Для примера рассмотрим простейшее и традиционное занятие детей - собирание жуков. Стоит упомянуть, что с этих развлечений начинал и Чарльз Дарвин, который в страстной охоте за жуками даже пихал их в рот, если руки были заняты. Так или иначе, но сажать больших и красивых жуков в спичечные коробки и баночки пробовали почти все, кроме тех, кто их ест. Жуки обычно удирали или терялись, лишь слегка задерживаясь в мимолётной детской памяти. Такой простейший интерес можно превратить в способ индивидуального становления мозга. Для этого достаточно сводить юного натуралиста в приличный зоологический музей, купить пару книг и определитель насекомых. Если интерес возникнет и удержится, то подросток начнёт тиранить родителей на предмет покупки специальных морилок, коробок, пинцетов, сачков, расправилок и прочего энтомологического имущества. Это хороший признак серьёзности занятий и начавшегося рассудочного саморазвития. При удачном стечении обстоятельств коллекционирование насекомых может стать долговременным увлечением и даже профессией. Такой путь вполне успешно был пройден Ч. Дарвином и многими другими натуралистами и учёными прошлого. Существенным моментом в этом занятии будет навязчивое желание заполучить бинокулярный микроскоп. Он необходим для определения видовых признаков насекомых.
Вполне понятно, что если дело дошло до определения видов насекомых, то процесс становится достаточно канализованным. Речь идёт о появлении склонности к регулярному сравнению и систематизации объектов коллекционирования. Для подростка это почти невыполнимая задача, если созревание его неокортекса не достигло уровня объективного анализа внешнего мира. Возраст 11-12 лет вполне возможен для появления столь сложных интересов. При таком развитии событий возникает крайне необходимый набор свойств мозга, который постепенно трансформирует обезьяноподобного экстраверта в рассудочного интроверта. Родителям станет намного труднее и тяжелее управлять здравомыслящим подростком, нежели открытой интуитивной мартышкой. Зато у него есть шанс приобрести, уже вопреки желаниям родителей, драгоценную самостоятельность и критичное отношение к окружающему миру.
Все эти прекрасные занятия и интенсивное совершенствование мозга начинают понемногу затухать с появлением первых признаков созревания и дифференцировки половых центров. По сути дела, ещё зачаточное самосознание становится частью социального позиционирования ребёнка в пубертатный период, когда оно маскируется буйными проявлениями половых гормонов. Если оно проявляется в очень поздний период развития, то возникают многочисленные проблемы внешнего управления поведением. Это явление происходит довольно часто и трансформируется в примитивный контроль и надзор за дитятей со стороны родителей. Иногда контроль переходит к социальной системе или к искусственному отбору на улице. В таких случаях никакого самосознания на протяжении всей жизни может и не возникнуть, а счастливое существование будет проходить по простейшим биологическим законам. Беспокоиться по этому поводу не стоит, поскольку на способность есть, пить и размножаться слабенький интеллект не влияет. Можно успокоиться тем, что шанс появления ребёнка с развитым самосознанием просто откладывается на несколько поколений.
Интенсивное наполнение личного мозга происходит около 30 лет после рождения, а затем дело идёт всё тяжелее и постепенно заменяется инволюцией. По этой причине следует обратить особое внимание на ранние годы выращивания центральной нервной системы. Попробуем понять, что именно и зачем наполняется в нашем растущем мозге. Осознав этот процесс, можно попробовать повлиять и на поступающий наполнитель. Как я уже многократно писал, поначалу наполняется всякой всячиной лимбическая система, которая дифференцируется первой (Савельев, 2021б). Эти запечатления социальных инстинктов происходят непроизвольно в совершенно пустом мозге ребёнка. При этом нет никаких внешних признаков подобных запечатлений, которые проявятся намного позднее в устойчивых индивидуальных наклонностях. Затем наступает период созревания большого неокортекса и приобретения личного опыта. Всего через несколько лет происходит окончательная морфофункциональная дифференцировка половых центров, которые на некоторое время подчиняют себе весь мозг. После репродуктивного экстаза большинство людей включаются в более или менее осмысленное самоформирование, которое обременено всеми предыдущими глупостями.