После того уже очевидно стало, что подопечный господина Кандиано — теперь абсолютный фаворит; лошадь его, к счастью, прибилась к своим перед рассветом, проблуждав по лесу, а с ночи старый Веньяр помогал бездушному развесить шкуру для просушки правильным образом, между тем беспокойно оглядывался и прислушивался.
— Нам лучше отправиться обратно, в сторону города, — сказал он потом, опускаясь возле костра. — Дальше идти опасно.
— Чего опасного? — дерзко спросила леди Беатриче. — Ведь с нами такие славные охотники, как Виченте Моро и Мераз! Вдвоем они убьют любого, даже самого страшного хищника.
— Это может быть, но перед этим кто-то, возможно, пострадает, — мудро возразил старик. — Я все-таки настаиваю на возвращении, госпожа Беатриче. Мы, в конце концов, и так довольно провели в лесах.
— Я соглашусь с этим, — пробасил Моро, и его слово оказалось решающим; никто больше не стал с этим спорить.
Между тем поклонники двоих охотников подняли спор, начавшийся с малого: одна леди заявила, что Виченте Моро никогда не справился бы с целым медведем. Теодато все это время сидел, прикрыв лицо ладонью, и мысленно ругался; Виченте с невозмутимым видом курил сигарету возле него. Спорщики дошли до того, что предлагали специально отправиться на поиски медведя, чтобы предоставить господину Моро шанс, на это резко отвечал господин Кандиано, напоминая, что решено возвращаться в Тонгву, и наконец легкомысленные аристократы договорились: двое сильнейших охотников просто обязаны сразиться между собою, чтобы определить, кто из них ловчей и быстрее.
— Глупости, — отрезал Виченте Моро, когда леди Беатриче обратилась к нему с просьбой.
— Я не имею права поднимать руку на аристократа, благородная госпожа, — отозвался и Мераз, едва выслушав ее. Глаза его недобро блеснули.
— Это глупости, дорогой Мераз! — заявила тогда госпожа Камбьянико и оглянулась на остальных. — Ведь мы — общество по защите прав бездушных! Все здесь считают тебя равным нам, Мераз. Пожалуй, господин Моро только докажет это, если согласится все-таки на поединок.
— В конце концов, это лишь дружеское соревнование, — чуточку неуверенно добавил ее муж, который в эти дни проявил себя до неожиданного азартным человеком и рьяно болел за плосконосого закованного (что вызывало у него распри с женой, по известным причинам называвшей себя поклонницей господина Моро).
— Если так велят благородные господа, — Мераз раздул ноздри, как хищный зверь, и поднялся со своего места. Мераз был чрезвычайно высок ростом и в свете костра напомнил собой медного гиганта; кожа его, как у многих закованных, была смуглого красноватого оттенка.
— Это глупости чистой воды, — не удержавшись, звонко заявил Теодато, но тут брат его тоже встал, и Тео осекся, хлопнул себя по лбу.
— Хочу предупредить, — почти вкрадчиво произнес Моро, снимая куртку, — охота и драки — несколько разные занятия, господа. Потому не думайте, будто результат поединка определит и то, кто из нас лучший охотник…
— Отговорки! — крикнул кто-то из поклонников Мераза; Виченте полностью проигнорировал. Мераз тоже сбросил свою простенькую тужурку, не обращая внимания на холод, оголил свои широкие плечи; его примеру последовал и Моро, и женщины следили за ними блестящими глазами: зрелище предстояло быть не из обычных.
— Отойдите, отойдите… да разойдитесь же, — распихал всех Витале Камбьянико, освобождая место для поединщиков. Те встали друг напротив друга, и особенно хорошо стало заметно, что Мераз крупнее своего соперника, выше его на пару дюймов, шире в плечах. Тем не менее и Виченте Моро был крепко сложен, а глаза его стали совершенно опасными.
