— Крим, — опять подсказала Лета.
— Крим, — повторил Ханар.
— Вы вспомнили меня, мой добрый господин. Позвольте мне поведать этим простолюдинам, о вашем великом подвиге, в битве с ужасным монстром, в которой вы едва не погибли! Ведь воспевать самого себя, не достойно для столь скромного человека.
Выпучив от усердия глаза, не дав ошарашенному «господину» и слово вставить, слуга начал повесть «О славных деяниях великого мага».
Говорил он практически возвышенным стихом, изредка соскальзывая во что-то такое, совсем не геройское, вроде: "И встав в позу, мой господин простер руки над головой, произнёс очень заковыристое заклинание и побежал на зверя!… Ну промахнулся малость в запале, с кем не бывает. А то, что не остановился, так это он место для лучшего обзора искал! А с дерева, самый что ни на есть лучший обзор".
И дальше в том же духе. Если верить рассказу, выходило, что бездари охранники лишь путались под ногами у «его великого господина», поэтому и умерли безвременно. Как и глупый ученик, который сам кинулся в зубы монстра, спасая «любимого учителя, что мужественно прятался за его спиной».
Крим вещал, с убийственно серьёзным выражением, искренне веря, в то, что говорил. Он раздувал от усердия щеки, бросал на господина взгляды полные бесконечной преданности и восхищения.
Чем дальше шло повествование, тем сложнее слушателям становилось сдерживаться. У деда Мирхея кашель, за которым он пытался спрятать смех, перерос в хронический. Занавеска в соседнюю комнату подозрительно колыхалась и хрюкала. Лета, пользуясь тем, то её не видят и не слышат, откровенно хохотала в голос, утирая крупные слёзы.
Даже Дарей стал меньше хмуриться, поняв, что перед ним всего лишь два клоуна, один из который не иначе, как по блату выучился на мага, и вряд ли занимает в совете, хоть какую-то должность.
Зато Ханар с каждым словом краснел все больше, ярость клокотала в нем, и в какой-то момент не выдержал и рявкнул:
— Хватит!
Маг попытался вскочить, но в глазах потемнело, и он опустился на лавку.
— Вы правы, господин! — подобострастно подобрался слуга, — Правы! Скромность, вот что украшает героя!
Из комнаты, едва не сорвав занавеску, выкатился красный Сой, с трудом удерживая в себе рвущийся наружу смех.
— Прости деда, мне надо, — прохрипел он и, обогнув старосту, умчался на улицу, откуда спустя мгновение, раздался его звонкий хохот.
— Я достаточно услышал, — пробасил староста, хмуро глянув на мага, и веселость хозяина дома пропала, словно и не было. — Поживете здесь, у Мирхея. Старик с внуком на пару такие хоромы занимают, остальные-то дома большими семьями заняты. Твоему уважаемому господину, думаю, двух дней хватит, что бы восстановиться!
Его "уважаемый", прозвучало совсем не уважительно. А последнюю фразу так и тянуло закончить: «а после, что бы и духу вашего не было на моей территории, на которую вас, кстати, никто и не звал".
Староста поднялся и направился к двери, дед Мирхей пошел его проводить. Стоило им отвернуться, ассасин взглянул на мага, переплел по особенному пальцы, и дотронулся до уха. Это явно был знак, непонятный для девушки, но опознанный Ханаром. Маг коротко кивнул и прошептал, прикрывшись для надёжности рукой, и наклонившись поближе к девушке:
— Лета, сходи, посмотри с кем пришел староста.
— С чего это мне уходить, — возмутилась Лета, — я один единственный раз отвлеклась, а он тебя ножиком порезал. А вдруг уйду, а он тебя чик по горлу бритвой и в колодец.
— Лета, не упрямься, иди, — едва слышно попросил Ханар, — Нам нужны сведения. Далеко только не ходи, вдруг и здесь есть те, кто может тебя видеть.
Хмуро поглядев сначала на мага потом на ассасина, девушка буркнула:
— И почему после всего произошедшего, ты ему так доверяешь?
Ханар промолчал, только раздраженно дернул плечом, Лета уже выучила его этот жест, который означал, что разговоры сейчас не уместны, и он все объяснит потом, в более спокойной обстановке.
— Ладно, — вздохнула она, — но если тебя всё-таки убьют, призраком ко мне потом не являйся.
И не дожидаясь ответа, ушла.
— Тебе обязательно было выставлять меня настолько бездарным идиотом? — раздраженно поинтересовался Ханар, чутко прислушиваясь, не возвращается ли хозяин.
— Вот только не надо так нервничать, господин маг, Вы же не на смотринах у родителей будущей жены, перед которыми нужно предстать в лучшем свете, — ухмыльнулся Крим.
Он тоже прислушивался, пытаясь уловить звуки, доносящиеся с улицы.
— А ты ловко сменил внешность! И без магии… — любопытство в чародее пересилило раздражение. — Ты мимикр, да?
— Тсс, — резко, одернул ассасин, нацепил маску не особо умного человека, и практически сразу же престарелый хозяин дома перешагнул порог.
— Вы, господин маг, не серчайте на старосту, проблем много, а решения нет. Вчера вот еще одна семья на постоянное жительство к нам попросилась, а куда их селить? — извиняясь, проговорил Мирхей, и тут же перескочил на другую тему, — Покушать, господин маг, не хотите ли? Слуга ваш так переживал, что есть не мог, но сейчас, когда вам лучше, я думаю, и он не откажется.
