Крим ухмыльнулся, но улыбка тут же сползла с его лица.
— Господин маг, Вы бы успокоились, не ровен час, дом спалите.
Ханару потребовалось всего несколько секунд, чтобы осмыслить услышанное, и заклятье «Молния» само собой засверкало на кончиках пальцев. Вот только внутренний резерв чародея еще не восстановился, и магии хватило лишь на синие искры.
— Когда Лета вернется, — процедил маг сквозь зубы, — ты извинишься за свое, не достойное мужчины, поведение.
— И не подумаю. Она сама на меня кинулась, не разобравшись в ситуации. При других обстоятельствах, уже бы мертва была. И потом может ей понравилось.
Ярости, охватившей Ханара от этих слов, хватило на единственный, хоть и тонкий разряд, от которого ассасин с легкостью уклонился, и тот врезался в стену, оставив в бревне обугленную ямку толщиной и глубиной с указательный палец.
— Вы полегче, господин Наритан! А то поранитесь еще невзначай. Хотя, может это у вас так ревность проявляется? Сами-то так трогательно обнимались совсем недавно…
— Когда это такое было? — все еще на взводе, поинтересовался маг, а потом вспомнил, и, смутившись, отвел глаза.
В деревне Номэ Лета бросилась на него, и ощущение тонких рук, обхвативших его, до сих пор не забыл, как не старался. Но вот только получается…
— И как же давно ты за нами следишь?
— Ну, — начал Крим, но был прерван появлением Леты.
С криком «Ханар, помоги!» девушка ворвалась в комнату, едва не сорвав занавеску, случайно задела плечом воткнутую булавку-амулет. «Бздынь» грустно пропел яркий камешек, рассыпаясь радужными осколками.
— Ой, — Лета тут же остановилась, перевела ошарашенный взгляд с осколков, на наемника, и извиняющее уставилась на Ханар, — я случайно, честное слово.
Ассасин уже был на ногах, в руках ножи, а тело его мгновение приобрело гибкость, согнав с себя весь лишний вес. Лицо осталось прежним, и выглядело это жутко.
— Стой! — маг загородил собой девушку. — Это моя демонесса! Она очень неуклюжая.
Мужчина успокоился, и расплылся обратно до состояния пропойца, спокойно обогнул Ханара, достав из поясного мешочка еще один амулет, воткнул его в косяк, практически в тоже место.
— Ты бы, милая леди, поаккуратнее ходила, — пробормотал он, собирая осколки камня, — Вроде тоненькая, а в проемы не вписываешься.
Но Лета, уже не слушая его ворчание, подлетела к магу.
— Ханар, ты должен, нет, ты просто обязан спасти ее!
— Кого еще я там должен спасать? — непонимающе уставился на разъяренную девушку.
— Кошку!
— Какую кошку? — еще больше растерялся Ханар.
— Вся белая, ушки черные, — серьезно ответила Лета. — А этот жиртрест!… Этот бездушный слонопотам! Ее пнул!
Кулаки Леты сжали так, что костяшки побелели, а в глазах зажглась ярость.
— А что вообще происходит? — поинтересовался ассасин, слыша лишь часть разговора, и с любопытством наблюдая за все более вытягивающимся от удивления лицом Ханара.
Маг лишь отмахнулся от наемника, вроде как не до тебя сейчас.
— Лета, я ничего не понял. Давай ты вдохнешь, выдохнешь и четко ответишь мне: кто такой жиртрест, и причем тут кошка?
Слегка успокоившись и взяв себя в руки, Лета уже более спокойно проговорила:
— Я, как вы и просили, проследила за старостой до его дома. Когда он вернулся, был очень зол, искал какого-то Кана, не нашел, и выплеснул все свое недовольство на ни в чем не повинной кошке, — чем дальше говорила девушка, тем взволнованнее становилась ее речь, чтобы хоть как-то успокоиться, она принялась нервно нарезать круги по комнате. — Кошка всего лишь пыталась выскользнуть из дома, когда этот изверг туда входил. И как ему повезло по ней попасть, ведь они такие быстрые, юркие… Она отлетела на середину двора и упала на землю, попыталась встать и не смогла… Что она ему сделала!
Маг быстро, негромко пересказал услышанное Криму, потому как тот желая знать, что происходит и, чувствуя свою полную безнаказанность, принялся привлекать к себе внимание, теребя Ханара за рукав рубахи.
— Вот ведь упырь! — воскликнул ассасин.
— Лета, только не плачь, пожалуйста! — попросил Ханар, видя, что глаза девушки подозрительно блестят.
— Постараюсь. А когда этот… этот… у меня ругательств не хватает! Ушел в дом, и почти сразу из-под крыльца выбежал лохматый, чумазый ребенок, лет шести. Пробежал через двор, схватил кошку в охапку и рванул в сторону ворот. В этот момент жирдяй с криками: «Кан! А ну стой!» выскочил из дверей и побежал следом. Ну и наступил случайно на грабли, которые вдруг появились под его ногами.
— Сами появились?
— Ну, я немного помогла… Пусть почувствует на своей шкуре, как другим больно! А когда подняла голову, спасителя кошки след простыл. Ханар, ты ведь найдешь их? Может еще есть возможность помочь? Я тебе их сейчас нарисую.
Схватила с лавки пергамент и быстро набросала портрет ребенка с кошкой на руках. Черты ребенка оказались смазанными, видимо рассмотреть его Лете точнее не удалось, зато кошка получилась, как живая.
— Лета, — начал Ханар, но узнать собрался он отказаться или согласиться, девушка уже не узнала.
На кухне раздался звонкий мальчишеский голос.
— Деда, ты где?
А следом слегка хрипло со сна:
