Человеческая часть нашего мозга постоянно сражается с обезьяньей и частенько проигрывает как местные стычки, так и глобальные процессы. Только у некоторых счастливцев рассудок может выиграть эту войну, но к тому моменту ни сил, ни времени для жизни уже не остаётся. Тем не менее простейшее противостояние лимбической и кортикальных систем немного сложнее, чем кажется. На самом деле существуют две независимые корковые системы, противодействующие всесильному лимбическому комплексу. Одна принадлежит к древним механизмам и распространена у всех приматов. Этот древний путь взаимодействий реализуется через поясную извилину или лимбическую кору. Более новый путь осуществляет персонифицированный контроль за лимбической системой через нижнюю часть лобной области. Рассмотрим оба механизма по отдельности.
Наиболее архаичные взаимодействия неокортекса и лимбической системы происходят через поясную извилину. В этом случае кора используется как справочный аппарат для лимбической системы. Это основной и самый древний биологический путь взаимодействий инстинктивно-гормональной и рассудочно-кортикальной систем со времён ранних млекопитающих. Эволюционное увеличение неокортекса сопровождалось формированием мощной системы связей, проходящих через поясную извилину. Эта извилина простирается от лобной до затылочной доли, а её нейроны имеют окончания как в большинстве кортикальных полей, так и в центрах лимбической системы. Именно через неё происходит интеграция индивидуальной информации с инстинктивными желаниями и страстями лимбической системы. По этой причине половые центры сенсомоторного контроля находятся именно на медиальной поверхности полушария. Они прилежат к поясной извилине в лобной и теменной областях, детерминируя сексуальные пристрастия и масштабы удовольствий от творческой стимуляции половых механорецепторов.
Вполне понятно, что этот древнейший путь взаимодействия лимбической и кортикальных систем очень обширен и охватывает почти весь неокортекс. Иначе говоря, кора полушарий эволюционировала для повышения адаптивности конкретных инстинктивных решений лимбической системы. В каждом поле накапливаются опыт и навыки индивидуального анализа, которые затем используются для приспособления к изменяющимся условиям обитания. Все эти усилия направлены на обеспечение простейших инстинктивных форм поведения: добывания пищи, размножения и социальной доминантности.
Не вызывает сомнений, что преодолеть активность рано дифференцирующейся и доминирующей в поведении детей лимбической системы очень сложно. До 7-9-летнего возраста это практически невозможно, а затем зависит от индивидуальных особенностей созревания мозга. Этот конфликт между созревающей корой и врождёнными инстинктивными страстями разрушает мозг больше, чем любые социальные страдания. За лимбической системой - весь видовой опыт, а в активе неокортекса - нечётко усвоенные и противоречивые социальные инстинкты.
Человеческая личность на базе неокортекса начинает пробовать свои силы далеко не сразу. Примерно до 10-летнего возраста доминируют незатейливые желания или примитивное подражание непубличным желаниям взрослых. В этой возрастной группе обычно доминируют биологические пристрастия, но без репродуктивного второго дна. Мальчики откровенно стремятся достигнуть большой известности, получить с её помощью побольше денег и обзавестись предметами роскоши. При этом самыми притягательными образцами для подражания среди известных певунов, плясунов и говорунов являются максимально примитивные особи.
Их соблазнительность для детей состоит не в талантах, которых нет и следа, а в очевидности простейшего пути к социальному успеху. Дело в том, что доступная детскому пониманию своеобразная "лимбичность" самого примитивного поведения от убогого образца притягивает подростков своей понятностью и доступностью. Мои опросы вменяемых и владеющих членораздельной речью представителей этого возраста показали довольно печальные, но ожидаемые результаты. Приведу типичную беседу такого рода с 9-летним Филиппом о его заветных мечтах.
- Филипп, ты о чём мечтаешь?
- Стать таким, как певец М.
- Он же без голоса и слуха, а его песни убогие.
- Но он нравится мне и всем ребятам в классе.
- Чем же этот провинциальный М. так вас покорил?
- Он очень богатый и красивый, я хочу быть на него похожим и сделаю пластическую операцию.
- Если хочешь в певцы, то надо учиться в музыкальной школе и пением заниматься.
- Нет, этого не надо. У М. мама богатая, она ему всё купила. Мне бы денег, а учиться нотам и пению не нужно.
- Допустим, что у тебя всё есть. Что дальше?
- Я бы дом построил, чтобы все завидовали.