Прокуратурой было установлено, что на площади велась стрельба, военное командование заявило, что выстрелы производились только вверх и, главным образом, холостыми патронами. Холостыми стреляли и танковые орудия.
О всех московских планах мистическим образом знали в Вильнюсе. Лидер «Саюдиса» Витаутас Ландсбергис и начальник департамента обороны края Аудрюс Буткявичюс стали обращаться к нации с призывами защитить телебашню и не бояться, потому что им-де доподлинно известно, что патроны будут холостыми.
По одной из версий, стрельба велась с крыш некими «пограничниками», которых организовал Аудрюс Буткявичюс.
Согласно этой версии, простые литовцы, накачанные призывами Витаутаса Ландсбергиса, шли на добровольную смерть, даже не подозревая, что были выбраны на роль «сакральной жертвы».
В своей информационной справке Верховному Совету последний Генпрокурор СССР Н.С. Трубин, ссылаясь на Акт Республиканского бюро судебно-медицинской экспертизы № 29 от 6 февраля 1991 года, написал: «Судя по направлению раневых каналов <…> 6 потерпевших были убиты в результате 1–7 выстрелов в каждого из них с разных точек, в том числе при выстрелах сверху и в спину, т. е. не военнослужащими при непосредственном столкновении с ними лицом к лицу, а боевиками во время их стрельбы из здания телецентра и с крыш ближайших домов».
Сразу же стали заметны многочисленные нестыковки: найденные гильзы оказались от патронов для старых винтовок Мосина явно времен Второй мировой войны. Не могла группа «Альфа» – спецназ КГБ и элита советской армии – бегать с винтовками образца 1898 года в руках. У некоторых погибших были травмы от наезда легковых автомобилей, но не БТРов и танков, как это пытались преподнести. У одного из погибших (Альвидаса Канапинскаса) взорвался взрывпакет в руках – он нес его за пазухой, чтобы бросить в солдат, но по трагической случайности подорвался сам. Но и он тоже был приписан к жертвам «советской агрессии». Был найден также человек (Игнас Шимулёнис), чей труп был расстрелян, когда он был уже мертв – в теле были обнаружены пули из разного вида оружия.
Слишком много деталей до сих пор не раскрыты. На основании этого я и пришла к тем выводам, которые описала в своей книге: жертвы трагических событий в Вильнюсе 13 января 1991 года не могли быть убиты солдатами советской армии и спецназом КГБ. Всех этих людей подставили.
28 мая 1991 года тогдашний Генеральный прокурор СССР Н.С. Трубин, выступая перед Верховным Советом, отметил следующее: лейтенант КГБ Виктор Шатских, которому было всего двадцать лет, шел замыкающим в цепочке спецназовцев и был убит выстрелом в спину. Псковскому десантнику Евгению Гаврилову оторвало взрывпакетом пятку, больше сотни советских солдат были травмированы. Однако этим «советским» фактам никто в Вильнюсе не захотел верить.
Но это все было потом, а пока, 20 января 1991 года, в Москве прошла крупная демонстрация в знак протеста против событий в Вильнюсе. Более 100 тысяч участников (по другим данным – от 200 до 300 тысяч человек) требовали отставки президента СССР М.С. Горбачева, а также выступали против применения военной силы советской армией в отношении Литвы.
14 января 1991 года премьер-министром СССР был назначен В.С. Павлов, и именно этот человек стал инициатором конфискационной денежной реформы, впоследствии названной «павловской».
Правительство рассматривало сбережения населения не как заработанное «потом и кровью», а как некий «денежный навес», не обеспеченный товарами, который нужно снять отъемом – денежной реформой. Такие удары никогда не забываются и не прощаются, особенно если экономика и реальные доходы населения падают. Именно такой была денежная реформа Павлова.
