Что-то изменилось в Де-Лии в тот день, когда ее сменили стражи после слежки за Стрэндж в Подземье. Она вернулась домой вечером несколько обеспокоенная, но совсем не так, как раньше. Если раньше Крона считала ее холодной и отчужденной, то теперь Де-Лия вела себя нервно и встревоженно.
Хотя и Крону было за что критиковать. Она не знала, как ей рассказать о том, что она увидела в Холме-каземате, услышала от Патроне, или то немногое, что она узнала о Шарбоне в процессе расследования.
Они вместе сидели на кухне вечером и чистили оружие. На столе лежали разобранные пятизарядники, и две женщины смазывали маслом их детали.
– Ты выглядишь изможденной, – сказала Крона Де-Лии.
Де-Лия даже не подняла глаз, энергично полируя ручку своего пистолета. Она уклончиво пожала плечами.
– Да, я устала. Но ты не переживай.
– А я думала, это моя
– Не в этом случае.
– Почему?
– Потому что я в порядке, – резко ответила Де-Лия, сжимая в кулаке грязную махровую ткань, будто пыталась выжать из нее кровь. – Не о чем беспокоиться, – поправилась она, опустив плечи. – Меня замучили дурные сны. Как и тебя. Что тут можно сделать? Я хочу вернуть маску хаоса и камень отчаяния – и все мои проблемы закончатся. Раньше никто не погибал из-за того… по моей… Все эти люди были бы живы, если бы не я, понимаешь? Это я виновата во всем, что произошло на юбилее.
– Мы все там были. Мы все несем ответственность, – поправила Крона.
Де-Лия покачала головой, отказываясь согласиться с этим.
– Капитан – я. Значит и вина в конечном итоге лежит на мне.
У Кроны внутри все застыло. Да, люди погибли. И был миллион мгновений, когда любой из их команды мог бы выпрыгнуть из формы и сорвать планы грабителей.
Если бы только она быстрее справилась с лже-варгом, люди были бы живы.
Так что не только Де-Лия виновата. Она не должна нести бремя вину в одиночку.
– Я… Мне нельзя об этом говорить, – осторожно начала Крона. – Мартинеты приказали ни о чем не рассказывать, и я думаю, что это разумно, но… Сегодня, когда я была в каземате, там произошел инцидент. Нападение.
Де-Лия резко подняла взгляд.
– У кого хватило смелости и наглости напасть на Холм-каземат? Он же неприступен.
– Сегодня оказался вполне приступен. Им удалось проникнуть.
– Ты шутишь. Как?
– Никто из нас – тех, кто там был,
– Похоже на страшилку Тало, – сказала Де-Лия.
– Я подумала, что это может быть новый вид магии.
– Магия, которая неподвластна кубам-Фарендигам?
Крона пожала плечами.
– Я знаю, как это звучит. Но допустим, это возможно. Допустим, это произошло. И, что еще более важно, мне интересно, связаны ли нападение и наше дело о Шарбоне.
– Как так?
– Этот невидимый злоумышленник пришел за варгами. На юбилее были варги. Как-то же они проникли в хранилища Холма-каземата. Видимо, так же легко миновали и стражей Дозора на приеме?
Руки Де-Лии замерли. Она на мгновение задумалась.
– Ну, хорошо. Хорошо, да, я понимаю, что ты хочешь сказать. Но как? Откуда бы взялась эта новая магия? Какое-то другое дело? Тогда мы бы знали об этом…
– В Городском архиве отсутствуют правительственные файлы, – напомнила ей Крона. – Это может быть старая магия. Запрещенная. Или абсолютно новая.
– Но как такое вообще можно создать? И из чего?
– Отсутствующее знание или утраченное время могут объяснить последствия – тогда наверняка дерево и стекло. Их умение скрывать себя похоже на варга-имитатора, который сливается с окружающей средой.