Он неторопливо подошел к ней, остановился напротив, перевернул контейнер вверх дном и уселся на него, как на низкую табуретку. Пнул подошвой массивного ботинка разбитую ампулу и уронил предплечья на полусогнутые колени.
— Прости. Я не рассчитал силу удара. Не думал, что ты настолько хлипкая.
Келли молчала, исподлобья наблюдая за ним. Дыхание почти восстановилось, боль в груди поутихла. Получилось даже украдкой прощупать ребра сквозь ткань куртки — вроде целы.
— Я не хотел навредить тебе.
Неожиданно. Каких-то несколько секунд назад она готовилась к смерти, а он, вместо того чтобы убить, разговоры разговаривает.
Извиняется даже.
Только не верилось, что искренне.
— А чего ты хотел?
Он покаянно уронил голову ниже плеч и взъерошил пятерней короткий ежик волос на макушке.
— Возможно, это покажется тебе странным, но я хотел справедливости.
Келли невольно фыркнула, разгибаясь. Смотреть на него сверху вниз как-то… спокойнее, что ли.
— Ты прав. Странное у тебя представление о справедливости.
— Почему?
На его правильном лице, в которое костяшки пальцев Келли внесли легкий отпечаток неидеальности, отразилось живейшее любопытство.
— Почему? Ты серьезно? Ты знал, что мне очень нужен тридиопсин. Ради него я жизнью рискнула, встретившись с тобой. Но ты обманул меня и уничтожил его еще до нашей встречи. Это, по-твоему, справедливо?
Джей какое-то время пялился на нее с мальчишеским интересом, задрав голову вверх.
— Давай взглянем на это под другим углом. На планете творится черт знает что. Живых людей почти не осталось. А те, кто выжили, продолжают враждовать. Одни группируются со всеми удобствами и благами цивилизации на бывшей космической базе, которая, по сути, им не принадлежит. Другие, буквально в двух шагах от этой базы, вынуждены влачить жалкое существование без электричества, нормального питания, без доступа к лечению, посреди отравленной химикатами территории и рядом с таким же отравленным техническим озером, в котором даже вещи постирать нельзя — расползаются.
Келли поняла, что ее снова трясет от ярости, и, чтобы опять не броситься на придурка с кулаками, она сунула руки под мышки. Даже губу прикусила на всякий случай.
— У обеих человеческих группировок, как я понял, проблемы с фертильностью, что ставит под угрозу само существование антропоидной колонии на Дердане. И вот группировка халикских небожителей обнаруживает лекарство, которое способно решить эту проблему. Само собой, делиться лекарством с карьерными обитателями никто из небожителей не собирался. Поэтому, отвечая на твой вопрос, скажу еще раз: да, я счел это несправедливым. И решил, что лекарство послужит утешительным бонусом для карьерных обитателей.
Келли даже рот раскрыла от изумления, позабыв о ярости.
— Так ты не уничтожил тридиопсин?
— Нет. Какой смысл? Я отдал его парням из лагеря.
— Зачем?
— Одно из двух. Либо у них появится козырь в виде способности размножаться. Либо вы попробуете между собой договориться.
Странный замес из желания придушить придурка, расцеловать его за вновь вспыхнувшую надежду и немедленно бежать к «жукам» за тридиопсином отозвался в теле нервной дрожью.
Келли отлепилась от стены.
— Это чудовищная ошибка, а не справедливость. Верни мне мое оружие, пожалуйста.
— Зачем?
— Я пойду в лагерь к твоим «парням» и попробую исправить то, что ты натворил. Пока не стало по-настоящему поздно. А без оружия у меня не будет шансов даже приблизиться к ним.
— У тебя и с оружием не будет шансов, — пожал плечами Джей, даже не подумав подняться с насиженного контейнера.
Келли шагнула к нему и протянула руку.
— Это не твое дело. Я разберусь сама. Просто верни то, что принадлежит мне.
— Нет.
Джей запрокинул голову так сильно, что у Келли возникло иррациональное желание резко подбить его подбородок, чтобы помочь дурной шее сломаться.
Она с трудом подавила в себе это желание и медленно выдохнула сквозь сцепленные зубы.
— Ты ошибся. Тридиопсин не поможет им восстановить фертильность.
— Но Энджи сказала…
— Энджи сказала то, что знала. Или то, что сочла нужным сказать, чтобы сохранить свою жизнь. Тридиопсин — это не лекарство. Это синтетическое вещество — составная часть препарата, который,
Джей слушал ее очень внимательно, даже без бесящей до зубовного скрежета улыбки.
— Тогда вам придется договориться.
Келли с трудом удержала лицо.
— Что ж. Именно этим я сейчас и попытаюсь заняться. Вернешь мне оружие?
Завороженно глядя на нее, Джей медленно покачал головой.
Келли подавила в себе еще одно жгучее желание — плюнуть в эту правильную до тошноты рожу.
Мозг ломило в попытках решить, что теперь делать.
Кидаться на придурка с кулаками, чтобы вернул оружие? Абсурд.